Чтение онлайн

И увеличили.

Теперь – не дают.

А в финчасть просто так не пробраться, у них там вахтенный с автоматом. Но от нашего старпома это не спасает, поэтому они просто дверь запирают на ключ.

Дверь хорошая, железная, не сломаешь, не взорвешь.

Сначала все друг у друга деньги занимали, а потом старпом вот что придумал:

– Лето же на дворе. В сопках – ягода, в реках – рыба, скоро грибы. Пошлем народ на заготовки. Свободных от вахт, подсменных, всех туда. Сам покажу, как рыбу ловить и солить.

И стали мы делать заготовки – ягода, рыба, грибы. Экипаж носит, жены перерабатывают, потом все делим.

И всё бы хорошо, пока не напоролись на адмиральское озеро.

Случилось это утром. В ночное ушла бригада вместе со старпомом на озеро Дальнее, утром они к нему вышли и – одни ягоду косят, другие рыбу носят.

Вдруг бежит им навстречу мичман и матрос. Подбегают, запыхались:

– Здесь… ловить нель… зя!.. Нель… зя-я-я… з-здесь…

– А что так? – насторожился старпом.

– Это о-озеро ад-ми-ральское.

– Какое?!!

– Адмиральское. Здесь командующий запретил всем ловить. Его озеро.

– Значит землю, воду и леса поделили… и остались небеса?

На старпома стало страшно смотреть. Он покраснел как рак, глаза вылупил, губы надул – сейчас сожрёт. Сторожа адмиральского озера – мичман и матрос это как-то без слов поняли.

– Мы же не виноваты!

–!!!!

– Нам приказали!

–!!!!

И тут старпом лицом подобрел. Старпом у нас добреет, если он что-нибудь придумывает.

– Я вам алиби придумал.

– Какое… алиби?..

– А вот, – и достает старпом из кармана веревку. Через минуту они уже были связаны. Попарно. И была их – ровно одна пара.

Потом они были отправлены к командующему со словами «и скажите, что на вас напал одичавший старпом с «К-193».

Вечером все ждали расплаты и вяло пили чай. Один старпом был безмятежен.

Зам все вскакивал и бегал к себе в каюту.

– Сергеич! – не выдержал старпом его очередного вскакивания. – Ты, чего, животом болеешь?

– Андрей Антоныч! Не понимаю вашего спокойствия.

– А я не понимаю чего ты покрываешься болотной сыпью до срока и из тёмных копей испускаешь трель дрозда. Чего трясёшься, как овечий выродок? Ты-то здесь причём?

– Я-то? Я-то?

– Ой! Только не надо растить в себе государственные органы! Не надо! Тебе это не к лицу. Тебе к лицу цвет розовый, здоровый! И улыбочку, не забудьте. Не гримасу на лицо, как презерватив вчерашней свежести, а улыбочку. И больше веры в будущее! В грядущее! Вот идем мы с тобой, Сергеич, в грядущем, соблюдая во всём комплементарность, и каждая тварь дрожащая нас узнает, бросается со словами благодарности, мол, только вы, Сергеич, только благодаря вам. И не надо ломать руки перед лицом вечности. Лучше ломать ноги. И лучше ломать их не себе. Вот иду я как-то…

И тут раздаётся вызов «каштана»: «Кают-компания! Старпом есть?» – «Есть!» – «Товарищ капитан второго ранга, вас к телефону!» – «Ну!»

Зам лицом сделался беспокойный. Старпом усмехнулся.

– Воды выпей! И вот ещё что…

– Что?..

– И глубоко вздохни.

Через минуту старпом вернулся.

– Так! – бросил он, входя. – Роды прошли успешно, чудовище вылупилось. Значит, так! За глумление над мичманом и матросом мне объявлено лично командующим трое суток ареста с содержанием на губе. Для старших офицеров она только в Североморске. Там у меня приятель служит. Забубенько Сергей Олегович. Саня, завтра же отвезёшь туда мой продаттестат. Я ему ещё записочку напишу. Потом поеду я. Лягу там на дно суток на трое.

Так и сделали. Старпом съездил и отсидел.

Когда он появился, немедленно назначена была новая экспедиция на озеро Дальнее.

– Саня! – подозвал он меня, как только они опять собрались. – Подозреваю, что сторожей там стало значительно больше. Найди-ка мне веровочек, но так, чтоб на целый взвод хватило.

И я нашёл ему «веровочек».

На целый взвод.

И они отправились.

Но ничего, обошлось.

Потому что вахта с озера пропала.

Мы ещё крабами занимались. Договорились с брандвахтой насчёт катера, старпом научил нас делать краболовки и наладили мы крабодобычу.

Все в поселке завидовали, а мы ловили так аккуратно, что не подкопаешься.

Начальство, вышестоящее, несколько раз пыталось к нам сунуться, но даже зам при этом имел отработанное лицо, и ничего у них не вышло.

А мы – ноги крабам обломаем, мясо по морозилкам рассуем, а крабовый панцирь продаем японско-корейско-китайским ресторанам, и они из него специальный суп варят, очень помогающий от увядания.

Деньги в общий котел, и старпом делит. Даже всем матросам пай выдавался при увольнении в запас. У старпома специальная тетрадка на этот счет имелась, где он все это вычислял с помощью коэффициентов соцсоревнования, которые наконец-то пригодились.

А потом нас нашел рэкет.

Прямо на пирс прилетели.

В одно прекрасное утро, можете себе представить, на пирс въезжает джип «Чероки», из него вылезает пятеро амбалов, которые через верхнего вахтенного просят старпома выйти наверх.

И это при том, что у нас кругом колючая проволока и КПП!

А меня в центральном не было, и помощник, дубина, ничего не подозревая, вызывает старпома к «гражданским специалистам».

Потом пришел я. Чую, что-то не так:

– Где старпом?

– Гражданские специалисты на пирс приехали.

– Как это «приехали»?

– На джипе.

– На джипе?.. И давно они там?

– С полчаса.

Я винтом наверх и к верхнему вахтенному.

– Хабибулин!

– Я, тащ-щ-ка!

– Где старпом?

– На КАП, с гражданскими.

– Много их там?

– Пять, однако.

Я обошёл джип. Они даже внутри никого не оставили. До того, собаки, уверены в себе.

– Тащ-щ-ка! Тащ-щ-ка!

– Ну?

– Это не специалисты.

– Знаю.

Что делать? И тут меня осенило.

– Так, Хабибулин, знаешь ли ты, что тебе нельзя передавать свой автомат никому, в том числе и мне, поскольку я дежурный, а не разводящий? А? Закон об этом прямо говорит. Закон об этом предупреждает, Хабибулин. А ты что делаешь?