Чтение онлайн

Вдоль стен, один напротив другого, стоят два дивана. Один — Зойкин, другой — тети-Лидин. Совершенно одинаковые, как два пожилых, но еще бодрящихся брата-близнеца. На обоих лежит множество разновеликих и разноцветных подушечек. Квадратных, прямоугольных, круглых... И одна, огромная, ярко-розовая, в форме сердца. Зойка ее называет «романтической подушечкой». Когда у моей подруги наступает период очередной влюбленности, она дома с этой подушкой не расстается. Кстати, эти подушки, сделанные руками тети Лиды, не раз и не два страдали от нашего с Зойкой нашествия. Тетя Лида использовала в качестве набивки обрезки разных тканей. А мы с Зойкой еще два года назад (а честно признаться — еще даже год назад!) вовсю играли в куклы. И постоянно шили для них новые наряды. Поэтому часто потрошили подушки в поисках нужных тканей.

Естественно, мы совершали набеги тайком и в отсутствие тети Лиды. Она, наивная, потом очень удивлялась.

— Вроде нормально набила. Почему подушка так похудела? Наверное, ткань уминается.

Она добавляла обрезки в каждую подушку. Но и мы с Зойкой не дремали. А потому, к еще большему изумлению тети Лиды, подушки вновь начинали худеть. Конечно, тетя Лида и так исправно снабжала не только собственную дочь, но и меня самыми разнообразными лоскутками для кукольных нарядов. Но почему-то самое ценное, интересное и необходимое оказывалось именно в подушках.

Зойка вернулась и, пройдя всю комнату, остановилась у письменного стола возле окна. Взяв с него большую папку, она притащила ее на диван.

— Вот. Смотри.

Усевшись, она водрузила папку на колени и развязала тесемки. У меня почти тут же вырвался восхищенный возглас. На листе ватмана была изображена девушка в потрясающем бальном платье, нежно-розовом, с пышными рукавами. С одной стороны платье было присборено, и из-под него виднелась роскошная кружевная юбка.

— Это Золушка на балу, — немедленно пояснила Зойка. — Нравится?

— Могла бы и не спрашивать, — откликнулась я и с нетерпением перевернула лист.

— А это Золушка у себя дома, — прокомментировала следующий эскиз моя подруга.

Золушка с чумазым лицом стояла в крайне живописных лохмотьях.

— Да-а, Зойка, — выдохнула я.

— Правда нравится? — не сводила с меня напряженного взора она.

— Нравится — не то слово, — вновь восхитилась я. — Это просто потрясно.

Мне хотелось скорее добраться до следующего листа, однако Зойка схватила меня за руку:

— Погоди. Сперва я тебе покажу другое.

— Что другое? — уставилась на нее я.

Зойка, не отвечая, вскочила с дивана и схватила с письменного стола коробку из-под сапог.

— Это, конечно, сильно уменьшенный вариант, — смущенно проговорила моя подруга. — В общем, сама гляди.

И, скромно потупившись, она протянула мне коробку. Я сняла крышку. Внутри оказались две куклы. Знакомые мне с детства Зойкины Барби и Кен. На Барби было точно такое же платье, как у Золушки с рисунка.

— Это Золушка, — вновь принялась нервно объяснять Зойка. — А это, — ткнула она пальцем во вторую куклу, — Кен, то есть Принц, на балу.

Кен-Принц был тоже одет что надо.

— А вот эскиз, — вытащила из папки новый лист ватмана Зойка.

Тот же самый костюм. Черный камзол с золотым шитьем. Белоснежный плоеный воротник. Черные с золотом панталончики. Белые чулки. И, наконец, черные бальные туфли на каблучке и с золотыми пряжками.

— Господи, Зойка. Когда ты только успела? — изумилась я.

То, что мы будем ставить «Золушку», нам объявили всего неделю назад. Мы — это ученики пятых-восьмых классов, которые занимаются в театральной студии нашей школы. Ее открыли только в этом учебном году, после того как наконец-то отстроили новое здание школы.

Сперва состоялся очень строгий отбор в студию. Однако и после него оказалось, что актеров приняли чересчур много и в одном спектакле всех занять невозможно. Поэтому наша руководительница Изольда Багратионовна решила ставить два спектакля. Один — силами учеников девятых-одиннадцатых классов. Они будут играть взрослую пьесу Островского «Лес». А второй спектакль — «Золушка». Его сыграют ученики пятых-восьмых классов на новогодней елке у младшеклассников.

Я вообще-то расстроилась. Играть с малышней в сказке сначала казалось мне унизительным. А Зойка обрадовалась. Хотя вообще нигде не играет. Конкурс на актрису она не прошла, и ей предложили быть костюмером. Зойка сперва обиделась. А потом мы с ней вместе подумали, и она согласилась. Во-первых, потому что ей передался тети-Лидин талант к шитью, а во-вторых, потому что Зойка сама это любит. И, кстати, рисует великолепно.

В общем, Зойку охватило жуткое воодушевление. А я, если честно, расстроилась. Понимаете, мне хотелось сыграть настоящую серьезную роль, а Зойке — сделать интересные костюмы. И «Золушка» ей как раз подходила. Потому что для «Леса» школа собиралась брать костюмы напрокат. А для «Золушки» возьмут только костюм лошади, которая повезет карету. А остальное мы будем делать сами. И костюмы, и декорации, и звук.

Выяснилось это лишь неделю назад, когда Изольда нам объявила о своем решении. И Зойке, между прочим, еще никто ничего не поручал. Нас пока просто попросили прочитать пьесу, которую сделала по известной сказке Шарля Перро соучредительница студии и коллега Изольды Багратионовны по преподаванию литературы Людмила Григорьевна.

Изольда и Людмила выдали каждому студийцу по ксерокопии инсценировки и сказали:

— Даем неделю на чтение и размышление. А в следующий понедельник соберемся и распределим роли.

Так сказать, «час икс» наступал как раз завтра. Я прочла, и мне, конечно, хотелось сыграть Золушку. А если не ее, то, в крайнем случае, фею или мачеху. Мачеха, конечно, противнее, но играть ее даже интереснее, чем фею. Потому что может получиться смешно и выразительно. Зато фея хорошая и красивая. Но, естественно, Золушка лучше всех.

Я-то только читала и думала, а вот Зойка ухитрилась нарисовать эскизы всех костюмов, а два из них — даже сшить.

— Ну, ты, подруга, даешь, — произнесла я вслух. — Только бы Изольда согласилась.

— А почему она не должна согласиться? — встревожилась Зойка.

По ее виду я поняла: раньше ей такое не приходило в голову.

— Почему Изольда не должна согласиться? — повторила она.

— Ну, кто их там знает, — пожала плечами я.

— У тебя есть какие-нибудь сомнения? — буравила меня испепеляющим взглядом подруга.

— Совершенно нет, — вполне искренне отозвалась я. — По-моему, лучше костюмов просто не придумаешь.

— Ты уверена? — не отводила от меня глаз Зойка.