Чтение онлайн

– Ну что же, если этим ты хочешь сказать, что рада мне, то я обрадую тебя еще больше, - неспешно, очень хозяйским движением граф взял меня за руку. Сжал в своей прохладной ладони мои дрожащие пальцы и пристально глядя в глаза произнес:

– Я решил, что мы сыграем свадьбу раньше намеченной даты, дорогая Марианна. Не хочу ждать целый месяц. Поженимся, например, .. через неделю, - повернулся к батюшке: - Что скажете, граф Дархил? Вы согласны?

– За неделю мы не успеем подготовиться к свадьбе!
– вместо мужа ответила матушка.

– Через неделю! Всего неделя и она станет вашей женой, граф?!
– это возмущенно взвизгнула Лаура.

– Эх, не терпится молодым! — захохотал батюшка и хлопнул графа по плечу, заставив того болезненно поморщиться. — Я согласен!

– Ну а вы, дорогая Марианна, согласны?
– граф снова пристально посмотрел мне в глаза.

– Как решат родители, - произнесла я ровным голосом, именно так, как учила матушка.

Пустила глаза и беззвучно зашептала: «Спасибо, спасибо, святая Малесса, уберегла, граф ничего не заметил, не заподозрил.

– Нянюшка! Ты слышала, граф хочет перенести свадьбу?! воскликнула я, забегая в свою спальню. С разбега кинулась на кровать, легла на спину и уставилась в потолок невидящими глазами. На душе было отчего-то муторно, тревожно, хотя, казалось бы, не отчего. Наоборот, радоваться надо, что совсем скоро замуж выйду.

– Слышала, как не слышать, — вздохнула нянюшка. — Я же рядом с вами была, касаточка моя, прямо за дверью стояла. И что это ему так подгорать стало, северянину этому, что решил свадьбу поторопить?

– Не знаю. Но когда он подъехал к крыльцу, мне стало казаться, что он все-все знает про мое сегодняшнее утро!

Я сложила на груди руки со стиснутыми в кулаки пальцами. Посмотрела на старушку с мольбой.

– Скажи, раз ты там была, это ведь мне померещилось? Ну, что взгляд у графа особенный? Он ведь не отменил свадьбу, ни словом не упрекнул меня ни в чем... Значит и не подозревает ни о чем, правда? И мама! Как хорошо, что мама не догадалась. Я бы не пережила, если бы она узнала, как ее дочь. Безобразничала.

– Фу-х, безобразничала! Скажете тоже, госпожа Марианна! Безобразничать — это если с ребенком в животе от одного мужчины замуж за другого выходить, — вдруг возмущенно расфыркалась старушка.

Под моим шокированным взглядом сердито покрутила головой с уложенными короной седыми волосами и незнакомым мне строгим голосом произнесла:

— А вы просто пташка невинная, вот что я вам скажу, госпожа Марианна! Всегда о себе думаете хуже, чем надобно. Вините себя за проступки, которые и проступками-то не назвать. Зато в других ничего дурного не видите. Плохо это, такой беззубой быть, да во всех добро видеть, можно сильно обжечься.

– Ты о чем говоришь, нянюшка? Неужели кто-то так замуж может выйти, как ты говоришь? А мужчина этот.. ну, которого обманули. Неужели даже не догадался, что это не.. не его ребенок?
– я была в такой оторопи, что даже не обратила внимания на нянюшкины упреки в мой адрес:

– Тюфяк он, этот мужчина. Но оно и к лучшему, что он такой мягкотелый, все как надо обернулось, — буркнула старушка, отводя глаза.
– Добрый он, и любит ее.

– Да кто и кого любит, нянюшка?!

– 0х, болтаю я, сама не знаю что! — вдруг запричитала старушка, всплеснув руками. — Это я из времен моей молодости историю вспомнила. Не обращайте внимания, госпожа Марианна, вам такие вещи знать еще не положено. Лучше перескажите, что на завтраке было? Как он себя показал, граф ваш?

Я села на кровати и вздохнула:

– Сидел со мной рядом. все время смотрел на меня, иногда улыбался или спрашивал что-нибудь. Когда завтрак закончился, то стул мне отодвинул и подал левую руку. Правая у него повреждена, похоже, он ее все время неловко держал. Даже бокал с вином брал левой рукой.

Я замолчала, не зная, что еще рассказать, а няня покачала головой удрученно:

– Да уж, смотрю не бьется ваше сердечко с ним рядом быстрее обычного, не трепещет от его улыбок. Ну оно и к лучшему, что голову не потеряете ни от какой там любви.

– Я его люблю, ты ошибаешься, нянюшка!
– поправила я старушку строго. Покосилась на дверь и шепотом попросила.

– Давай не будем про графа? Объясни лучше... что ты про мою магию говорила?

Няня тоже покосилась на дверь и отрицательно покачала головой. Почти беззвучно произнесла:

– Потом, деточка, когда совсем одни будем. Может даже, когда к жениху своему поедете, по дороге и расскажу. Вы ведь возьмете с собой в мужнин дом старую нянюшку?

– Конечно возьму, куда я без тебя! Ты ведь мне как родная, ни одного дня своей жизни без тебя не помню, — уверенно ответила я.

– Таки не было у вас ни одного дня без меня, голубушка моя. Как родились вы, так меня к вам и приставили. На руки дали и велели беречь пуще глаза. Я и берегла, как умела, — растрогано произнесла нянюшка и смахнула со щеки слезинку. — Ладно, побегу я, матушка ваша велела к ней подойти, как с вами закончу. Сказала задание какое-то даст.

Повинуясь внезапному порыву, я подскочила с кровати и крепко обняла пожилую женщину.

– Ты лучшая нянюшка на свете, и я очень очень тебя люблю, — прошептала, прижимаясь губами к ее мягкой, пахнущей лавандой морщинистой щеке.

– Как закончишь с матушкиным делом, приходи, поможешь мне выбрать наряд на ужин, — бросила ей легкомысленно. Снова запрыгнула на кровать. Зарылась в подушки, даже не подозревая что в следующий раз увижу свою нянюшку еще очень-очень, не скоро.

Остаток дня я провела в своей мастерской, обрабатывала и консервировала семицветы, чтобы на целый год, а то и два сохранить. Не знаю, конечно, нужны будут на севере мои духи кому-то или нет? И разрешит ли муж мне этим делом заниматься?

Но, может, успею до свадьбы побольше благовоний сделать и отнести мэтру Годфри, через которого с покупателями связываюсь. Оставлю у него, он продаст, а выручку батюшке отнесет. Жаль только, времени у меня мало до свадьбы, всего неделя, много сделать не смогу.

По сердцу снова побежал холодок и тоскливое предчувствие сжало горло. Казалось, вот-вот что-то нехорошее случится.

Только я никак не могла понять, что именно...

На обеде никого, кроме матушки и нас с Лаурой не было. Граф вместе с батюшкой отправился осматривать земли, которые мне в приданное отходят: несколько пашен, лес за речкой и луг, что лежал как раз между замком и Зеркальным лесом.