Контакт с бездной
Шрифт:
– Значит, все это время вы...
– Работал против маниан, - прервал меня он.
– Я знал, что они не такие белые и пушистые, какими хотят казаться. Вадим тебе рассказывал что-то про них? Это было частью твоего задания - узнать больше про инопланетян.
– Он сказал, что маниане не живые, на самом деле ими кто-то манипулирует, - пробормотала я.
– Да уж, - призадумался он.
– Такого даже я не мог предположить. Марионетки кого-то другого, - сквозь зубы процедил он.
– А я даже не знаю, какова конечная их цель, - он глубоко вздохнул.
– А то, что вы манипулировали мной - не то же самое?
– обозлилась я.
– Вы с помощью кода заставили меня вступить в вашу контору, подвергли риску, а теперь лишили меня дома! Вам нужна была пешка, вы просто сделали её из меня!
Сейчас, как и тогда, когда я впервые сидела в кабинете Иваныча, во мне закипала злоба. Он опять использовал меня! Как и тогда. Человек, которых видит в других только собственные пешки, которыми можно разбрасываться как расходным материалом направо и налево. Урод!
– Успокойся, - он снова посмотрел в мои глаза.
– Я понимаю, что ты злишься. Я бы тоже злился, но это было необходимо. Только так я мог уничтожить здание. Пока служба безопасности была отвлечена на поимку тебя, мои люди проникли внутрь и установили бомбу. Теперь московского центра больше нет, а пришельцы понесли существенные потери.
– Потери, говорите? А люди, которые погибли в здании, на стадионе - не потери? Вы не человек, вы чертова машина!
– котел моего гнева выплеснулся, а пальцы сложились в кулак и направились в челюсть Иваныча, но он с небывалой ловкостью перехватил мою руку и до боли сжал запястье.
Ай!
Джентльменские манеры Сергея Ивановича моментально испарились, их заменили злость во взгляде и гримаса на лице.
– Да, черт его дери, я машина!
– крикнул он так громко, что мне на миг заложило уши.
– Но только машина может противостоять манианам, потому что они сами не люди! Хочешь, расскажу про одно мое задание? Я тогда только вступил в организацию и был где-то в твоем возрасте, - он сжал мою руку сильнее, а потом отпустил.
– Меня направили сюда, в Киев, организовать автокатастрофу. Зачем это нужно - мне не объяснили, просто сказали, что так нужно манианам. И я поехал!
– воскликнул он.
– Поехал и сделал так, как они говорили! А потом я посмотрел на жертв - молодая семья. Мужчина и женщина. А в её кошельке я обнаружил фотографию их шестилетнего сына Вадима. Я начал разбираться - как оказалось, Вадим один из тех редких людей, которые способны игнорировать звукокоды, просто не воспринимать их, а из-за закона сохранения разума у него проявились способности к прорицанию будущего. Я понял, что жертвой должен был стать мальчик, доложил манианам, что задание выполнено, и спрятал его в детском доме, знал, что рано или поздно они его почувствуют, но спрятал. С той поры, когда я увидел окровавленные трупы двух ни в чем не повинных людей в машине, слезы мальчика, которому сообщили о гибели родителей, я понял, что не смогу сотрудничать с манианами. Сперва мне хотелось просто все бросить, но я понял, что хочу бороться. Не дать им воплотить свои планы на Земле, какими бы они ни были. И тогда до меня дошло, что бороться с ними можно только их способами - принося жертвы и кладя на алтарь все во имя этой борьбы.
– Ваша война меня не касается!
– попробовала возразить я.
– Это не только моя война, - Иваныч вздохнул.
– Неужели ты, Ирина, не понимаешь, что это касается каждого человека на Земле? Каждого ребенка, взрослого и старика, даже тех, кто еще не родился на свет?
Машина, кажется, уже выехала из города и сейчас неслась по загородному шоссе в направлении Борисполя. Многоэтажные панельные дома остались позади, а по обе стороны дороги тянулся лес.
– А если бы меня убили? - пробормотала я.
– Не убили бы. По крайней мере, Клифи показал, что твои шансы на выживание довольно высоки, - абсолютно спокойно ответил Сергей Иванович.
– Если этот ваш Клифи все знает наперед, зачем вообще понадобилось пророчество мальчика!
– Клифи не знает будущего, - пробурчал Иваныч.
– Он только анализирует задачи. Вводятся данные, стартовая точка, цель, сопутствующие признаки, и он показывает оптимальный путь решения и возможные риски. Касаемо того, что именно ты заберешь Вадима, останешься в живых и услышишь пророчество, Клифи дал довольно высокий процент.
– Но шанс неудачи все-таки был!
– Шанс неудачи есть всегда. Когда идешь по улице, тебя может сбить автомобиль, когда сидишь дома, может взорваться газ, возвращаешься поздно домой - можешь встретиться с маньяком, - Иваныч говорил абсолютно спокойно.
– Можно подумать, когда ты работала в полиции, твоя жизнь никогда не подвергалась риску.
– К тому же меня ищут все, кому не лень, за похищение ребенка, - пробурчала я. В моей голове промелькнуло сиюминутное желание попросить остановить машину, а если не согласятся - выпрыгнуть из неё на ходу, и будь что будет. Но куда я пойду, если меня все ищут? А Иваныч явно не хочет меня убивать. Если бы хотел - меня бы уже не было.
– Таков был план, - Иваныч пожал плечами.
– Искать они не будут - официально ты разбилась на машине, когда пыталась покинуть Украину. Разбитый 'ниссан' с трупом женщины, похожей на тебя, найдут около Житомира. Мальчик бесследно исчезнет, и его никто никогда не найдет, а ты тем временем скроешься в Европе.
Мое дыхание замерло, пальцы нервно затряслись, а по телу пробежал холодок. Я смотрела на Сергея Ивановича, не в состоянии подобрать слова.
– То есть, - у меня закружилась голова, когда я попыталась представить картину в целом.
– То есть моя мать, все мои знакомые будут думать, что я пошла на такое страшное преступление, как похищение ребенка, и умерла?
– Ну, если хочешь, я лично встречусь с твоей матерью, проинформирую твое окружение, что ты была в Киеве по заданию госбезопасности, естественно, ни про какое похищение они не узнают, - абсолютно спокойно ответил Сергей Иванович.
Я представила маму, стоящую на кладбище. Она плачет, истязается, рвет на себе волосы, не зная, что в гробу перед ней абсолютно другой человек, и мне стало не по себе. Чертова организация искалечила мою жизнь! Согласившись на них работать, я подписала контракт с дьяволом!
– А если я откажусь улетать в Европу?
– посмотрела на Иваныча.
– Если я хочу вернуться в Москву?
– Это невозможно, - коротко ответил он.
– А если я попробую?
– Тебя убьют, - вздохнул он.
– Хоть башня организации и уничтожена, есть другие подобные структуры, занимающиеся контактом. Не такие большие, как московская, но они существуют. Есть люди, которые просто знают про нас и поддерживают. Часть правительства в курсе. Сейчас все, кто на стороне программы маниан, считают тебя своим врагом и если найдут - уничтожат. А они подозревают, что ты выжила. Кстати, поэтому советую немного изменить внешность, как выберешься.
– То есть Стас...
– Стас мертв, - прервал меня Иваныч.
– Он был в башне на момент взрыва. А мы с тобой считаемся предателями и террористами, так что нам нужно скрываться.
Я сидела, не в состоянии сказать ни слова. Конечно, я найду способ связаться с матерью, но черт подери, почему так? Начиная с осени, с того злополучного дня, когда в мои руки попала треклятая флэшка, я больше не управляла своей жизнью. Меня заставили вступить в организацию, потом заставили рисковать своей жизнью, теперь объявляют мертвой и отправляют в бегство. Почему? Почему все так?