Чтение онлайн

Пивнев поднялся к себе и переоделся в тренировочный костюм и кроссовки. В холле в креслах сидели в полной амуниции с автоматами на коленях охранники. Когда он вернулся, в каптёрке был только прапорщик, который вручил ему бронежилет, каску, солдатский ремень, подсумки и попросил расписаться.

В оружейной комнате, когда вошёл Пивнев, держа под мышкой амуницию, было тихо, но чувствовалось некоторое напряжение. Оружие – автоматы, некоторые с подствольными гранатометами, сумки с гранатами и патронами – разложено на столе.

– Повторяю, – с нажимом сказал лейтенант, – перед получением оружия всем сдать мобильники.

– Мужики, – сказал Пивнев, – извините, но режимный объект, как говориться, в чужой монастырь…

Юра Есин первый вытащил из кармана телефон в кожаном футляре. В это время послышался грохот, выстрелы, и пол под ногами вздрогнул, послышался звон стекол.

– Побудьте пока тут, – сказал Пивнев и с автоматом под мышкой бросился к Новокрещёнову.

– Что там? – спрашивал Новокрещёнов в рацию.

– Атака вертолёта с востока, – глухо и громко ответила рация.

– Мы вооружили отделение добровольцев, старший Сизов, (Пивнев вспомнил, что Сизов – фамилия Володи, охранника) рация 13. Твой резерв. Конец связи. Пойдёмте, посмотрим, – сказал он Пивневу.

Они быстро прошли по коридору, Новокрещёнов открыл одну из дверей и они оказались в комнате, где была металлическая дверь, ведущая в парк. Через окно с разбитым стеклом автоматчик стрелял куда-то вверх. Новокрещёнов открыл замок в тяжёлой двери, отодвинул засов и вышел наружу. Пивнев вышел следом. В начинающихся сумерках красный вертолёт, нелепо нарядный, делал вираж низко над деревьями парка. Пламя и дым вырывались из нескольких окон второго этажа. Что-то горело на крыше гаража. На другом конце крыши человек в каске с колена стрелял из автомата по вертолёту. Вокруг слышались автоматные очереди. На небольшой поляне метрах в тридцати лежал на траве неподвижно навзничь человек. Рядом валялась каска. Пивнев прислонил автомат к стенке и бегом бросился туда, взвалил парня на плечо и так же бегом вернулся. Новокрещёнов внёс за Пивневым автомат и запер дверь.

– Живой? – спросил он у Пивнева.

– Живой. Крови много. В шею.

– Круглов, – скомандовал Новокрещёнов, – раненого в бильярдную к медсестре. Возьми ещё кого-нибудь. Быстро.

Пивнев достал мобильник, подумал и стал набирать номер.

– Здравствуйте.

– Здравствуйте, Владислава Евгеньевича, пожалуйста.

– На этот номер не рекомендуется звонить по мобильному телефону.

– Здесь Пивнев из Сибирска. Срочно нужно поговорить с господином Стоговым.

– Иннокентий Васильевич, он на совещании.

– Примите для него телефонограмму. На Овражки, где находятся все, началась террористическая атака с участием вертолётов. Конец связи.

Новокрещёнов продолжал негромко что-то говорить по мобильному телефону.

– Я тоже отзвонился по начальству, – закончив, объяснил он.

За окном к очередям прибавились звуки взрывов. Пивнев выглянул сквозь решётку из окна. В поле зрения было уже два вертолёта. Красный возвращался. Больших боковых стекол на нём не было, то ли выбили, то ли сняли ещё на земле. В тёмном нутре кабины часто мигал оранжевый огонёк пулемёта. Очередь была не слышна, вокруг строчили автоматы. Из вертолёта слева вылетали ракеты и взрывались где-то на первом этаже. Стены каждый раз вздрагивали. Запахло гарью.

Рядом со складом мелькнула вспышка, там стоял гранатометчик с трубой на плече. Левый вертолёт продолжал двигаться на юг, но начал терять высоту и уже над лесом внезапно клюнул и исчез. Потом там взметнулось пламя.

– Слабый «Колибри» против выстрела МШВ – сказал Новокрещёнов. На груди у него заговорила рация.

– Оператор докладывает: они пришли. Северо-восточный угол. Около тридцати человек. Но это не все. Конец связи.

– У нас там камеры наблюдения, – пояснил Новокрещёнов. – Минут через пять-десять, если бегом, появятся здесь.

Почти совсем стемнело. Вдруг стало тихо, но ненадолго. По двум дорожкам выскочили два одинаковых лёгких мотоцикла, круто свернули в кусты, и почти сразу оттуда послышались автоматные очереди и редкие хлопки вылетающей из гранатомета гранаты. В ответ раздалась довольно беспорядочная стрельба.

– Первый сбой в графике, – сказал Новокрещёнов, – несколько минут. Появиться они должны были под прикрытием вертолётов.

На крыше гаража, где уже ничего не горело, застрочил тяжёлый пулемёт.

– Они в поле зрения, в парке, – заговорила рация на груди у Новокрещёнова. – Пока человек десять. Конец связи.

– Пойдём, посмотрим, что на первом этаже, пока не раскочегарили. На втором Сопов присмотрит. У него там в «губернаторском» – КП. Подарок судьбы, стёкла там, оказывается, бронированные, заботятся о первом руководителе.

Добровольцы были в холле, где было полутемно, в углу светился слабенький плафон. Охранники Пивнева расположились на стульях. На груди у Володи – рация. Аслан и его абреки сидели на корточках у стены. Рядом на пустом кресле стояли автоматы. Голицын расхаживал взад-вперед. Виктор откинулся в кресле, закрыв глаза, может быть, спал. Его водитель и охранник сидели рядом. Есина не было.

Новокрещёнов наклонился и пощупал неуместный сейчас ковёр.

– Шерстяной.

Стрельба за стенами усилилась.

– Где Есин? – спросил Пивнев.

– Он с Плетнёвым и его шофёром тушит пожары в южном крыле.

– Сизов, – скомандовал Новокрещёнов, – Плетнёва и его парня отправишь в подвал в распоряжение Шевцовой. Оружие у неё есть. Пошли.

Они вошли в столовую. Двое автоматчиков у двух окон вели огонь короткими очередями, оперев автоматы на перемычки решёток. На одном окне сохранились шторы, и сквозь дырки в ткани видны были проблески. Битое стекло хрустело под ногами в темноте. Новокрещёнов быстро прошёл через небольшую соседнюю комнату в кухню. Стекла были выбиты и здесь.

Новокрещёнов подошёл к окну и стал молча всматриваться. Пивнев встал за его спиной. В парке гремели выстрелы и взрывы, как казалось Пивневу, беспорядочные.

– Менты заняли позиции? – спросил Новокрещёнов в рацию.

– Да.

– Потери от РГ?

– Есть раненый. Я успел отвести людей.

– Конец связи.

– Ситуация такова, – сказал Новокрещёнов, отойдя в сторону от окна, – их удалось огнём прижать к земле. Подствольники и лёгкие гранатометы первый этаж из-за решёток не берут. На вспомогательных зданиях – амбразуры, тоже от гранат мало толку. Они стали бить по окнам второго этажа, и это хорошо. Сопов сразу отвёл людей из восточных комнат, а они продолжают лупить туда. А выстрелов у них не бесконечно.

Яркая вспышка мелькнула за окном. Раздался сильный грохот. Потом за окном стало на некоторое время совсем светло – осветительная ракета.

– Твою мать! – Новокрещёнов взялся за рацию. – Нет. Не буду дергать.

Вспышка и грохот повторились.

– Бьют из противотанкового гранатомета по гаражу и складу. Не нравится им фланговый огонь.

Опять вспышка и грохот. Затряслась стена, возле которой они стояли.

Новокрещёнов бросился в столовую. Над полом в наружной стене светлела дырка со ступенчатыми краями размером с канализационный люк. Часть столов и стульев были опрокинуты. Автоматчики прижались к углам. С непривычным и частым стуком пули бились о внутреннюю стенку. Новокрещёнов остановился в дверях и придержал Пивнева.