Чтение онлайн

Следующим осмотрели модернизированный Р-1. Который больше напоминал ПР-5. Так же с модернизированным двигателем, но уже М-5. Над поступившими М-17 инженера во главе с Уфимцевым ещё только «колдовали». Надо признаться, что Уфимцев оказался очень ценным специалистом для Таганрога. Вообще всем инженерам завода уже заканчивали строительство собственных двухэтажных домов. Всё в отдельном микрорайоне. С усиленной охранной территории и со своей строгой пропускной системой в него. Вот только с транспортом проблему ещё не решили. Может нужно бы им отдельный автобус приобрести?

Но, а следующим самолётом, который мы осмотрели, был штурмовик на основе модели Beech Model 17. И что-то мне подсказывает, что серийным он пока точно не будет. Скорее это прототип трехместного биплана. Нет сейчас в СССР столько алюминия и других дефицитных комплектующих. Да и квалифицированных рабочих способных его производить тоже. Самый дорогой получился самолёт таганрогского авиазавода № 31. Моё предложение для шлифовки частей самолёта набрать девушек, которые оказались более внимательными к мелочам и качеству, оказалось верным. Но всё равно цена в районе ста тысяч рублей очень не радовала.

Может попробовать уговорить Сталина продать этот самолёт французам? Но, а что поменяет на что-нибудь нужное. Попробуем.

— Сергей как ты думаешь, бандиты дураки? — обращаюсь к начальнику нашей охраны.

— Никак нет. Что вы этим хотите сказать? — видя моё плохое настроение, вытянулся чуть ли не по стойке смирно Белоусов. Всё-таки он чётко понимает от кого поступают деньги и другое довольствие и в довольно щедром количестве. Да и видел он меня с руководством страны в Москве на базе Берсона.

— Почему патруль курит возле вагонов на службе? Сколько секунд надо снять винтовку с плеча и приготовиться к стрельбе, и успеют ли они в случае нападения? — опять спрашиваю. Вся это фигня расслабленного патруля с винтовками на плечах мне совсем не нравиться. Мы стоим с проверкой у формирующегося эшелона и мне совсем не нравиться состояние его охраны. А нам ещё и несколько тонн серебра в Москву везти через полстраны и на душе у меня неспокойно. Обстановка на Миусским полуостровом, несмотря на увеличивающееся население которое стало достигать в городе тысяч сто, слишком на мой взгляд расслабленная. Тихая и мирная, довольно обеспеченная по сравнению с остальной частью СССР жизнь наложила свой отпечаток. Пора, пора проводить ученье приближенные к боевым. В боях подчинённые Сергея участвуют достаточно умело, а в охране я вижу много огрех. Но это опять же мои знания двадцать первого века.

— Передай всем. Все люди в нашем отряде должны быть с завтрашнего дня некурящие. Кто не хочет бросить курить, пусть пока переходит в охрану полуострова.

— А дальше? — несколько удивлённо Сергей. Он смотрит не только на меня, но и на невозмутимого Александра за моей спиной. Надо признаться, что Агриропуло подобрал мне хорошего телохранителя. Без влияния тёти тут явно не обошлось.

— Всех курящих и злоупотребляющих алкоголем будем постепенно переводить в Мариуполь, благо с их местными охранниками контакт налажен. Наших они примут с удовольствием. Вот проведём учения, и сам всё увидишь. Поехали в милицию к Русанову — и направляемся к автомобилю.

— Привет Никита. Чем серьёзным занят? — вхожу в кабинет начальника местной милиции. Шуточно приветствую знакомого милиционера. Сначала отношение с Русановым не заладились. После нескольких вынужденных встреч и разговоров «по душам», подгона мной австрийских пистолетов с патронами милиции и его разговора с Москатовым отношения более-менее наладились. А ещё был «волшебный пендель» по телефону от Будённого. Не сказать, чтобы отношения стали дружескими, но стали уже без особой неприязни. А мне тогда из-за этого пришлось в срочном порядке оформлять и регистрировать советско-французскую транспортную фирму в городе. А это дополнительные расходы и лишняя известность.

— Проходите. Садись. Да вот заканчиваю оформлять выселение «нетрудовых элементов» в городе [18] . С чем пожаловал? — отложив бумаги в сторону, спросил гроза бандитов.

Слава богу, в Таганроге общими усилиями до полного маразма дело не дошло. Страдают только богатые и очень обеспеченные. Причём профессуру и других полезных в профессиональном плане спецов не тронули. Тут не только учли мои советы и пожелания, но и странная, строгая и не очень понятная директива из Москвы. Плюс начало в городе массового строительства жилья из крымского ракушечника, снизило напряжённость. Луди, видели и чувствовали, что ещё немного и большинство проблем с жилплощадью в городе будет решено. Единственное что мне не понравилось это «архитектурные изыски» типа Круглого дома архитектора И. Таранова-Белозёрова. Чёрт бы побрал упёртого директора завода «Красного Котельщика». Видите ли, ему очень срочно надо многоквартирный дом для сотрудников завода. А на нормальный у него, видите ли нет денег… а главное желания.

— Ты же знаешь всех старых военных в городе? Мне нужно пару пластунов или других разведчиков, кто брал вражеских «языков» на войне — сажусь на предложенный стул возле его стола.

— А ты автомобиль нам не привёз? — Русанов подчёркнуто игнорирует сословные различия на грани грубости.

— Деньги вперёд и будет тебе подходящий в следующий мой приход с Франции — не остаюсь я в долгу.

— И оформим на твою фирму — прищурил глаз Русанов. Он сам попытался поначалу реквизировать привезённые и переданные мной автомобили и не только их. Пришлось тогда звонить Будённому, для обуздания ретивости местных органов. А вот сейчас и сам Русанов хочет воспользоваться такой возможностью, чтобы обезопасить себя от уже своего начальства. Принцип — отнять и поделить, а ещё лучше присвоить во имя коммунистической идеи, процветает сверху донизу.

— Да хоть пять. Деньги на бочку и любые твои пожелания. Вот только смотри, чтобы ты не пострадал за такую связь с иностранцами — хлопаю ладонью по его столу и улыбаюсь. А то вспомнят лет через пять и отправят лес рубить в Сибирь.

— Ты же у нас умный, образованный вот и придумай что-нибудь — хмыкнул мне в ответ Никита.

В это же время в Кремле.

В кабинете Сталина сидело четыре человека, а пятый стоял в конце длинного стола покрытого зелёным сукном и делал доклад. Перед ним лежали папки с документами, которые вовремя доклада он открывал и зачитывал оттуда выдержки.

— Так понятно. Оставь все документы я ещё раз всё пересмотрю — зло стукнул незажжённой трубкой Сталин, встал из-за стола и стал прохаживаться вдоль стола.

— Когда ожидается приход эшелона с Таганрога? — прервал зловещее молчание Будённый.

— Точно наши агенты не знают. Эшелон формируется очень большой. Все нужное было предоставлено в срочном порядке и вовремя. Так что в ближайшие несколько дней он будет в Москве — ответил стоящий Бубнов.

— Надеюсь, с охраной во время следования не оплошаете? — продолжил расспрос Будённый.

— Так как фамилия этого работника ОГПУ, который предложил план строительства новых самолётов за месяц — зло Сталин и посмотрел на Менжинского.

— Командир спецтюрьмы ОГПУ Кутепов Григорий Яковлевич, где сейчас находятся заключённые по делу «Осовиахима» — немного побледнел Менжинский.

— Так… ты иди. Ещё раз проверь все смертельные приговоры ведущим руководителям и специалистам по всем приговорам «Промпартии». Пока никого не расстреливать. После этого предоставишь нам доклад на расширенном заседании — отдал распоряжение Бубнову Сталин.