Копье и кость
Шрифт:
Проницательная, чтоб ее.
– Это больше, чем дом, Нелара. Я просыпаюсь и засыпаю с мыслью о нем.
– Это, должно быть, удивительное место.
– Это святыня, – ответила жрица, вправляя последнюю тонкую косичку в своеобразный венок из подобных кос, надо лбом. – Ну все, ты готова.
– Благодарю, ваша светлость.
– Пойдем, надо заняться делами.
За обедом Шиада смерила мужа надменным взглядом – надо же, даже на обед не надел. Впрочем, ей какое дело, свою работу она выполнила, попыталась отмахнуться жрица. Но женское самолюбие поведение Берада поскребло. Лигар втайне ликовал от ее замешательства.
«Твое право!» – вздернула подбородок и едва не поперхнулась. Когда трапеза завершилась, Берад, проходя мимо, предупредил жену:
– Я зайду вечером.
Шиада не соизволила даже кивнуть.
Берад явился далеко за полночь.
– Какой ранний у тебя вечер, – проговорила жрица, сидя напротив тускло горящего камина.
Много часов они проговорили в этом месте, думала женщина. В полумраке ее лицо, по которому плясали тени прожорливого пламени, казалось устрашающе далеким и заманчиво близким одновременно. У чудищ с женскими ликами из легенд были, должно быть, такие же.
– Уже часы Нанданы.
Должно быть, это значит, что он опоздал. Но ведь они и не договаривались о каком-то конкретном времени.
– Ты все-таки ждала?
– Как видишь.
– Прости, что поздно. – Герцог сел в соседнее кресло. Через мгновение раздался легкий женский смешок. – В чем дело?
– Мы сидим перед камином поздним вечером, в день, когда ты пребываешь вне ратного поля, и беседуем – все, что ты хотел. Помыслы, страхи, чаяния создают нашу жизнь из ничего. Твоя мечта исполнилась, Берад. Не так, как ты хотел, но исполнилась.
– Конечно, – прозвучало с той иронией, какую может позволить себе только человек, который страдал всю жизнь.
Шиада поняла, что глубокомысленные беседы о сотворении сущего сейчас лучше опустить. Она быстро подхватила тон супруга:
– Другие твои мечты, как я понимаю, с успехом выполняют прочие женщины замка.
– Я бы сказал, они выполняют твой долг.
– Око за око, – благосклонно кивнув, улыбнулась женщина. – Ладно тебе, Берад, мы стоим друг друга.
Несколько минут спустя Берад признался:
– Твой подарок шикарен и очень мне понравился. Спасибо.
– Однако не настолько, чтобы примерить его.
Глупая. Разумеется, он уже пять раз его примерил. Наедине, чтобы никто не видел.
Берад потянулся в сторону, к женщине, взял ладонь Шиады, заставив обернуться.
– Он мне понравился, – повторил мужчина, – но я не покажусь в этой одежде, пока ты сама ее на меня не наденешь. Зачем ты послала Гвинет?
– Не суть важно, – холодно ответила Шиада и вновь уставилась на огонь. Правы древние – вечно можно смотреть на пламя.
Берад не выдержал: соскочил с места, встал перед креслом жены, схватил за предплечья и хорошенько потряс.
– Ради всего святого, Шиада! Перестань уже играть в напыщенные игры и побудь хоть немного просто женщиной! Перестань одергивать себя от каждого жеста и слова только из стремления сохранить свое пресловутое жреческое достоинство! Поверь, эту часть твоей жизни я давно оценил, давно признал, и с тем, что ты до конца дней останешься в первую очередь жрицей, я давно смирился!!
Конец ознакомительного фрагмента.