Чтение онлайн

— Что находится по левую сторону шоссе, километрах в пяти отсюда, по дороге на Дрезден? — спросил я.

Герхардт задумался.

— По-моему, ничего, кроме леса и гор.

Заложив страницу с картой спичкой, я закрыл книгу.

— Тогда давайте-ка отложим все это до утра. Уже без четверти час. Ведь вы тоже устали, Герхардт. Сегодня на нас навалилось слишком много событий, чтобы голова смогла их все переварить. Есть хорошая русская пословица: «Утро вечера мудренее»…

— Пожалуй, вы правы. — Герхардт вдруг зевнул и смущенно прикрыл рот ладонью. — Вы где будете спать?

Я посмотрел на широкий диван, стоявший у стены напротив окна, хотел было сказать — здесь, но потом передумал.

— Рядом с вашей есть, кажется, комната с кроватью?

Герхардт кивнул головой.

— Там совершенно чистая постель. Вы можете смело на ней располагаться.

Пожелав ему спокойной ночи, я спустился вниз и через несколько минут лежал в постели, с наслаждением вытянувшись под холодными простынями. Пистолет на всякий случай находился у меня под подушкой.

Уснуть мне удалось не сразу. События дня стояли перед моими глазами. Однако усталость дала о себе знать, и я крепко заснул. Спал я, наверное, довольно долго. Как вдруг совершенно ясно услышал звук выстрела. Я вскочил с кровати и бросился к окну. Все было тихо, только, как мне показалось, какой-то неясный шум все дальше и дальше уходил в глубину парка.

В вестибюле я столкнулся с Герхардтом.

— Что случилось? — спросил он растерянно, еще не совсем оправившись от сна. — Это вы стреляли?

Я отрицательно мотнул головой и, не задерживаясь, открыл входную дверь и увидел поднимающегося по ступенькам ефрейтора Селина.

— Товарищ старший лейтенант, — сказал он, застегивая кобуру пистолета, — стрелял я. Вышел посмотреть машину, только дошел до угла, слышу, кто-то крадется по аллее. Я крикнул «стой», но он бросился бежать. Тогда я выстрелил.

Мы вышли с Селиным в парк. Через минуту к нам присоединился и Герхардт. Ефрейтор показал на место, где он заметил незнакомца, и дорожку, по которой тот бросился бежать. Освещая себе путь фонариком, мы прошли по ней метров двести и уперлись в неглубокую канаву, которая отделяла парк от начинавшегося по другую сторону леса. Идти дальше не было смысла. Да и на посыпанной мелким гравием дорожке тоже не было заметно никаких следов.

— Может быть, вам все это показалось? — спросил я Селина.

— Да нет же, товарищ старший лейтенант, я совершенно ясно слышал, как кто-то бежал, и фигуру видел очень отчетливо.

Ефрейтор перебрался на другую сторону канавы и внимательно осмотрел землю, освещая ее фонариком.

— Вот смотрите, товарищ старший лейтенант, здесь он перепрыгнул. Видите, следы каблуков?

Я нагнулся. Да, Селин был прав, но дальше, на усыпанной хвойными иглами земле, следы снова исчезли. Во всяком случае, ночью обнаружить их, конечно, не удалось бы. Оставалось только ждать утра.

Не успели мы с Герхардтом сделать несколько шагов по направлению к дому, как немного отставший от нас ефрейтор позвал меня.

— Посмотрите, что я нашел на дне канавы. — Он протянул мне какой-то предмет, напоминающий книжку.

Я взял его в руки и осветил лучом фонарика. То, что я увидел, было больше чем неожиданно.

— Посмотрите сюда, — не отрывая от найденного предмета луча света, я протянул руку к Герхардту. На моей ладони лежал справочник геодезиста, тот самый, что мы оставили три часа назад в кабинете на письменном столе.

Так вот что интересовало незнакомца! Мы быстро вернулись к тому месту, где, по словам Селина, он видел фигуру человека. Это было как раз под средним из трех окон, имеющихся в кабинете. Здесь по стене шел толстый провод громоотвода. Мы внимательно осмотрели стену, но никаких следов ни на карнизе, ни около стены не обнаружили.

Через минуту мы с Герхардтом были уже наверху, оставив Селина наблюдать за парком. Теперь нам было ясно, что справочник, так счастливо вернувшийся к нам, несомненно представлял собой большую ценность для кого-то.

Однако неожиданности этой ночи были еще далеко не исчерпаны. Мы вошли в кабинет. Герхардт включил настольную лампу, и первое, что мы увидели, был справочник геодезиста.

Он лежал на столе под лампой, там же, где мы его оставили. Даже заложенная между страниц спичка находилась на месте.

— Вы что-нибудь понимаете во всем этом? — Герхардт с изумлением посмотрел на меня, кладя на стол найденную книгу рядом с прежней.

— Пожалуй, сейчас меньше, чем вчера, — честно признался я. — Однако, может быть, очень скоро все станет ясным. Откройте-ка найденную книгу на шестьдесят восьмой странице, там, где карта.

Герхардт сделал это, и по выражению его лица я угадал, что он совершенно растерялся.

— Справочник подменили. Мы нашли тот самый, что оставили здесь.

Я кивнул головой.

— Совершенно верно, но теперь посмотрите сюда.

Я положил рядом с первым второй открытый справочник. Обе карты в них были отмечены одинаковыми крестиками.

— Чертовщина, — Герхардт опустился в кресло, — если это копия, то каким же образом попал туда крестик, поставленный вами три часа назад?

— Во всем этом мы разберемся утром. Не подходите к окну — и так ясно, что его открывали. Не отдергивайте шторы. Не надо показывать, что здесь горит свет и мы чем-то встревожены.

Я взял обе книжки.

— Спокойной ночи, Герхардт, я думаю, что теперь никто не помешает нам спать до утра.

Когда я кончил рассказ о событиях прошедшей ночи, майор, по своему обыкновению, когда он чем-то был взволнован, встал из кресла и заходил по комнате. Потом он снова подошел к столу и положил руку на раскрытый справочник геодезиста.

— Значит, вы предполагаете, что Ранк спрятал здесь что-то, представляющее известную ценность. По всей вероятности, картины. Но какие? Те, что у него хранились в доме? Давайте, насколько это возможно, воспроизведем события. После своего приезда в имение ночью Ранк отлучается на короткое время, чтобы спрятать картины, будем условно употреблять это слово. На следующую ночь он уезжает снова и исчезает. Где он сейчас? Почему не возвратился, пока у него была такая возможность? Он должен был вернуться, иначе справочник не был бы оставлен в книгах, хранящихся в его кабинете. Знал ли Витлинг в тот момент о картинах? Об этом можно только гадать. Но что об этом известно еще кому-то, совершенно бесспорно. Однако человеку этому нужно еще найти место, где они спрятаны. Значит, это не Ранк. Но тогда, может быть, его посланный. Ранк сам вернуться не рискует. Если только в пятницу днем Герхардт слышал его голос, то человек этот предлагал, по всей вероятности, Витлингу вступить с ним или с ними в союз. Но если так, тогда это был не посланный Ранка, потому что последний мог точно указать Витлингу нахождение справочника и Витлингу не составило бы большого труда завладеть им. Теперь дальше. Почему Витлинг в тот же вечер после ухода незнакомца заводит с Герхардтом разговор о картинах Дрезденской галереи? Что это, случайность или же результат беседы с неизвестным? Скорее, последнее. Прятать свои картины Ранку не было никакого смысла, к тому же Герхардт, который неплохо разбирается в искусстве, уверяет, что среди увезенных из имения картин не имелось ни одной, представляющей какую-то ценность. Вечером я связался со штабом армии. Картины Дрезденской галереи еще не найдены. Возможно, Ранку, который был связан с фашистской верхушкой, удалось захватить какую-то часть их и привезти в Грюнберг…