Корабли на морской глади
Шрифт:
– Когда ты думаешь это сделать? – спросила она.
– По правде говоря, я собрался сегодня ночью. Ты не будешь возражать? Просто мне лучше появится на Земле именно ночью – так будет спокойнее. Нехорошо, если кто-то кроме Неда меня увидит. Ведь я числюсь мёртвым…
– Я всё понимаю, Джон. Ты прав, – спокойно сказал Дея.
После некоторой паузы мы вернулись к разговору на обычные для нас темы, касающиеся Гелиума. Я был благодарен провидению, что Дея не упомянула о своём желании увидеть земные корабли. Остаток дня прошёл спокойно, а ночью я, простившись с женой, вышел на балкон, вынул из кармана медальон, который постоянно после возвращения на Барсум носил при себе и, крепко сжав его в руке, произнёс одну из двух фраз, которые навсегда отпечатались в моей памяти: «Ок оэм октей уиз Джасум». Меня закружило, понесло с фантастической скоростью сквозь пространство. Вокруг проносились звезды, кометы, а впереди на меня надвигалась, становясь с каждой секундой всё больше, Земля…
2
Вокруг царил полумрак: свет проникал сюда лишь через стеклянный купол на крыше; никаких фонарей я специально распорядился здесь не оставлять – в случае пожара моё тело было бы быстро уничтожено огнём. Снова, как когда-то в пещере, мне потребовалось время, чтобы прийти в себя и разработать затёкшие без движения конечности – я оказался в своём собственном теле внутри склепа.
Конец ознакомительного фрагмента.