Чтение онлайн

Непогода стала союзником, и Эвелин решила воспользоваться ее помощью, пока была такая возможность. Инстинкт подсказывал оставаться у скал, где она чувствовала себя под защитой. Но разум продолжал рассуждать. Пока идет гроза, она должна найти место, где датчики преследователей не смогут ее обнаружить – пещеру или глубокую расщелину.

«Вероятно, сервомеханизмы и Аватары нашли тело Найтингейла», – рассуждала она, пережидая порыв ветра и вновь отправляясь в путь. В этом случае логично предположить, что второй человек тоже мертв и лежит где-то в болоте, разве нет? Или же они достаточно умны, чтобы провести линию от озера до мертвого тела, и продолжали искать людей в этом направлении? Нужно не так уж много, чтобы понять, что горы – это хорошее укрытие, Конечно, преследователи понимали это, особенно если среди них были Аватары.

Дождь начал стихать. Эвелин была по колено в грязи и воде. Почва под ногами сделалась тверже, а слева и справа стали попадаться камни. По расчетам, от крутых склонов гор ее отделяли два или три километра, но вспышки зондов поднимались все выше. Ей стоило найти убежище, которое бы не позволило датчикам, транспорту и кружащим все ближе и ближе шаттлам обнаружить ее. Эвелин не знала, нашли ли они тело Найтингейла, но в любом случае они были полны решимости продолжать поиски.

Вскоре Эвелин вышла из грязи. Она добралась до твердой земли с оврагами, где скапливалась вода, текущая затем по склону, покрытому огромными и маленькими камнями. Упало еще несколько последних капель, и сквозь первые просветы между облаками засиял полумесяц. Эвелин заметила темную расщелину между камнями и уже протиснулась внутрь, когда поняла, что, возможно, это жилище какого-то животного. Она остановилась, пытаясь рассмотреть что-либо в темноте, но внутри ничего не шевелилось. Гул снаружи становился громче. Эвелин заползла вглубь пещеры и через две или три секунды увидела свет одного из шаттлов сквозь трещину в скале. Когда шаттл пролетел прямо над пещерой, гул усилился, но по мере удаления начал стихать. Эвелин гадала, действительно ли ее не заметили. Через десять минут у нее чуть отлегло от сердца, она вернулась ко входу и поняла, что небо начало проясняться. Транспорта и шаттлов больше не было видно. Сидя в маленькой пещере, она внезапно поняла, что голодна и хочет пить. Она открыла рюкзак… и вспомнила, что в свертке Найтингейла лежала не только запасная одежда, но и еда. Вокруг было достаточно воды, но ей не хотелось выбираться наружу и пить воду из многочисленных луж, несмотря на то что не могла заразиться бактериями или вирусами. Что же до голода… На нейтральном транспортном средстве, которое уже вылетело за ней, точно будет еда.

Поддавшись усталости, она осталась в сухой пещере, подложила рюкзак под голову вместо подушки и уснула.

Когда Эвелин проснулась, сквозь трещину в скале проникал свет. Она в страхе отползла подальше, в темный угол, но потом поняла, что это не лампы, а лучи солнца, и осторожно вылезла наружу.

Разразившийся прошлой ночью ураган превратил болото в озеро. Солнце стояло почти в зените, а в душном воздухе слышалось жужжание насекомых. На безоблачном небе не было видно ни шаттлов, ни транспортных средств. Где же корабль, который должен прилететь за ней? У Эвелин впервые появилось время задуматься об этом. Ее сигнальный значок отправил пакет данных – появление поисковых зондов ясно указывало на это. Но получил ли его спутник? И переслал ли он эти данные?

Как только Эвелин начала забираться наверх, стали возникать новые вопросы. Она хотела выйти на высокое место, чтобы увидеть оттуда нейтральное транспортное средство. Раньше с помощью подобного сигнала можно было вызвать с базы Аляск скрытое транспортное средство со слабой энергетической сигнатурой и минимальной видимостью, летающее низко над землей по маршруту в обход терминалов Кластера, брутеров и станций приема длинных волн. Возможно, МФТ просто не виден? Он должен сесть в горах, к востоку от сигнальной стрелки в долине, куда удобно добраться с болот. Отправляя сигнал, Эвелин предполагала именно такое место для посадки, но не учла, что эта местность настолько большая. Эвелин шла все дальше, ожидая, что вот-вот встретит транспорт. Если только он вообще сюда прилетел.

Эвелин начинали терзать сомнения. Она поднималась выше по склону, который становился все круче и круче, мимо суровых скал и осыпей, снова и снова съезжавших вниз, едва на них ступала нога. С неба палило жаркое солнце, и через какое-то время жажда стала настолько сильной, что Эвелин решила отдохнуть в тени и попить воды из углубления между камней.

«А если спутник не передал инструкции? – она все больше сомневалась. – Что если его вообще больше нет? Конечно, находящийся на орбите большую часть времени в пассивном состоянии объект размером всего тридцать сантиметров нелегко обнаружить даже для Кластера. Но у него везде есть уши и датчики, которые слышат и видят даже то, что не могут слышать и видеть люди».

У Эвелин было и еще одно сомнение: даже если спутник переслал сигнал, существовала ли еще станция и был ли там транспорт, способный долететь сюда? Многое зависело от того, насколько машины осведомлены о деятельности «Утренней Зари» и какие меры были приняты после инцидента в Сакатуне. Возможно, эти ограничения не включали блокировку сигнальных значков для людей. А может, Кластер уже решил перейти в широкое наступление на «Утреннюю Зарю», арестовал всех бессмертных, которые принадлежали к организации, и захватил все их базы. Знают ли машины о базе на Аляске? Джаспер и Ньютон знали о ее существовании. Их похитили и, вероятно, уже допросили. У Эвелин не было информации о методах допроса, которыми пользуется Кластер, но, конечно, ни Джаспер, ни Ньютон не могли им противостоять. Это означало: как только машины узнают о базе на Аляске, они заберут ее под свой контроль и никакой транспорт оттуда точно не доберется.

С такими мыслями Эвелин карабкалась дальше. Рюкзак на спине, казалось, стал тяжелее. Сделав перерыв в тени большого валуна, она открыла его, проверила голову фактотума, искушаемая мыслью поговорить с Адамом. Потом она представила, каково ему существовать в совершенно лишенном света и звука мире, где он ничего не чувствует, в мире, который состоял только из мыслей. Его мысли, старческие и бессвязные от дегенерации нейронов, не ускоряются нейростимуляторами. Ей показалось жестоким разбудить его и коротко с ним поговорить, а затем отправить обратно в изоляцию. Поэтому она положила голову, которая все еще светилась желтым светом, обратно в рюкзак, повесила его на спину, застегнула лямки и продолжила путь, стараясь не обращать внимания на урчание в животе.

Эвелин задавалась вопросом, как далеко находится станция Аляск и сколько времени нужно лететь в скрытом режиме, чтобы добраться до Гудзоновой бухты. Она оценила расстояние в четыре – пять тысяч километров, а при полете в скрытом режиме скорость снижалась всего до четырехсот – пятисот километров в час. Сколько времени прошло с момента отправки сигнала? Как долго она проспала в маленькой пещере?

Эвелин предполагала, что с того момента, как они с Найтингейлом покинули транспорт Аватара и начали продвигаться по болоту, прошло восемь или девять часов. Время, достаточное для полета. Чем выше она поднималась, тем лучше становился обзор, и это подстегнуло Эвелин удвоить силы и взобраться на гребень, находившийся на двести метров выше. Она остановилась рядом с большой скалой под палящим солнцем, прищурила глаза и посмотрела на запад – туда, где пунктиром тянулись горы. Транспортное средство ни при каких обстоятельствах не сможет приземлиться на восточной стороне, об этом нечего было и думать. Куда ни кинь взор, виднелись лишь крутые склоны, небольшие ущелья, осыпи и, примерно в семистах метрах внизу, болото Конады, где после сильного ночного дождя образовались многочисленные озера с серыми тучами комаров.

Эвелин пошла по хребту на север, рассматривая не только склоны, пропасти и долины, но и небо. Изредка ее взгляд блуждал по просторам болота, ища движущиеся предметы, сверкающие на солнце, которые можно было бы принять за летящее близко к земле транспортное средство. Но там летали лишь насекомые, а небо оставалось пустым.

После еще двух часов пути Эвелин уже не могла переносить палящее солнце и спряталась в тени скал. Снова выпила дождевую воду из лужи. Когда она встала, то краем глаза заметила блеск. Сначала Эвелин решила, что это отражение от стоячей воды одного из озер на равнине. Но когда повернула голову, то поняла, что блеск исходил с другой стороны, из расщелины к северу.

Это открытие придало ей новые силы, рюкзак на спине будто бы стал легче. Она спустилась по склону и всего через полчаса достигла осыпи, откуда открывался путь в небольшую полуоткрытую долину.

Внизу, наполовину в тени, куда добиралась лишь незначительная часть солнечных лучей, стоял простой МФТ, похожий на частный автомобиль. Пока Эвелин смотрела туда, внизу ползали тени. Если бы ее не привлек блеск, то она никогда бы не нашла это место. Она начала спуск, окрыленная надеждами. Через десять минут она спустилась в долину и остановилась: машина полностью находилась в тени и, вероятно, сверху ее почти не было видно. То, что Эвелин нашла транспорт, казалось ей настоящим чудом.

Она подошла к машине, положила руку на датчик рядом с люком и назвала свое имя. Он тихо зажужжал, и люк открылся. Эвелин вздохнула с облегчением. Она почему-то боялась, что не сможет открыть дверь.

– Пилот? – спросила она, садясь в кабину.

– Готов, – сказал конденсат разума. – Нахожусь в пассивном режиме.

– Тебя кто-нибудь преследовал?

– Нет.

Как и догадывалась Эвелин, МФТ не был оборудован брутером. Она заглянула в отсеки с оборудованием, нашла долгосрочную провизию, открыла пакет и откусила первый попавшийся протеиновый батончик.