Корень квадратный из прекрасного
Шрифт:
ФИЛИПП: Слушай, Молли, слушай же.
Как защитить мне душу от души твоей прикосновений; не твоей души коснуться ль ей во тьме ночей? Ах, я бы душу пестовал в тиши, во тьме темнее ночи, где ничей глас не ответит жалобе души в удушливой тиши ручья ручей Но наши души делает одним то, что сольет их, как смычок: под ним так слиты струны, прежде столь немы. Какого инструмента струны мы? Под чьей рукой мы звучим из тьмы? Сладчайшую мелодию храним...МОЛЛИ: Как прекрасно, Филипп!
ФИЛИПП: Да, но не я их написал. Идем спать.
МОЛЛИ: Я поставлю цветы в воду.
ФИЛИПП: Давай скорее. ( Поднимается по лестнице).
МОЛЛИ (про себя): Нужно положить в воду аспирин.
Филипп уходит. Молли открывает дверь в комнату Париса, выключает свет, минуту стоит. Появляется Парис.
МОЛЛИ: Парис?
ПАРИС: Что случилось, мама? Почему ты не спишь?
МОЛЛИ: Милый, о чем ты подумаешь, если твоя мать скажет, что любит сразу двоих?
ПАРИС: Любовь. По-моему, любовь смешна. Очень смешна.
МОЛЛИ: Ты помолился?
ПАРИС: Да, мама.
МОЛЛИ: О чем?
ПАРИС: Я должен сказать?
МОЛЛИ: Нет, малыш. Я не любопытна, но как мать...
ПАРИС: Ну ладно, ты не любопытна.
МОЛЛИ: Если бы ты любил сразу двоих - чтобы ты сделал, малыш?
ПАРИС: Не знаю. Мне грустно, когда ты говоришь так серьезно и по-взрослому.
МОЛЛИ: Джон сказал, что любовь светится. Давай проверим.
ПАРИС: Как?
МОЛЛИ: Смотри на стол и думай о ком-нибудь, кого любишь. Закрой глаза.
(Она закрывает глаза. В это время утренний свет заливает комнату). Филипп Рэлстон Лавджой. (Медленно открывает глаза). О Боже, стол светится.
ПАРИС: Обыкновенный деревянный стол.
МОЛЛИ (пристально смотрит на стол и закрывает глаза): Джон Такер. (Открывает глаза). Стул светится. Оба. Как это у тебя вышло, стол? А у тебя, стул?
ПАРИС: Обыкновенный деревянный стул. (Выходит).
ФИЛИПП: Молли!
(Молли идет к центральной двери, смотрит вверх).
Молли!
(Она касается рукой стола, затем стула).
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ.
На следующий день.
Сцена: никого нет. Слышен стук пишущей машинки. Хетти Браун и Парис входят через кухонную дверь. Хетти– миловидная девочка годом старше Париса.
ХЕТТИ: Ну и головоломный же был экзамен! Расскажите о целях Томаса Джефферсона. Кто был автором доктрины Монро?
ПАРИС: Доктрина Монро напоминает мне о Мерилин Монро, а когда думаешь о ней, невозможно сосредоточиться на экзамене. Это самое трудное - сосредоточиться.
ХЕТТИ: Да еще эта муха! Я только и думала о мухе, которая жужжала у окна. Как будто не о чем было больше думать. Обычно не обращаю на них никакого внимания. Кто печатает на машинке?
ПАРИС: Папа.
ХЕТТИ (робко): ОН здесь?
ПАРИС: Приехал вчера вечером.
ХЕТТИ: Я пойду.
ПАРИС? Не уходи.
ХЕТТИ: Я пойду. Моя двоюродная бабушка Джейн лечилась в таком же заведении, но она нам дальняя родственница.
ПАРИС: Ну и что?
ХЕТТИ: Сони Дженкинс говорит, что твой отец сумасшедший.
ПАРИС: Паршивый коротышка. Я его побил.
ХЕТТИ: А я слышала, что он тебя побил.
ПАРИС: После того, как папа написал пьесу, он отдыхал в санатории. Что тут такого?
ХЕТТИ: Мы все читали в "Дейли Ньюс", что он сделал.
ПАРИС: Папино имя много раз появлялось в газетах - с тех пор, как я себя помню.
ХЕТТИ: Я знаю, он знаменит, но...
ПАРИС: Папа отдыхал в санатории несколько месяцев и сейчас в полном порядке. Шикарный санаторий, там все время играют в теннис, а после обеда подают чай.
ХЕТТИ: Мне казалось, что в таких местах кошмарно.
ПАРИС: Теннис и чай после обеда?
ХЕТТИ: Я и не знала, что сумасшедшие пьют чай.
ПАРИС: Не говори сумасшедший. Мама сказала, что надо говорить "больной". А папа даже не был болен.
ХЕТТИ: Все-таки я пойду.
ПАРИС: Почему? Ты же только пришла.
ХЕТТИ: Боюсь твоего отца. К тому же мама запретила мне приходить сюда.
ПАРИС: Почему?
ХЕТТИ: Потому что мы раздевались и рассматривали друг друга.
ПАРИС: Зачем ты ей сказала?
ХЕТТИ: Я все ей рассказываю. А ты разве нет?
ПАРИС: Нет. К тому же, она бы меня не поняла.
ХЕТТИ: Не поняла? Моя мама была просто потрясена.(смакует эти слова) - Потрясена. (Обнимает Париса) - Парис, я с тобой какая-то сумасшедшая... Прости. Я не должна была произносить это слово.
– Я хочу сказать, что без ума от тебя. (Входит Филипп).
ФИЛИПП: О!
ХЕТТИ (в смущении): Мне пора... (Убегает)
ФИЛИПП: Прекрасная Елена.
ПАРИС: Ее зовут Хетти.
ФИЛИПП:Я вошел в конце или в начале?
ПАРИС: Не понимаю, о чем ты?
ФИЛИПП: Четырнадцатилетний юноша должен бы понять.
ПАРИС: Мне не четырнадцать.
ФИЛИПП: А сколько?
ПАРИС: Пошел тринадцатый. В прошлом году ты прислал мне на день рождения игрушечный скафандр. Ты не помнишь, сколько мне лет?
ФИЛИПП: Пытаюсь.
ПАРИС: Детский скафандр. По правде говоря, я не ожидал от тебя подарка.
ФИЛИПП: Сын, у меня для тебя кое-что другое есть. (Идет к буфету, достает шахматы).
ПАРИС: Что это?
ФИЛИПП: Шахматы.
ПАРИС: Но это же твои. Их сделал твой отец.
ФИЛИПП: Он сам их выточил.
ПАРИС: Здорово!
ФИЛИПП: Шахматы напоминают мне о доме.
ПАРИС: О каком доме?
ФИЛИПП: Когда мы купили ферму, то было для меня, как если бы мы купили Уоллен.
ПАРИС: Уоллен?
ФИЛИПП: Дом Торо. Я мечтал о доме. Мечтал о себе.
ПАРИС: Здесь?