Чтение онлайн

– Что за ерунда?
– удивилась не склонная к ступору Наталья.

– Похоже на... зубра какого-нибудь, - предположила Катя.

Мужчины обменялись обеспокоенными взглядами, и Анвар озвучил свою версию:

– По-моему это скорее труба...

– ...а если это так, то ни коровы, ни волки, ни даже затейники зайцы с таким инвентарем пока вроде бы не замечены, - озвучил общую мысль Игорь, медленно выговаривая слова.

Приземлившись так неожиданно, все эти дни они стремились к людям, но вот так вдруг, путешественники к этому оказались не готовы. На их лицах была написана растерянность и беспокойство, а Катя, очевидно, как самая молодая и экспрессивная, даже сделала пару шагов назад.

– Да, одичали мы, уважаемые пилигримы. За каких-то несчастных пять с половиной дней, - снова не смог смолчать журналист, вызвав мимолетные смущенные улыбки.
– Однако жить на форели и ракушках - тоже не вход. Пойду-ка, гляну, кто это там дудел.

– Может быть вместе?
– все-таки уточнила Наталья.

– Конечно, только давайте я пойду вперед, а вы - отстанете на такое расстояние, чтобы могли меня видеть и слышать, но оставались не на виду. Мало ли, вдруг там все-таки какой-нибудь местный дикий бык или лев. Кстати, давайте только договоримся, чтобы ни каких криков, свистов, размахиваний руками. Даже если любопытство будет неимоверно свербеть. Дамы, можете быть уверены, если увижу хоть что-то необычное, и можно будет без риска вас позвать, я обязательно соображу повернуться и просемафорить.

– Понятно, иди уже геройствуй!
– рассмеялась бухгалтер.

Но сразу ничего героического не произошло. Идти пришлось еще почти час, пока туристы не добрались до места, откуда стали слышно совершенно другие, по-настоящему неожиданные звуки. Где-то рядом шла драка не на жизнь, а на смерть.

Яростные проклятья на смутно знакомых, но непонятных языках, грохот железа по железу, по дереву и время от времени совсем непонятный треск. Плюс ко всему время от времени раздавались явно предсмертные вопли, просто переполненные гневом и болью. Вся эта какофония рождала смутное чувство какой-то внутренней дрожи. Однако первоначальную растерянность путешественники уже смогли преодолеть, поэтому ни кому даже в голову не пришло мысли, что можно просто уйти, и не рассмотреть все своими глазами.

Еще почти через сотню метров выяснилось, что звуки идут откуда-то снизу. Сначала путешественники увидели, как Игорь пересек изгибающуюся под почти прямым углом речушку, потом он залез на сравнительно небольшую насыпь, из-за которой поток и вынужден был "передвинуться" под противоположную стену ущелья, и тут парень ненадолго замер.

Казалось, он с большим трудом оторвался от видимого только ему зрелища. Скрывшись за гребнем перемешанной с грунтом кучи камней, он повернулся лицом к попутчикам и грузно сел, упершись спиной в самый огромный валун, среди закрепившихся на вершине. Прижав знакомым всем жестом палец к губам, Игорь приподнял локоть и изобразил пальцами идущего человека. Других приглашений не потребовалось.

– Девчата, только не привлекайте внимания! Давайте осторожнее: нельзя делать резких движений, и головы не высовывайте над камнями, смотрите между теми, что побольше. Там вроде не до нас, но давайте знакомиться пока не будем спешить.

* * *

Поставь себе такую задачу, и безбилетники вряд ли смогли бы подобрать лучшие места для наблюдения. Давний оползень оставил насыпь не больше двух с половиной-трех метров высотой, но от прежнего русла, остался еще и длинный котлован, глубиной примерно в три этажа. В итоге со случайно выбранной точки, битву можно было рассмотреть во всех подробностях.

Два с половиной десятка рослых европейцев стали поперек десятиметрового бывшего русла, и перегородили его, двумя рядами плотно сцепленных прямоугольных щитов. Почти все в самых настоящих кольчугах, они напоминала железный волнолом на штормовом берегу. За их спинами суетились еще почти полтора десятка крепких парней, правда, одетых заметно попроще. Часть из них разила поверх щитов полутора-двухметровыми копьями, другие, с луками в руках, время от времени вскакивали на один из многочисленных валунов за спинами товарищей, выпускали одну - реже две стрелы, и спрыгивали, чтобы повторить трюк через минуту, но в другом месте.

Привлекал внимание и их явный вождь. Светлая, наполовину седая борода, завитая в несколько косичек с яркими лентами, сам - среднего роста, но очень широкий в плечах, - он выделялся дорогой одеждой и не менее украшенной секирой, которую ни на минуту не выпускал из рук. Время от времени, предводитель становился во второй ряд, и начинал разить ее широким топором по щитам и шлемам нападающих, но каждый раз не давал себе увлечься, и через некоторое время отходил назад, стараясь убедиться, что все идет правильно.

Их враги явно принадлежали к азиатской расе, и судя по росту и разрезу глаз, скорее даже к юго-восточной Азии. Еще их было минимум в два раза больше. Пытаясь посчитать, Игорь каждый раз получал новую цифру, но меньше восьми десятков не выходило.

Не смотря на разницу в росте, крепкие желтокожие мужики уверенно напирали на стену бородачей, и при этом хорошо держали строй. Железной брони на них было заметно меньше, однако беззащитными те не выглядели. Вооруженные в большинстве своем разной длинны копьями и небольшими топорами, они предпочитали биться, сохраняя некоторое расстояние. Однако немалое число щеголяло и широкими, судя по цвету, бронзовыми мечами. Предназначенные скорее для рубки, они отбивали у вражеских щитов щепки, почти как топоры, и вот они-то было видно, уверенно себя чувствовали и в схватке впритык. Кстати, именно у последних, чаще всего поверх одежды крепились с помощью кожаных ремней, еще и большие круглые или прямоугольные бронзовые пластины, прикрывающие грудь, живот, выступающее над щитов плечо или и то и другое и третье.

Среди желтокожих заметно выделялись два атлетично сложенных воина, затянутые с головы до ног в кольчуги. Даже их лица были прикрыты красивыми металлическими личинами в виде кого-то грозного с торчащими клыками. Стоя в последних рядах, где строй разжижался до аморфной массы, они спокойно выжидали чего-то, ведомого только им, и время от времени гортанными криками то ли отдавали приказы, то ли подбадривали остальных. Однако еще четверо бойцов в броне из металлических бляшек все это время прикрывали их своими здоровыми овальными щитами. Судя по числу торчащих из них обломков и явно бесполезной настойчивости вражеских лучников, попасть в эту пару, те почли бы изрядной удачей.

Что еще бросалось в глаза, так это результативность всего этого тяни-толкая. В отличие от исторических блокбастеров, ни кто во-первых, не стремился броситься и умереть в одиночестве. А во-вторых, большинство ударов, выстрелов из лука или бросков дротиков, заканчивались или во вражеских щитах, или наносили сравнительно небольшие раны. За четверть часа наблюдений и постоянных обоюдных попыток покушения на убийство, ни одного здоровяка не смогли даже подранить, а вот из слабее бронированных нападающих выбыло четверо.

И только один был однозначно убит. Как раз седобородый вождь своей дорогущей секирой с почти полутораметровой рукоятью, сумел подловить, и вмять две неровные половинки шлема в невнимательную голову. Точнее в то, что от нее осталось.

В остальных случаях раненных успевали отвести или оттащить в задние ряды, и принимались сноровисто перевязывать. В итоги ни один из тройки неудачников, судя по всему, даже сознания не потерял.

* * *

– Народ, харе пялиться, давайте советоваться, - присел на прежнее место Игорь.
– Нам нужно кое-что решить.