Чтение онлайн

– Боже ж ты мой, неужели это то, что я думаю, – сипло прокаркал Марк.

– Да, это оно. Рабочее название ЦКО. Цельный квантовый организм.

– Чёрт, – он протянул руку над стеклянным столиком. – Точно нет никаких даже тонюсеньких проводов, энергоемких пластин и прочей начинки?

– Точно. Думает всей пластиковой поверхностью.

Длинные узловатые пальцы слегка подрагивали. Динь-динь удерживала крышку почти вертикально и на самом краю емкости. Внутри открывалась бархатная глубина, делая живую вещь беззащитной и уязвимой.

– Непередаваемые ощущения.

Он отдернул руку, вгрызся зубами в большой палец и покосился на Женю:

– А что еще может это волшебная обувная шкатулка?

– Зависит от установок. Но достаточно много. Накапливать информацию, анализировать, посылать сигналы, как твой коммутатор… Может перемещаться, менять форму, ну… до определенной степени.

– Покажи.

– Динь-динь, иди на пол.

То же дрожание – образец что-то запаздывает с обработкой информации. Ну вот изогнула дно, отталкиваясь двумя углами от гладкого стекла. Так ползут гусеницы. Спрыгнула, перевернулась и встала крышкой вверх.

– Значит, может накапливать и передавать информацию?

– Конечно, может, как без этого.

Женя кивнула, хотя это свойство меньше всего ее увлекало. По нынешним временам всё что-то накапливало и куда-то передавало. Каждый свободный метр утыкан экранами и трансляторами голограмм. Гораздо прикольнее танцующая на полке глиняная игрушка. Или стиральная машинка, способная перейти в другой угол без помощи робота. Чтобы плоть жила, ей теперь не требуется углерод и водород.

– Но ведь способ передачи данных будет совсем другой?

– Он может быть разный. ЦКО способно постоянно его менять, встраивать куда угодно.

Марк облизал губы.

– Скажи-ка мне, леди принцесса, а ты все еще хочешь помочь страждущим душам правонарушителей?

Глава 14. Ускорение свободного падения

Яркое солнце заставляло щуриться. Зря Женя не взяла темные очки. Небо такое синие, единственное облако, видимо, отстало от стаи и вот теперь висит на дальнем шпиле. Ополоумевшие от щебетания птицы и воздух, влажный, пьянящий, пробирающий свежестью. От всего этого весеннего буйства почему-то быстро устаешь. Но до павильона с цветочной выставкой Женя дошла раньше назначенного времени.

Лавочка чудная: руки из-под земли вырастают, а вверху смыкаются пальцы. Между ними и напротив друг друга расположены два удобных сидения, посередине столик. В кольце бронзовых рук уютно, так вот и сиди с ореховым кофе.

Она взяла стакан у подкатившего автомата, симпатичного, с выразительными кошачьими глазками и стальными лепестками упитанных щек. Провела по мигающему брюшку тыльной стороной ладони с наклеенной пленкой мультикоммутатора. Для Парка Горького цена напитка оказалась невысока.

Людей немного, но дроны все равно исправно нарезают зигзаги в ожидании заказов. Она подтянула поближе рюкзак, развернула наружу логотипом: голубой стилизованный хоровод людей. «Возьмемся за руки, друзья» – вот уж не ожидала от Марка такой прямолинейной и незамысловатой креативности.

– Девушка, здравствуйте, вы же меня ждете?

Напротив опустился хмурый всклокоченный парень. Впрочем, они все такие напряжённые, хоровод им в помощь. Не вызывают у Жени большого желания пообщаться.

– Вы Игнат?

Он нервно кивнул, переплел и сжал пальцы. Его бы прямиком к психологам, а не подарками одаривать. Ладно, она уже привыкла делать, как скажет Игорь. Открыла липучку рюкзака и покосилась на летающий вдоль дальней аллеи дрон. Все же спокойнее, когда механические пташки не над твоей головой.

– Держите, Игнат. Я даю вам упаковку с пятью чехлами. Но надо надеть на носитель в течении сорока восьми часов. Пока они активированы. И сразу по запросу ввести имя. Они сами встроятся в сеть. Понятно?

– Да, да, – закивал он. – Все понятно, все сделаем. А вы…

– Что?

Он ломал свои несчастные пальцы, мял губы, не решаясь что-то спросить или сказать. Дрон крутился далеко, бликовал солнечным золотом над верхушками еще голых ветвей. Боже, и как она только согласилась участвовать в сомнительной афере.

– Нет, просто, – мотнул он головой и зажмурился.

Парень где-то ее возраста, но неуверенности через край.

– Ну что хочешь сказать? – со злой усталость спросила Женя.

– Вы сами верите, что мы вместе сможем изменить мир?

О чем он вообще? Смогут ли они, взявшись за руки, сделать каждого счастливым? И как это изменит мир? Скорее уж наоборот. Сделает неизменным на веки вечные. Пушистым розовым царством для сказочных идиотов. Вот только говорить такое не стоит. Поддержка и психологическая помощь. Не ее, конечно, знамёна, там командует Марк, но Жене приходится быть на подтанцовках.

– Да, должно получиться, – кивнула она совершенно серьезно. – Я в это верю. И в вас тоже верю.

Она протянула руки через стол и накрыла его судорожную сцепку пальцев. Парень выдохнул и заметно расслабился. Упаковка с чехлами с края стола скользнула ему на колени. Ну и все, отдала, пора бежать на следующую точку.

Народу тьма. Пришлось обогнуть группу девиц в одинаковых куртках – похоже спортсменки. Притормозить и пропустить бурно горланящее семейство – от подпрыгивающих в толчее детей лучше вообще держаться подальше. В основном все в теплой верхней одежде, хотя молодёжь уже чешет в ярких худи. Жуткий водоворот и теснотища между двумя локомотивами под магнитными монорельсами. До проклятого табло вроде рукой подать, но человеческие запруды похлеще природных. Сесть бы сейчас в скоростной поезд и мотануть, куда глаза глядят. Откуда-то сбоку налетел толстяк в шляпе, чуть не сбил, но успел подхватить под локоть. И сразу громыхнуло – мобильная тележка, затормозила ему в бок.

– Простите, замечтался.

Приподнял шляпу и грузно потопал дальше. Есть же такие рассеянные, у которых получается замечтаться в этом цветастом месиве. Ей вот не дано. И почему во всех терминалах вокзала многоуровневые ленты, а здесь для таких вот мечтателей с их роботами-носильщиками – гладкая платформа.

Мужчина с высокими залысинами стоял точно под табло, как солдат на карауле. И будто шинель на нем в пол, хотя на самом деле плащ. На лице лежала печать сосредоточенного упрямства. Женя бы к такому сроду не подошла. Прорычит что-нибудь недовольное, а то и злое, и настроение испортит. Вот только через его плечо висел опознавательные знак –телескопический тубус. Значит, смурной мужик как раз ее и ждет.