Конверт из Шанхая
Шрифт:
– Не обижать друг друга, – погрозил он мне пальцем. – Прощайте.
– До скорого свидания, – всерьез ответила я.
Дверь за корейцем закрылась.
29
Сразу или подождать? Вдруг вернется? Ладно, опередить мистера Ю все равно не получится, так что подожду для верности с минуту.
Усатый, видимо, что-то почувствовал, потому что полез под пиджак и достал револьвер. «Наган», солдатский, барабан в нем нужно вращать рукой. Но это не слишком важно.
– Скажите спасибо мистеру Ю, что тот попросил вас не обижать, – сказала я.
Мой надсмотрщик от таких слов растерялся. Можно сказать, изумился.
– А то что? – только и спросил он.
– А то бы вам плохо пришлось. Вы уже забыли, что толкнули меня сюда? И потом грубо хватали? Я на вас очень сердита.
– Вы бы уж сидели тихо, барышня, а то я сам могу осерчать.
– И что? Станете драться с девушкой? На это у вас храбрости достанет!
– Драться не стану, а стукнуть могу, вот этой штукой, – показал он револьвер. – Пребольно получится. Так что сидите.
– А я вот возьму и встану, – я в самом деле встала, но ничего другого пока делать не торопилась. – Вот, извольте видеть, несмотря на ваши угрозы, я стою. Да и вы стоите на месте, потому что боитесь! Трус!
– Видит бог, я терпел долго, – прошипел усатый, перехватывая свой револьвер за ствол. – Придется вас поучить.
И шагнул ко мне, чего делать ему было совершенно нельзя. Пока он стоял на месте неподвижно, справиться с ним мне было много труднее, а как только мне удалось его заставить сдвинуться с места, все стало проще некуда. Я чуть отпрянула, будто в испуге, а он еще и руку протянул, намереваясь толкнуть меня и насильно усадить обратно.
Я стояла спиной к дивану, мой противник сделал шаг ко мне правой ногой, а затем, чтобы толкнуть, потянулся левой рукой, так как в правой держал револьвер. Ну и весь его вес был перенесен на правую ногу. Осталось лишь крепко схватить его за мизинец левой руки, просто потянуть вперед и вниз, а ногой ударить в его правую ногу. Оружия я опасалась менее всего, так как курок не был взведен, и оно, даже случайно, не могло выстрелить. Усатый рухнул лицом на стол, взвыл от боли, так как приложился лбом о тяжелую пепельницу, да и мизинец его крепко пострадал. Попытался вытянуть вперед правую руку с револьвером в ней, но я уже схватила его за ствол и крутанула оружие против часовой стрелки. То есть так, чтобы рукоять надавила на большой палец, заставив его разжаться. Усатый по глупости попытался удержать бесполезное оружие, отчего тот самый большой палец пострадал больше, чем я хотела. А в целом вышло как-то нелепо – у него пострадал мизинец левой руки и большой палец правой! Я на долю мгновения задумалась над тем, как исправить этакий непорядок. Бандит вон не знает, за какой палец ему крепче держаться.
Я повернулась к мистеру Фрейзеру, но тот уже сам успел развязаться и вытащить свой кляп.
– Ух! – сказал он. – Вместо того чтобы джентльмен спасал леди, леди спасает джентльмена! Загадочная страна Россия!
– Мистер Фрейзер. То есть Джон. Мне сейчас некогда, а вы присмотрите за этим негодяем короткое время до моего возвращения.
– Не беспокойтесь, Даша. Я сделаю это с удовольствием.
Бандит все же решился на еще одну глупость и попытался задержать меня. Но тут уж Джон Фрейзер показал себя истинным англичанином и провел потрясающий апперкот [37] . Усатый рухнул на пол и закатил глаза.
37
Апперкот – в боксе прямой удар снизу вверх, обычно целью является подбородок.
– Даже до десяти считать не нужно, – похвалила я. – Настоящий нокаут!
– Sorry [38] , мисс, но мне так давно хотелось это сделать!
– Постарайтесь пока не привлекать ничье внимание и не забудьте о своем соседе. Я скоро вернусь, – пообещала я и выскользнула за дверь.
Револьвер мне пришлось спрятать в рукав платья, было немного неудобно передвигаться, но он мог оказаться совсем не лишним. В коридоре вагона я застала лишь одного человека, но очень нужного.
38
Sorry (англ.) – простите.
– Михаил, следуйте за мной, – сказала я ему на ходу.
Видели бы вы его взгляд! Но он без вопросов исполнил мою просьбу. И даже догадался, видя, что мои руки чем-то заняты, пройти вперед и стал открывать мне двери. В ресторане пришлось умерить шаг, чтобы не пугать обедающих. Я на ходу поздоровалась со знакомыми, даже пожелала кому-то приятного аппетита. Через кухню мы уже почти бежали.
Дверь в купе Арсения Игнатьевича была распахнута, купе было пусто. Это меня больше обрадовало, чем огорчило. Вряд ли стоило надеяться, что мы застанем здесь связанного по рукам и ногам мистера Ю. Но, по счастью, и Владимира с Алексеем Павловичем здесь не было, а значит, никто из них не пострадал. С последним выводом, как вскоре выяснилось, я поторопилась.
– Куда дальше? – спросил Михаил.
– Вперед! – ответила я, и мы быстро прошли оставшуюся часть вагона, чтобы выйти в тамбур.
По тамбуру гулял ветер, Владимир и Алексей Павлович, опасно высунувшись в открытую дверь, пытались что-то рассмотреть позади поезда.
– Ушел! – вырвалось у меня, и от этого возгласа Владимир сделал неловкое движение, пришлось Михаилу придержать его.
– Не пугайте нас так больше, Даша, – попросил спасенный от падения с поезда поручик. С его рассеченного лба стекала струйка крови. Да и Алексей Алексеевич держался рукой за бок. Ловок господин корейский предприниматель, ничего не скажешь!
– Господа! – обратилась я к офицерам. – Вы сами видели, как мистер Ю спрыгнул?
– Не видели. Но как сюда добрались, увидели, что дверь распахнута, в тамбуре пусто, вот мы и решили… Пробовали посмотреть, но ничего не увидели. Но он мог и в кусты откатиться.
– Хорошо, может кто из вас заглянуть на крышу вагона? Но очень осторожно. Это и само по себе опасно, и если вдруг он там…
Вызвался Михаил.
– Попробую. Володя, подстрахуй меня.
Он выглянул в поисках опоры для ног, нашел ее, закинул ногу и, за что-то мне невидимое ухватившись рукой, приподнялся так, что его голова должна была оказаться выше крыши. Несколькими мгновениями спустя он с помощью Владимира вернулся обратно.
– Увы! Пусто! А отчего вы решили, что он может на крыше оказаться?
– Он мне сам рассказал, как по крыше из нашего вагона к себе перебирался. После последней своей неудачи.
– После неудавшегося покушения, хотите вы сказать? – уточнил капитан-лейтенант.
– Можно сказать и так.
– А где вы с ним на такие увлекательные темы побеседовать успели? – это уже Владимир спросил.
– Пойдемте, я вам покажу где. Только вам, Владимир, нужно рану перевязать.
– Перевязывать, положим, нечего, а вот промыть царапину и кровь с лица смыть, чтобы людей не пугать, стоит, – то ли возразил, то ли согласился со мной он.
Я решила, что особой спешки нет, и мы все вместе дождались, пока Владимир закончит умываться в ближайшей туалетной кабинке. Я тем временем решила расспросить о том, как прошла встреча с преступником:
– Алексей Павлович, расскажите в двух словах, что у вас произошло.
– Да что тут рассказывать, как с мальчишками, с нами разделался, – капитан-лейтенант даже не пробовал скрывать досаду. – В дверь постучали, но не как условлено. Потом вдруг открывать ключом начали. Володя приготовил револьвер, я встал там и так, как мы оговаривали. Но тут дверь распахивается… Как он успел в одну секунду выбить пистолет и еще дважды ударить – меня в бок ткнул, Володю по голове – уму непостижимо! Мы с полминуты в себя приходили и в погоню почти ползком двинулись. Хоть заметили, что он в эту, а не в другую сторону побежал, и то хорошо. А дальше вы сами видели: дверь нараспашку и никого!