Чтение онлайн

— Это кусок дерьма, — отрезала Петра. — Теперь-то мы можем отправиться на поиски мисс Роддик?

Будет весело, подумал Бун.

Поиски мисс Тэмми Роддик меня не разочаруют.

Будет охренительно весело.

Спустя две минуты Бун все еще безуспешно заводил машину, пытаясь одновременно удержать на коленях пластиковый поднос и ковыряя еду пластиковой вилкой.

Он снова повернул ключ зажигания. Мотор взвыл, закашлялся и застонал, что твой пьяница с похмелья.

Петра осторожно смела с пассажирского места обертки от фастфуда, достала из сумочки платок, протерла сиденье и аккуратно уселась, прикидывая в уме, во что ей обойдется химчистка костюма.

— Мне же надо питаться во время слежки, — объяснил ей Бун.

Петра огляделась вокруг:

— Не машина, а помойка на колесах.

Сурово, подумал Бун. Он предпочитал выражение «творческий беспорядок».

В салоне валялись плавки, несколько толстовок, около дюжины пустых стаканов и пакетов из разнообразных забегаловок, ласты, маска и трубка для подводного плавания, множество разнопарных сандалий и шлепанец, пара-тройка хлопковых рубашек, одеяло, кастрюля для варки омаров, дезодорант, три тюбика из-под крема от загара, шесть пустых пивных бутылок, спальный мешок, остатки колеса, молоток, лом, алюминиевая бейсбольная бита, пачка дисков — «Коммон Сенс», «Свитчфут» и «Кау Крэйтер Бойс», — бесконечное количество пустых кофейных стаканчиков, банки с воском для досок и затрепанная распечатка «Преступления и наказания».

— Вы, наверное, думали, что это книжка про садомазохизм, — ехидно предположила Петра.

— Я прочел ее в университете.

— Вы ходили в университет?

— Ага. Почти целый семестр выдержал, — соврал Бун.

Вообще-то Бун выдержал все семестры в университете Сан-Диего и получил диплом криминалиста, но Петру разубеждать не стал. Зачем ей знать, что, возвращаясь после прекрасного и утомительного дня, заполненного сёрфингом, в свой дом (где нет телевизора), он больше всего любит почитать за чашечкой кофе под шум океана?

О таком никому не рассказывают. Даже своим ребятам из команды конвоиров, и уж тем более остальным сёрферам Южной Калифорнии, для которых любое проявление интеллекта — серьезный faux pas.Разумеется, никто из них не признается, что вообще понимает, что такое faux pas,или знает еще какие-нибудь французские словечки. Ужас ведь не в том, что ты знаешь такие вещи; ужас, если ты о них говоришь. Найди кто-нибудь у него в машине самую грязную порнуху, это было бы не так страшно по сравнению с томиком Достоевского. Джонни Банзай или Бог Любви Дэйв принялись бы беспрерывно над ним глумиться, несмотря даже на то, что Джонни был начитан ничуть не меньше Буна, а Дэйв отличался энциклопедическими познаниями в области ранних вестернов.

Но, подумал Бун, пусть эта англичанка и дальше погрязает себе в стереотипах.

Кстати, о стереотипах…

— А это что, правда ваша машина? — заговорила Петра. — Или тут просто живет семейство гигиенически неполноценных земноводных?

— Да отцепитесь вы от «бунмобиля», — фыркнул Бун. — Не зарекайся, гласит народная мудрость. Не то и сам не заметишь, как сядешь за руль «бонго». [16]

Хоть он в этом и сомневался.

— Вы дали своей машине имя? — изумилась Петра.

— Ну, на самом деле это Джонни Банзай придумал, — ответил Бун, чувствуя себя нашкодившим подростком.

— М-да. Ваше развитие не то что замедлилось, а просто-таки заснуло коматозным сном.

— Вылезайте из моей машины, — холодно велел Бун.

— Да я серьезно говорю.

— И я тоже. Вылезайте.

— Никуда я не вылезу, — заявила Петра, усаживаясь поглубже в кресло.

— Нет, вылезете.

— Почему?

Бун не знал, что ответить. Она ведь его клиент, в конце концов, да и поиски стриптизерши вряд ли могут быть для нее опасны.

— Послушайте, просто уйдите, и все, ясно? — выдавил он лучшее, до чего смог додуматься.

— Вы меня не заставите, — упрямо возразила Петра.

Буну почему-то показалось, что эти слова она произносила не единожды. В них была доля истины. Он взглянул на Петру.

— У меня перцовый баллончик в сумке, — предупредила она.

— Зачем вам баллончик, Пит? Если на вас нападет какой-нибудь амбал, вы поговорите с ним минутку, и он сам себя им обработает.

— Надо было на моей машине ехать, — пробурчала Петра.

— Позвольте задать вам один вопрос, Пит. У вас есть парень?

— Что? При чем тут…

— Да или нет?

— Да, я встречаюсь с мужчиной.

— Он что, настолько убогий?

Петра удивилась, как глубоко ее задела эта глупая фраза. Бун заметил, как у нее дернулось веко, а на щеках проступил румянец. Неужели она все-таки не стопроцентно железная леди, какой хочет казаться?

Он почувствовал себя виноватым.

— Попробую завестись еще раз, — решил он. — Если не получится, возьмем вашу машину.

Он провернул ключ, и мотор завелся. Звучал он безрадостно — кашлял, фыркал и рычал, — но все-таки работал.

— Пусть ваш механик проверит сальники, — посоветовала Петра, когда Бун свернул на Гарнет-авеню.

— Петра?

— Да?

— Заткнитесь, пожалуйста.

— А куда мы едем?

— В таксомоторную фирму под названием «Три А».

— Зачем?

— Потому что Роддик перешла работать в «Абсолютно голых цыпочек», а их обслуживает именно эта компания, — ответил Бун.

— Откуда вы знаете?

— Это и есть те уникальные знания, за которые вы мне платите, — откликнулся Бун.

Он не собирался объяснять ей, что большинство баров — включая стрип-клубы — заключают договоры с определенными таксомоторными компаниями. Когда турист просит таксиста отвезти его в какой-нибудь стриптиз-клуб, его везут не куда-нибудь, а в «Цыпочек». А когда посетитель так надерется в «Цыпочках», что не может сесть за руль, бармен или вышибала звонят именно в «Три А». Так что если Тэмми Роддик вызывала машину, чтобы ее подвезли до дома, то разговаривала она с операторами из «Три А».

— А с чего вы взяли, что она уехала на такси, а не с каким-нибудь приятелем? — спросила Петра. — Может, она вообще домой пешком пошла?

— Точно я не знаю ничего, — пожал плечами Бун. — Зато мне есть от чего плясать.

Честно говоря, он вообще не считал, что Роддик вызывала такси. Бун склонялся к мысли, что Сильвер или кто-то из его подручных сами приехали за Тэмми и увезли ее на долгую-долгую прогулку.

И что Тэмми Роддик они никогда не найдут.