Чтение онлайн

Барабаня пальцами по столу, я пожал плечами.

– Согласен, это больше, чем я ожидал. Даже Брайан думает, что я изменился. Когда на днях мы играли в гольф, он поздравил меня, что я наконец нашел свою «человечность».

– Это не беспокоит тебя? Скольких людей охватывает эта ложь? На скольких она отразится, когда все закончится?

– Кэтрин, прекрати слишком драматизировать. Браки постоянно распадаются. Мир не рухнет. Мы выясним эти «как» и «почему», когда решим, что пришло подходящее время.

– А до тех пор продолжим лгать.

Мне надоел этот бессмысленный разговор. Я потер голову и нахмурился:

– Да. Мы продолжим обманывать. Я все еще плачу тебе и это по-прежнему твоя работа. До последующего распоряжения ты моя жена. Продолжай вести себя соответственно. Притворяйся, что я тебе нравлюсь. Копни глубже и представь, что любишь меня. Делай все, что считаешь нужным, чтобы поддерживать этот, как ты его называешь, «фарс».

Она встала на ноги, качая головой.

– В этом-то и загвоздка, Ричард. Мне не всегда нужно притворяться, что ты мне нравишься. Когда ты перестаешь вести себя как большой мудак, то становишься вполне славным человеком. Отвечаешь людям. Добр и щедр с Пенни. По какой-то причине рядом с ней ты забываешь, что надо быть тем мудаком, которого показываешь остальному миру. Порой ты забываешь об этом, даже когда бываешь со мной. – Ее выражение лица было печальным, а голос удрученным. – Порой я забываю, что не нравлюсь тебе, и думаю, что мы на самом деле друзья.

Она отворила дверь и приостановилась, обернувшись ко мне.

– Мне нравятся те моменты. Благодаря им проще пережить все прочие дни.

После чего она вышла, оставив меня ошеломленным.

Глава двадцать вторая

РИЧАРД

КЭТРИН БЫЛА ТИХОЙ ВЕСЬ остаток вечера. Дождь усилился и ослаб, в итоге затихнув к полуночи. Дженна почувствовала в воздухе что-то неладное и постаралась быть незаметной. В какой-то момент она поинтересовалось, все ли с Кэтрин в порядке.

– У нас, э-э, возникли разногласия, – признался я. Пары спорят и мой ответ казался вполне допустимым.

– Из-за произошедшего ранее?

– Да. – Я не стал уточнять к какому именно «ранее» это относится и позволил думать, что это связанно со случившимся с Пенни.

– Хочешь, чтобы я ушла?

– Нет, все в порядке.

– Не ложись спать рассерженным. Выговорись, – предложила она. – Я скоро поднимусь к себе и дам вам некоторое уединение.

Не зная, как еще ответить, я кивнул. Понятия не имел, что сказать Кэтрин, но стоило Дженне уйти наверх, она последовала за ней. Я некоторое время подождал, выключил телевизор и присоединился к ней в спальне. Она уже лежала в кровати, свернувшись калачиком у самого края. Я подготовился ко сну и устроился позади ее маленького, теплого тела. Поколебался, а затем протянул руку и притянул ее спиной к своему торсу.

– Не сердись на меня.

– И не собираюсь, просто грустно, – вздохнула она.

– Я не могу изменить того, кто я есть.

Она повернулась в темноте, чтобы посмотреть на меня.

– Думаю, в некотором роде ты уже изменился.

– Возможно, – признал я. – Но все же это не меняет того, как я отношусь к определенным вещам – дети и любовь две из них.

– У тебя все лишь черное и белое.

– Должно быть, потому что так я справляюсь с жизнью.

– Ты многое упускаешь.

Я провел пальцем по ее щеке, ощущая мягкость кожи в темноте. На ней остались следы влаги, и я понял, что она плакала. Меня беспокоила сама мысль о том, что она лежала тут расстроенная.

– Кэтрин, – начал я.

– Что? – прошептала она.

– Знаю, что все стало значительнее и сложнее. Знаю, что как человек ты лучше меня и это тебя беспокоит. Я не ожидал, что Гэвины будут частью нашей жизни вне офиса. Я не планировал знакомиться с Пенни и привязываться к ней. Сейчас мы ничего не можем сделать, кроме как плыть по течению. Я не могу изменить свои взгляды на жизнь, потому что в это верю. Однако кое в чем ты ошибаешься.

– В чем?

Я накрыл ладонями ее щеки, приближая к своему лицу.

– Я не испытываю к тебе неприязни. Далек от этого. Сожалею о каждом своем гадком слове, каждом паршивом поручении, с которым тебя отправлял, и о каждой грязной работе, что поручал тебя делать. Думаю, ты невероятно храбрая, раз согласилась провернуть такое со мной, а причины, побудившие тебя к этому, просто поразительны. Ты бескорыстная и добрая, а тот факт, что ты стала настолько важной для меня – доказательство того, насколько ты особенная.

По ее лицу побежали горячие слезы. Я застонал, не в состоянии вынести сегодня еще больше эмоций.

– Господи, женщина, – игриво прорычал я. – Я пытаюсь быть милым, а ты плачешь. Сдаюсь. Вернусь к тому, чтобы быть мудаком.

Она погладила меня по руке.

– Нет, все в порядке. Я перестану. – Она шмыгнула носом. – Это было неожиданно. Вот и все.

– Я пытаюсь извиниться.

Она приподняла голову, коснувшись моих губ своими.

– Извинения приняты.

Я зарылся руками ей в волосы, притягивая ближе, и прижался к ее губам, желая еще раз их распробовать. Она ответила с тихим вздохом, ее дыхание коснулось моего лица. Долгие мгновения наши губы двигались вместе, языки соприкасались и дразнили. Неистовое желание медленно росло, а мое тело гудело от потребности. Со стоном я отстранился, глядя на нее сверху вниз. Ее губы распухли, а дыхание участилось. Я провел пальцем по ее нижней губе.

– Кэтрин, – хрипло прошептал я и провел рукой по ее обнаженной ноге.

Она приподняла голову и в момент, когда ее губы встретились с моими, мы вдруг услышали неожиданный раскат грома и последовавший за ним грохот в гостевой спальне, сопровождаемый громким воплем.

Я застонал, роняя голову ей на плечо.

– Чертова Дженна, опять.

Она раздраженно выдохнула.

– Ну, черт. Думаю, она разбила мою чертову лампу. А та мне нравилась.

Я начал смеяться над ее редкой колоритной репликой. Скатился с нее и накрыл свое лицо рукой.

– Иди, посмотри, что на этот раз натворила твоя подруга.

Поколебавшись, она выскользнула из кровати. Тусклый лунный свет у нее за спиной обрисовал ее силуэт сквозь тонкую ночнушку. Она немного поправилась и ее тело смягчили плавные изгибы. Со спадающими на плечи волосами и расширившимися от желания глазами она выглядела сексуально. Чертовски сексуально, вообще-то.

– Иди, – прорычал я. – В противном случае я не буду отвечать за последующие действия.

Развернувшись, она поспешила к двери.

– Кэтрин, – окликнул я.

Она обернулась, рука уже покоилась на дверной ручке.

Я смягчил голос.

– Если лампа разбилась, я куплю тебе новую.

Она просияла улыбкой:

– Ладно.

Я плюхнулся обратно на кровать.

Что, черт побери, я делал? Уже второй раз за сегодня я хотел основательно ее трахнуть – женщину, от которой желал когда-то избавиться. Теперь она постоянно находилась возле меня. В каждом аспекте моей жизни. В моей постели.