Чтение онлайн

Тогда Тэхи ничего конкретного заместителю директора не ответила, просто убежав из его кабинета и спрятавшись в туалете. Она не знала: соседки сами догадались или их послал заместитель, но те сами нашли её в туалете. И мягко высказались в том плане, что ей лучше принять предложением заместителя, заработав деньги именно тем способом.

Оказалось, что все её соседки воспользовались предложением Кил Нима: продали свою девственность. И продолжали с ним «работать», подрабатывая продажей своих тел. В Коре было полно извращенцев, готовых платить за секс с несовершеннолетними.

Только тогда до Тэхи дошло, откуда у соседок по комнате появлялись дорогие телефоны, аксессуары и одежда. На вопросы по поводу источников поступления денег, девчонки всегда говорили, что это им их кавалеры подарили. Ни с кем из детдомовцев девочки не встречались, но постоянно общались с незнакомыми молодыми и не очень людьми. Забиравшими девочек от детского дома на дорогих машинах.

На слова Тэхи о том, что стоит сообщить о подобном в полицию, девчонки посмеялись над ней. И заявили, что она полная дура! У неё нет никаких доказательств. Они же полностью будут отрицать всё! Их всё устраивает. К совершеннолетию каждая будет иметь деньги, позволяющие им приобрести небольшие квартиры. Не в Сеуле, конечно, но где-нибудь в других городах — реально.

А Тэхи, дура! Раз не понимает, что это шанс выбраться из нищеты. Тэхи оставалась при своём мнение, пока она её мысли не возвращались к состоянию её брата.

Неожиданно для себя Юна столкнулась с тем, что Тэхи, ранее не особо охотно общающаяся с соседками по комнате, стала шушукаться с ними по углам — у неё появились какие-то тайны от подруги.

Всё чаще, Юна видела, как Тэхи общается с лидером женской группы — Минэ. И подруга отказывалась говорить Юне о чём они говорят. Всячески уходя от этих разговоров.

Когда секрет знают много людей, то он быстро перестает быть секретом. Младшие детдомовцы ничего толком не знали, в отличие от более возрастных. Слухи о том, что взрослые девчонки получают деньги от богатых поклонников ходили по всему учреждению, но без всяких доказательств. Юна была очень настойчива и собрав информацию, сделала соответствующие выводы, а потом отловила подругу в туалете, когда там больше никого не было.

— Тэхи, ты не должна этим заниматься! — Юна была категорически против, чтобы подруга занималась подобным. — Это всё грязь и мерзость. Ты же сама раньше так говорила!

— Юна, ты ничего не понимаешь, — очень тихо сказала ей Тэхи.

И самым страшным было то, что Юна сделала предположение, а подруга даже ничего не стала отрицать.

— Да как не понимаю, — возмущалась Юна. — Я же не дура!

— Я знаю, Юна… Знаю, — всё также тихо. — Я должна!

— Ты! Никому! Ничего! Не должна! — отчеканила Юна, выделяя каждое слово отдельно, возмущенно глядела на подругу.

— Всё равно, всё сегодня закончится, — не очень понятно для Юны, выдохнула из себя Тэхи.

— Что закончится? Ты о чём? — потребовала разъяснений Юна.

— Отстань, — не выдержала настойчивости подруги Тэхи и просто убежала в свою комнату.

Юна хотела догнать её, но потом поняла, что сейчас та не станет с ней разговаривать. И всё может закончиться серьёзной ссорой. И дождавшись вечера, она пришла в комнату к Тэхи, обнаружив, что её нет.

— Куда она пошла, Минэ? — не на шутку взволнованная Юна вцепилась в соседку подруги. — Говори немедленно! Я знаю, что ты в курсе всего.

— Не твоё дело! — ответила та, с вызовов взглянув на неё.

— Да я тебя, — девушка не шутила и ухватилась за воротник рубашки. — Куда? Она? Пошла?

— В отель она пошла, дура, — ухватившись своими руками за пальцы Юны, Минэ пыталась их оторвать от своей футболки.

— Какой отель? — не сразу поняла Тэхи.

— В том самый! Фан анд Хот («Fun&Hot», — прим.), — высказалась Минэ.

— Она к кисен (проститутка, — прим.) пошла? — поднялись брови у Тэхи.

В детском доме все прекрасно знали, что это за отель и чем там занимаются.

— Это не твоё дело, — наконец оторвала от своей одежды Минэ чужие пальцы. — Тэхи добровольно туда пошла. Чего ты лезешь, дура?

— Она не должна этого делать! — глаза Юны сверкнули.

— Не лезь! Тебе голову за такое могут оторвать, — злобно заявила ей Минэ.

— Не твоё дело, — выкрикнула Юна и быстро выбежала из комнаты.

Квартал расположения лав-отелей, клубов и ресторанов в Добонге

— Тэхи! Тэхи! Выходи! Я знаю, что ты здесь, — кричала молоденькая девушка, стоя напротив стойки ресепшен небольшого отеля. — Это Юна!

— Аищи! Ты чего орешь, дура! — возмутилась администратор отеля, стоявшая за стойкой.

На вид ей можно было дать и двадцать пять, и тридцать лет, из-за яркого макияжа. Достаточно смазливая, невысокого роста, одетая в прозрачную майку, так что был виден розовый бюстгальтер и очень короткую чёрную юбку.

Встав со стула при виде вошедшей в холл первого этажа отеля посетительницы, администратор ничего не успела спросить, как сумасшедшая девчонка начала кричать.

Разозлённая администраторша выскочила из-за стойки и бросилась к Юне пытаясь вытолкать её из помещения, чтобы та не всполошила гостей отеля.

— Тэхи! Это Юна, — не успокаивалась девчушка, активно сопротивляясь и достаточно успешно. — Выходи, Тэхи!

— Шибаль! Уходи отсюда, — толкала её к выходу сотрудница отеля.

Отель располагался в небольшом квартале на одной из окраин Добонга, застроенный зданиями небольших лав-отелей, баров, клубов и нескольких одноэтажных зданий для игры в падук (аналог игры го, — прим.) и хато (карточная игра, — прим.). На самом деле это были замаскированные игорные клубы, где можно было выиграть, а большей частью — потерять деньги.

Четырёхэтажное здание отеля «Fun&Hot» имело всего 16 номеров на всё здание, но приносило ощутимую прибыль местной криминальной группировке, через подставных собственников.

Постоянными посетителями были клиенты с проститутками или немногочисленные парочки, желающие заняться сексом, но не имеющим для этого жилплощади.

Из-за удалённости и немногочисленности населения, в этот квартал Добонга приезжало достаточное количество парочек из других районов Сеула. С учётом полного отсутствия видеокамер и разных нежелательных элементов в лице папарацци и журналистов. Полиция здесь появлялась очень редко, а любые конфликты и потасовки «гасились» местной охраной из тех же ганпхэ.