Чтение онлайн

За эти дни, что прошли после посещения Джуна, они с бабушкой ещё один раз посетили лечащего врача. Отметившего серьезный прогресс в её излечение.

Несмотря на не самую теплую погоду на улице, Йона сняла кроссовки и шевелила пальцами, а также пыталась заставить ноги нормально двигаться в коленях и в районе таза, а тут это:

— Дурак! Ты напугал меня, — возмущенно сказала она, подняв голову и увидев стоявшего перед ней улыбающегося Джуна.

— Привет любительницам ночных купаний, — заявил он ей.

— Бесишь! — её мордашка забавно перекосилась от злости.

— Ты так не делай, — тут же было заявлено девушке. — Сразу старше становишься.

— Ах ты, придурок!

Утренние, после обеда и вечерние прогулки стали для неё обязательными. Бабушка настойчиво следила за её регулярным посещением свежего воздуха. Так что Йона сейчас в очередной раз сидела на скамейке, дыша воздухом и одновременно — тренируя ноги.

Наглое и оскорбительное заявление от этого… наглеца про её старение, не должно было остаться безнаказанным. И её попка заёрзала по скамейке, а руки уперлись в неё. Встать не получилось, тогда она его пнула… Ну как, пнула… попыталась лягнуть хама правой ногой по лодыжке.

— Ах-ха-ха, — буквально заржал Джун, сдвинувший ногу так, что она не попала, хотя носок кроссовка прошёл в миллиметре от конечности. — Ноги коротки.

— Кесэкки! (Придурок, — прим.) — её злобный и беспомощный взгляд буквально сжигал этого болвана.

Она была одета во всё тот же свитер и короткие шорты.

Её хальмони не забыла закрыть калитку, но для Джуна подобное препятствие таковым совсем не выглядело. Разбег в два шага, упор правой ногой в ворота, захват пальцами за верх створки, и он оказался во дворе дома.

— Жук, что ли? — взгляд Джуна смотрел куда-то за спину девушки.

— Холь! — глазки девушки расширились так, что больше стали напоминать формой глаза обычной европейки.

Близость реки и незастроенной местности рядом с ней позволяли разным насекомым достаточно неплохо плодиться здесь. Не в таком количестве, как в сельской местности, но их хватало. И Йона, как обычная женщина, испытывала к ним стойкую неприязнь. Реагировала без визгов и писков, но старалась держаться от них подальше.

— Ну-ка, — испуганная девушка повернула голову и стала выискивать потенциальную опасность за её спиной.

Не сразу поняв, что пока она отвлеклась, руки парня оказались у неё под свитером.

— Мичинном! (Чокнутый! — прим.) — ей так захотелось вцепиться зубами, ну хотя бы в нос этого наглеца, который сидел на корточках перед ней, лапая ей чуть выше её ягодиц.

— Где твоя хальмони?

— На рынок ушла, — глазки девушки стали закрываться от удовольствия: тепло руки Джуна и разливающаяся по телу истома.

— О, уже лучше, — он понятия не имел, откуда это знает, но был уверен, что организм девушки восстанавливается ураганными темпами.

Йона размякла, не помышляя потребовать убрать руки наглеца от её тела. Получая настоящее наслаждение от процесса.

— Извращенец! — раздался пронзительный женский голос в стороне от парочки.

Бабушка Йоны вернулась с рынка! И в очередной раз увидела, как этот наглец лапает её внучку. В этот момент разминающий её мышцы на верхней части бёдер, а туда только руки мужа могут лезть. Ночью, под одеялом!

— Ай! — пискнула девушка, поняв, как всё это выглядит со стороны.

— Доброе утро, Лан Чунь, — наглец даже не стал двигаться, а всё так же массировал ноги Йоны.

Пожилой женщине очень захотелось треснут парня по голове сумкой с продуктами. Только вот что-то внутри неё воспротивилось этому. Какие-то пока не сложившиеся в голове мысли в логическую цепочку: толкающие её к тому, что действия парня оказывают положительное влияние на подвижность ног внучки.

— Что здесь происходит? В моём доме? — неожиданно для всех раздался мужской голос от ворот.

— Шибаль! — пробормотала себе под нос старушка, когда повернулась и увидела, кто находится у них во дворике. — Припёрся.

Лицо Йоны стало буквально белым, когда она увидела нежданного гостя.

— И кто этот, неуважаемый господин? — Джун спокойно встал и развернулся.

Во дворе дома стоял мужчина лет под пятьдесят, невысокого роста с зарождающейся лысиной на голове, с седыми остатками волос на ней. Однозначно любящий покушать, о чём говорили солидное брюшко и наеденные щёки. На лице была мина надменности, а в глазах самоуверенность в своих поступках.

Он был облачён двубортный синий костюм, белую рубашку, но без галстука. По обеим сторонам от него стояли двое мужиков, судя по фигурам, а также заломленным ушам, — бывшие борцы. И всё те же классические черные костюмы на здоровяках.

— Ким Кон! — раздался голос хальмони. — Ты что здесь делаешь? И что значит твой дом?

Лан Чунь была раздражена не только визитом этого человека, но и тем, что опять забыла закрыть калитку.

— Ага, папаша, — хмыкнул Джун, разглядывая холёное, надменное лицо, сразу поняв, кто находится перед ним.

— Йона! Кто это? И что он здесь делает? — незваный гость сделал вид, что не слышал Лан Чунь.

— Ким Кон, ты считаешься себя выше других? — Лан Чунь не собиралась уступать. — Что! Ты! Делаешь! В моём доме?

— Я забираю свою дочь! — наконец-то тот соизволил ей ответить.

— Я не поеду с тобой, — пискнула девушка, сжавшись в комок.

— Неблагодарная тварь! — заявил её отец. — Да ты мне всем в этой жизни обязана, — с пафосом продолжил. — И ты будешь делать то, что я тебе говорю!

— О как! — наглость мужика поражала. — Вам здесь не рады, — несколько шагов Джуна: и обе женщины оказались за его спиной.

— Прочь с дороги! — апломб просто сквозил в голосе и хозяйском поведении отца девушки.

— Йона? Аджумма? — парень не повернул головы, внимательно разглядывая враждебную троицу.

— Мой дом здесь, — раздался голос всё понявшей девушки.

— Они никуда не поедет, — практически одновременно прозвучало от её бабушки.

— Молчи, выжившая из ума старуха! — прошипел Ким Кон. — Она поедет со мной.