Чтение онлайн

Так дерьмово я не чувствовал себя даже тогда, когда мой племянник трахнул мою невесту. На Крис, несмотря на то что она продержалась рядом со мной шесть лет, было насрать. А на Ника – нет. И, чтоб черт ее побрал, на Дашу – тоже.

Я всегда называл мудаком своего среднего брата, но даже Глеб не способен ни на что подобное. Мне его не хватает. Он должен вернуться к концу следующей недели, но… вряд ли я смогу рассказать, что творится у меня на душе. Как меня выворачивает наизнанку от сделанного. От того, что не могу видеть ее рядом с Ником, потому что хочу убивать всех вокруг.

Мне противна сама мысль, что эту девушку могут трогать чьи-то чужие руки. А когда я понимаю, что все то, что я делал с ней сегодня, делает Ник – не исключено, что прямо сейчас, – меня просто разрывает. Но и рассказать сыну о том, что с нами было, я не могу.

Я покупал ему грузовики в детском магазине, менял подгузники и тащил огромный букет для учительницы на первое сентября. Я не могу сказать: «Ник, думаю, не стоит встречаться с этой девушкой. Я только что оттрахал ее пальцами на столе, и ей понравилось».

Почему она? Как вышло, что та, которая зацепила меня, пожалуй, впервые за мою жизнь, принадлежит сыну? Как отпустить ситуацию? Нет, я и не планировал продолжать отношения с девушкой, которая младше меня я даже не могу подсчитать, на сколько лет. Но представить, что она принадлежит другому – точнее, не просто другому, а моему сыну, – не мог. И еще ее ремарка… про девушку племянника. Только сейчас понимаю, что она, видимо, перепутала меня с Максом. Но я с таким облегчением принял весть, что она девушка Дэна! Может, потому что понимал: если она не с племянником, значит, с сыном.

Как же хреново…

Сначала на автомате иду в кабинет, чтобы нажраться в хлам, но уже по дороге понимаю, что это не решение проблемы. Если я напьюсь, неизвестно, какой еще фигни натворю, поэтому отправляюсь туда, где можно остыть. В бассейн. Не верю, что мне это поможет, но понимаю: в таком состоянии не поможет ничто. Нужно остыть, выветриться (все же я пил) и валить отсюда как можно быстрее.

Жаль, это «быстрее» наступит не раньше чем ближе к вечеру. К тому же если я свалю прямо сейчас, будет слишком много вопросов, а я хочу их избежать. Я смогу сделать вид, будто все нормально и ничего необычного не происходит. А девчонка, если, конечно, не дура, сама не будет показываться мне на глаза.

Что-то говорит Ник, кажется, про то, что обычно его отец дружелюбнее. Снова вспоминает ночной перелет, но я не слушаю. Просто не могу. Не могу ему отвечать. Смотреть тоже не получается. На меня напал ступор. И руку забираю сразу же. К счастью, у Ксюхи и Кира – финальная стадия разборок. Плюс со второго этажа спускается сонный и еще не протрезвевший Антон и начинает выяснять, что случилось. До меня никому нет дела, и состояние получается скрыть.

Ксюха рыдает. Дэн орет: «Ну мужик, так получилось. Хочешь, я подгоню тебе двух из своего ВИП-списка?»

Кир не хочет ничего, на него больно смотреть. Его сердце разбито. Я представляю Ника. Что будет, если он узнает, что я делала на столе с его отцом. И меня буквально скручивает приступ тошноты. Я извиняюсь и под настороженный взгляд Машки ухожу наверх, молясь об одном – не встретить Александра в коридоре. Мне нужно немного прийти в себя.

– Даш? – окликает Ник.

Оборачиваюсь на ступенях, слабо улыбаюсь и говорю:

– Я просто не могу. Чувствую, отрублюсь прямо здесь. Нужно поспать хотя бы пару часов.

– Тебя проводить? – тут же предлагает он, но я мотаю головой.

– Нет. Я не до такой степени отрубаюсь. Свою комнату найти пока еще в состоянии, – почти искренне усмехаюсь я и буквально взбегаю по лестнице.

То, что со мной что-то не так, могла бы заметить только Машка, но подруга за мной не идет. Видимо, решила, что Ксюхе ее помощь нужна больше. А может быть, понимает, что сейчас я все равно ничего не скажу.

Оказавшись в комнате, я не могу сдержаться и с рыданиями падаю на кровать. Я просто не знаю, что делать в этой ситуации. Самое разумное – сбежать. Но сейчас это нереально. Нужно немного подождать. Продержаться хотя бы несколько часов, а потом придумать причину и уехать.

Мне жаль, что так вышло с Ником. Я точно не смогу с ним сейчас встречаться. Это неправильно и гадко, да и нечестно по отношению к нему. Я не пылаю при нем, у меня не сносит крышу. Представить страшно, что мы будем гулять, держаться за руки, целоваться, и всегда между нами призраком будет стоять его отец, который лишил меня невинности. Мне больно. Больно оттого, что я влезла между ними. Главное, чтобы Ник об этом не узнал. А я справлюсь.

К приходу Машки я оказываюсь совершенно не готова.

– Даш? – спрашивает подруга, увидев мои заплаканные глаза и бледное лицо. – Что у тебя стряслось? Ты еще там была белее мела. Что-то с Ником пошло не так? Он вел себя как мудак?

– Это я вела себя как мудак, – признаюсь, таращась в стену.

Слова даются нелегко. Очень тяжело делиться тем, что у меня на душе, даже с Машкой. Потому что стыдно. Я никогда не делала того, чего потом могла бы стыдиться. До той ночи, когда встретила Александра.

– Помнишь, я рассказывала про свой первый раз? – наконец начинаю я, сдавшись под пристальным взглядом подруги.

– Конечно! Как я могу забыть, что первый раз моя лучшая подруга переспала по пьяни со старым пердуном? Ну я же тебе говорила: не переживай, и такой опыт забудется.

– Маша, не забудется, – вздыхаю я. – Старый пердун – это отец Ника.

– Он тебя узнал? – сглатывая, уточняет подруга и тоже немного бледнеет. Ужас ситуации пронял даже ее.

– Хуже…

– Что может быть хуже? Хотя… – Машка закатывает глаза. – При всей фиговости ситуации я тебя понимаю. Такому старому пердуну я б тоже дала. Никогда бы не подумала, что он папа Ника. Брат – да. Отец? Хотя Алина говорила, что подружка оставила младенца Александру в качестве подарка на его восемнадцатилетие. Но тридцать семь, конечно, много.

– Маша, ты о чем? – возмущаюсь я. – Он отец Ника. Мне нужно свалить отсюда как можно быстрее. Это ужасно в любом случае, как бы он ни выглядел, сколько бы лет ему ни было.

– Не пори горячку, – говорит подруга. – Ситуация поганая, не спорю. Но если ты сейчас сбежишь, Ник может что-то заподозрить. А его папа будет считать, что ты чувствуешь себя виноватой.

– А я и чувствую себя виноватой, – не спорю я.

– Когда ты с ним спала, ты не знала Ника. И не знала, кто он.

– Я не рассказала еще кое-что…