Чтение онлайн

Выпучив глаза, техник Антон бросился на зов девочки.

— Не могу, — ответил он, потрясая электронным блокнотом. — Не получается. Чтобы решить задачу, нужно еще пять минут, самое малое. Двенадцать миллионов! Жизнь двенадцати миллионов зависит от ее решения! — Сев на пол, Антон схватился обеими руками за голову.

— Мы обречены! — застонал Трипио. — Если наши враги смогут произвести выстрел, мы все будем уничтожены.

Джесин Соло стоял, точно прикованный к одному месту. Никто из находящихся в шахте репульсора не мог пошевелиться, охваченный одной и той же мыслью. Двенадцать миллионов! У них остается один-единственный шанс спастись, но шанс этот будет упущен лишь потому, что никто не может дать нужные цифры семилетнему ребенку.

— Секундочку, — произнес в раздумье Джесин. — А зачем нам какие-то там цифры? — Обратившись к младшему брату, по-прежнему сидевшему за пультом управления, он сказал: — Анакин, тебе кажется, что масса слишком велика, так ведь? А ты можешь определить нужную величину? Закрыть глаза и почувствовать ее? Так, чтобы масса оказалась именно такой, какая необходима?

— О чем это ты? — удивился Эбрихим. — Хочешь, чтобы малыш угадал цифры?

— Да не угадал, — возразила Джайна. — Почувствовал. Ощутил. Ну давай же, Анакин. Оставь свои сознательные мысли. Определи то, что нужно, с помощью Силы Джедая.

Посмотрев на брата, затем на сестру, Анакин проглотил слюну и закрыл глаза.

— Хорошо, — произнес он. — Хорошо. По-прежнему не открывая глаз, Анакин протянул руки в сторону приборов управления, которые сами по себе возникали на поверхности пульта. Вокруг головы юного волшебника возникли светящиеся объемные структуры из оранжевых, пурпурных и зеленых кубиков. Они то вспыхивали, то гасли, но Анакин их не замечал.

Где-то в глубине у них под ногами возникла размеренная, мощная вибрация. Послышался громовой грохот репульсора — это невероятной мощности энергия накапливалась и сосредоточивалась в одной точке, готовая в любое мгновение вырваться наружу.

В руке у Анакина возник рычаг управления. Мальчуган плавно нажал на рычаг, и перед его все еще закрытыми глазами появился сияющий оранжевый куб. Юный оператор произвел настройку нужных приборов едва заметными движениями пальцев. Куб мигнул и увеличился в размерах. Нажав на рычаг, Анакин долго-долго держал его в таком положении…

Затем резким движением опустил вниз — что есть сил.

Вся шахта содрогнулась. Вспыхнула молния, осветившая коридор и проникшая даже в отсек управления.

Никто из находившихся в отсеке не заметил этой вспышки — за исключением Анакина, который все видел даже с закрытыми глазами. Зато ее наблюдали все, кто был на поверхности и в космическом пространстве. Они увидели, как из жерла репульсора с громовым грохотом вырвалась мощная струя энергии, пульсировавшая, вспыхивавшая от радости, которую дало ей ощущение свободы. И эта энергия, эта мощь росла с каждой секундой.

Затем сгусток энергии вырвался наружу и помчался, рассекая пространство, нацеленный на Южный полюс Центральной Станции. В этот самый момент, когда все часы обратного отсчета времени, какие только находились в любых частях Вселенной, должны были достичь нулевой отметки, а Центральная Станция произвести роковой выстрел, невероятной силы снаряд ударил по полюсу. Вся южная оконечность Станции озарилась светом той энергии, которая должна была в виде невидимого луча пронзить космическое гиперпространство и уничтожить планету.

Выброшенная репульсором энергия нарушила канал в гиперпространстве, сбила настройку луча Центральной, в результате чего часть энергии этого луча превратилась в световую энергию. Южный полюс Центральной Станции начал светиться, словно гигантская лампа накаливания, а затем пульсировать, пожирая собственную энергию. Свечение стало увеличиваться в объеме, превращаясь в необыкновенной красоты сферу. Сферу, наполненную безобидным светом. Светом, который озарил небеса всех планет Кореллианской системы. Светящийся шар этот сверкал, сиял, рос в размерах, переливаясь всеми цветами радуги. Словно мыльный пузырь. И как мыльный пузырь, лопнул.

Находившийся на Северном полюсе станции Ландо-калриссит наблюдал за происходящим. Глубоко вздохнув (он даже не заметил, что затаил дыхание), он обратился к Тендре:

— Вот теперь все кончено.

— Не понимаю, зачем мы вам тут понадобились, — пробурчал адмирал Акбар своим скрипучим голосом. Повернувшись к Люку Скайвокеру, он выпучил глаза. Находились они на планете Дролл, поскольку Акбару хотелось взглянуть на репульсор. — Мы прибыли к шапочному разбору. Моим кораблям делать было уже нечего и все благодаря адмиралу Оссилеге и Гэриэл Каптисон. — Вот именно. Благодаря им, — отозвался Люк. Он думал о Гэриэл, о ее дочурке Малинзе. Люк пообещал девочке позаботиться о ее маме. Как же ему отплатить свой неоплатный долг перед девочкой? Думал об Оссилеге, трудном, непредсказуемом человеке, который всегда лез на рожон и стремился достичь невозможного. — Я еще долго буду оплакивать их обоих. Но мы победили. Благодаря им и многим другим. И в значительной степени благодаря вон тем троим ребятишкам.

Анакин, Джесин и Джайна носились кругом, карабкались по холмам земли, выброшенной на поверхность при выстреле репульсора. Их со смехом преследовали Дженика Сонсен и Белинди Календа. Они строили страшные рожи, чтобы напугать детей, которые только хохотали. Они играли в тени репульсора. Теперь вершина цилиндра находилась в сотне метров от поверхности планеты. Видя как их дети сами начали гоняться за Сонсен и Календой, Хэн и Лея громко смеялись. Мара лишь улыбалась, и даже Чубакке, похоже, нравилось наблюдать за происходящим. Устроившиеся неподалеку от них в шезлонгах Эбрихим и герцогиня Марча были поглощены беседой. Судя по сосредоточенному выражению их лиц, они обсуждали какие-то очень важные государственные дела, но, скорее всего, предавались своему излюбленному занятию — сплетничали.

Люк был уверен, что так оно и есть, хотя ему хотелось, чтобы дроллы думали о политике. Ведь герцогине это пригодится. Лея поделилась с мужем своими планами назначить Марчу на пост генерал-губернатора Сектора.

Дракмус, сидевшая рядом с обоими дроллами, была настолько захвачена их увлекательной беседой, что крепко спала.

Услышав высокий голос, которому отвечало торопливое чириканье, звучавшее отнюдь не дружелюбно, Люк обернулся. Арту и Кьюнайн снова ссорились, обсуждая проблемы конструирования дройдов. Стоявший между ними Трипио пытался обоих образумить. Люк предполагал, что красноречие Трипио, как всегда, возымеет свое действие.

— Вы и сами понимаете, — продолжал Люк, — что в войне победили и все те, кто находился здесь, на этой равнине: люди, селонианка, дроллы, вуки и дройды. Именно они выиграли войну. Не корабли, пушки или современные технологии.

— Конечно, ты прав, — согласился Акбар. — Но войну не выигрывает кто-то один, какая-то одна сторона. Скорее можно говорить о том, что ее проигрывают. Проигрывают все. Одни с большими, другие с меньшими потерями. Ущерб, нанесенный планетам, несоизмерим ни с чем. Он ужасающ. Много лет понадобится обитателям этих планет, чтобы все восстановить, залечить раны, нанесенные боевыми действиями, связать оборванные узы.

Люк кивнул головой. Но что касается оборванных уз, то они понемногу связываются, справедливость восстанавливается. Адмирал Акбар сообщил об аресте некоего Фарниса Глейзри, своеобразного агента Лиги в защиту прав человека, участника шпионской организации, проникшей в тайны слишком многих правительственных учреждений Корусканта. Расколоть его не составило никакого труда, и он запел, как соловей. Все участники шпионской организации, работавшей на Лигу на Корусканте, были арестованы и брошены в тюрьму. Как веревочке ни виться, а конец будет.