Чтение онлайн

Мы хорошо знаем, что связкой гранат боец, не потерявший мужества, может остановить танк — это доказал в боях не один советский солдат. Но ясно также, что связка гранат — не то оружие против танков, с которым можно начинать блицкриг, рассчитывая одержать решающую победу в несколько недель, «до наступления холодов».

Планируя разбойничье нападение на Советский Союз, гитлеровские стратеги исходили из технического превосходства своих танков Т-III и Т-IV над известными им типами советских танков. И действительно, имевшиеся тогда на вооружении Красной Армии в довольно большом количестве танки противопульного бронирования Т-26 и БТ уже не отвечали требованиям современной войны. О новых же советских танках Т-34 и КВ в Германии попросту ничего не знали. Встреча с ними на поле боя, по словам самих же гитлеровцев, была «крайне неприятным сюрпризом».

«Танк Т-34 произвёл сенсацию, — пишет один из немецких мемуаристов генерал Эрих Шнейдер. — Этот 26-тонный русский танк был вооружён 76,2-миллиметровой пушкой, снаряды которой пробивали броню немецких танков с 1,5–2 тысяч метров, тогда как немецкие танки могли поражать русские с расстояния не более 500 метров, да и то лишь в том случае, если снаряды попадали в бортовую и кормовую части танка Т-34. Русские, создав исключительно удачный и совершенно новый тип танка, совершили большой скачок вперёд в области танкостроения».

Другой мемуарист, генерал Блюментрит, свидетельствует: «В районе Вереи танк Т-34 прошёл, как ни в чём не бывало, через боевые порядки 7-й пехотной дивизии до самых артиллерийских позиций. Огонь противотанковых пушек не причинял ему никакого вреда. Понятно, какое впечатление произвело это на наших солдат. Началась так называемая «танкобоязнь».

Генерал Гудериан:

«…Южнее Мценска 4-я танковая дивизия была атакована русскими танками, и ей пришлось пережить тяжёлый момент. Впервые проявилось в резкой форме превосходство русских танков Т-34. Дивизия понесла значительные потери. Намеченное быстрое наступление на Тулу пришлось пока отложить».

Признание это любопытно, между прочим, и тем, что раскрывает причину того, почему город Тула не был атакован с ходу полчищами Гудериана.

…Известно, что ещё в сентябре 1941 года группа фашистских генералов-фронтовиков обратилась со специальным письмом к Гитлеру, прося его организовать в Германии производство танков Т-34. Вот что об этом пишет тот же Гудериан:

«…В ноябре 1941 года видные конструкторы, промышленники и офицеры управления вооружения приезжали в мою танковую армию для ознакомления с русским танком Т-34, превосходившим наши боевые машины; непосредственно на месте они хотели уяснить себе и наметить, исходя из полученного опыта боевых действий, меры, которые помогли бы нам снова добиться технического превосходства над русскими. Предложение офицеров-фронтовиков выпускать точно такие же танки, как Т-34, для выправления в наикратчайший срок чрезвычайно неблагоприятного положения германских бронетанковых сил не встретило у конструкторов никакой поддержки. Конструкторов смущало, между прочим, не отвращение к подражанию, а невозможность выпуска с требуемой быстротой важнейших деталей Т-34, особенно алюминиевого дизельного мотора. Кроме того, наша легированная сталь, качество которой снижалось отсутствием необходимого сырья, также уступала легированной стали русских».

Любопытно, не правда ли? И хотели бы немецкие конструкторы, спрятав спесь, скопировать советскую конструкцию, но оказались не в состоянии это сделать. Вот так! Гитлер полагал, что советские конструкторы бросятся копировать Т-III, а получилось наоборот. Ирония судьбы!

Гитлеровские мемуаристы от Манштейна до Гудериана в один голос твердят об ужасных русских снегах и распутице, якобы остановивших их танковые полчища.

«Мои танки застряли на так называемых русских автострадах», — паясничает Гудериан, описывая битву под Москвой. В этой фразе слышна издёвка над русскими дорогами, а издеваться надо было бы над теми, кто проектировал танки (машины по самой своей сути для бездорожья) в расчёте на автострады и достижение молниеносной победы «до наступления холодов». «Отец» гитлеровских танковых войск не мог этого не понимать. Так и хочется сказать битому стратегу Гудериану знаменитое чеховское: «Генерал, а безобразите!» Пришлось гитлеровцам вместо обанкротившихся Т-III и Т-IV спешно создавать «пантеры» и «тигры», что в разгар войны было чревато многими осложнениями.

В 1943 году на Абердинском полигоне (США) бы проведены сравнительные испытания американских и многих зарубежных танков, в том числе Т-34. Американские испытатели, традиционно не очень-то щедрые на похвалу неамериканской технике, свои впечатления от тридцатьчетвёрки выразили не свойственной техническим отчётам экспансивной фразой: «Конструктор этого танка заслуживает памятника при жизни!»

Один из крупнейших американских специалистов по танкам Д. Орджилл, оценивая Т-34, писал: «Заслуживает быть отмеченным золотой надписью на рабочем столе конструктора успешное решение основной проблемы максимального соответствия эффективности вооружения и мобильности танка его способности нанести уничтожающий удар, оставаясь неуязвимым от удара противников… Танк Т-34 был создан людьми, которые сумели увидеть поле боя середины двадцатого века лучше, чем сумел это сделать кто-либо на Западе».

А вот ещё некоторые известные суждения. Американский журналист: «Если оценивать, кто внёс наибольший личный вклад в победу союзников во второй мировой войне, то наряду с именами Рузвельта, Черчилля и Сталина следует назвать имя конструктора русского танка Т-34».

Западногерманский журналист: «Этот танк был подлинным шедевром в истории развития военной техники. За время второй мировой войны было произведено, по-видимому, около 40 тысяч танков Т-34. Эта лавина обрушилась против нашего Восточного фронта, который противостоял ей в течение трёх лет, но в конце концов вынужден был рухнуть под её натиском».

…На бывших полях сражений и во многих городах у нас и за рубежом можно увидеть необычный памятник — танк Т-34 на высоком пьедестале. Стоят танки-памятники в лесах Подмосковья и в степи под Курском, в Минске и Киеве, в Севастополе и во Львове. А две тридцатьчетвёрки установлены на постаменты там, где они сделали свои последние выстрелы, где кончилась война, — в берлинском Тиргартене, у подножия памятника советскому воину-победителю. Их может увидеть каждый, кто пройдёт по бывшей Зигес-аллее, той самой Аллее побед, на которой некогда горделиво возвышались монументы в честь прусских королей и полководцев многих войн и разных эпох. С поднятыми стволами пушек тридцатьчетвёрки словно бы сторожат вечный покой священного захоронения героев, павших при штурме Берлина.

Как старому танкисту, мне всегда приятно видеть боевую тридцатьчетвёрку, вознесённую на высокий пьедестал. Это простое и достойное напоминание о подвигах советских танкистов в тяжелейших и кровопролитных битвах за Родину. Но когда я склоняю голову у этого рождённого войной монумента, то невольно думаю, что каждый из них — величественный памятник и безвременно ушедшему из жизни творцу легендарной стальной «ласточки».

А теперь назовём конструкторов, работавших под руководством М. И. Кошкина над созданием танка Т-34. Да, тех самых «молодых ребят», которых он когда-то отобрал в спецгруппу. Ныне они широко известны, это славные, достойные люди, много и успешно потрудившиеся в советском танкостроении. Вот их имена: А. А. Морозов, М. И. Таршинов, А. С. Бондаренко, А. В. Колесников, П. П. Васильев, В. Г. Матюхин, А. А. Малоштанов, В. Я. Курасов, М. А. Набутский, Я. И. Баран, И. А. Шпайхлер.

Начальником конструкторского отдела был инженер Кучеренко Николай Алексеевич, осуществлявший связи конструкторов с производством, много сделавший для подготовки полного комплекта технической документации и организации серийного выпуска Т-34. О нём и его вкладе в создание Т-34 хорошо рассказала в «Книге об отце» его дочь, известная писательница Лариса Васильева.

Непосредственно спецгруппу возглавлял технический руководитель проекта Александр Александрович Морозов (просьба не отождествлять с Александром Метелиным. — В. В.), впоследствии известный советский конструктор, дважды Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской и Государственных премий, генерал майор, доктор технических наук. В годы войны, будучи главным конструктором Уральского танкового завода, А. А. Морозов много сделал для дальнейшего улучшения конструкции танка на основе опыта его боевого применения. Так, на Т-34 была установлена новая пятискоростная коробка передач, введена командирская башенка, что улучшило обзорность из танка, а в конце 1943 года установлена новая мощная восьмидесятипятимиллиметровая пушка, уравнявшая Т-34 по огню с появившимися у фашистов «пантерами» и «титрами». Другие, не столь существенные изменения и улучшения конструкции танка исчислялись не десятками и даже не сотнями, а тысячами.

Но среди этой работы, исключительно трудной и напряжённой, А. А. Морозов не забывал о завете М. И. Кошкина — спроектировать новый танк с лучшей компоновкой и усиленным бронированием. К середине 1942 года проект такого танка с поперечным расположением двигателя и лобовой бронёй до восьмидесяти миллиметров был разработан и представлен в Наркомат танковой промышленности. Вскоре А. А. Морозов получил вызов в Москву. В наркомате главному конструктору сказали, что по этому вопросу его примет И. В. Сталин.