Корейский Гандикап
Шрифт:
— Тьфу на вас, двадцать раз, — зло сказал Джун, успев увидеть в глазах Ёнджин разгорающиеся отвращение и негодование. — Рану я хочу посмотреть.
«У неё рану, а у меня… низ живота?» — в голове у Ёнджин опять заметались отвратительные мысли в отношении Джуна.
Смущенная словами Ёнджин, Со Ён подняла низ футболки с правой стороны.
— Ну и отлично, — констатировал Джун, видя, что от раны на боку живота остался рассасывающийся шрамик.
— А меня, тоже? — Ёнджин было еле слышно. — Штаны снимать?
— Иди отсюда! Извращенка, — еле слышно прозвучало последнее слово.
Всё равно услышавшие Со Ён и Ёнджин, обе красные: одна от смущения, а вторая — от стыда, птицами взлетели на второй этаж.
Джун неодобрительно покачал головой, а затем поднялся на второй этаж. Спустя пять минут в доме спали почти все.
— Ёнджин! Что случилось? — начавшая погружаться в сон, Соё Ён услышала всхлипы и вынырнула из мира грёз.
— Ничего, — ответила та.
В сумраке комнаты, Со Ён увидела, что тело Ёнджин под тонким одеялом сотрясается от рыданий. Броситься к ней — это напугать её. И осторожно на коленках Со Ён доползла до девушки и расположилась рядом с ней. Подняла правую руку, а потом очень медленно положила её на плечо… И стала его поглаживать.
— Мне было очень страшно… — вдруг заговорил Ёнджин. — Очень страшно и… больно.
— Тебя били?
— Да, но и… Очень стыдно… Очень!
— Неужели тебя… — Со Ён закусила кожу на тыльной стороне правой кисти.
— Да. Много раз, — ответила ей Ёнджин.
— А я, могу с вами? — неожиданно для Со Ён прозвучало от Ёнджин.
Она проснулась от стука в дверь и голоса Джуна: «Подъем! Или не пойдёшь?» — раздалось из-за закрытой двери.
Соседка Ёнджин подскочила и выскочила из комнаты, заняв туалет. И очень быстро вернулась, толком ничего не сделав с лицом. Ей показалось это странным. Ни кремов, ни косметики… Почему?
— Ты куда так торопишься? — не удержалась она, смотря на лихорадочно застилавшую матрац Со Ён.
— На тренировку, — быстро ответила та и открыла дверь.
— Тренировку? — удивилась Ёнджин. — Какую?
— С нами Джун занимается, — ответила Со Ён.
— А мне можно?
— Тебе? — удивилась Со Ён. — Ну не знаю. Если Джун согласится, то… Наверное.
Джун был совершенно не против, когда девушки спустились в подвал, где он в этот момент занимался разминочным комплексом с Чон Хо.
— Какие боевые искусства знаешь, владеешь?
— Никаких не знаю, — тихо ответила Ёнджин. — Йогой долгое время занималась. — спохватилась она.
— Ну йогой — это да, — Джун переглянулся с братом и сестрой. — Хотя… Тоже пойдёт. Почему бы и нет. Только для чего это тебе?
— Хочу уметь защищаться, — тихо сказала Ёнджин.
— Ты Практик?
— … Да! — она не сразу ответила. — Адепт.
— Ого! — обрадовалась Со Ён. — В нашем отряде подпольных Практиков — прибыло.
— А почему же ты?.. — Джун не закончил фразу.
— Я ничего не умею, — ответила Ёнджин. — Я… Мне… — она замкнулась.
— Потом расскажешь, если захочешь, — быстро сказал Джун, поняв, что ей неприятно рассказывать свои тайны. — Научим!
Сказать легко, а вот сделать… Чему-то серьёзному её не научишь. Для этого лучше всего начать заниматься с детства и отдать этому много лет. Придётся её тупо натаскивать, отрабатывая несколько ударов и приёмов, которые ей по силам и самых простых, но действенных.
— Пойдём, я тебе одежду подберу, — Со Ён ухватила Ёнджин за руку и потащила к шкафчику, где хранились запасные комплекты. — Вот это должно подойти, — на глаз подобрала штаны и куртку. — Можешь переодеться в душевой.
— Хорошо, спасибо, — девушка поклонилась, взяла одежду, а потом ушла в душевую.
— А ты быстрая, — хмыкнул Джун, когда Ёнджин управилась всего за десять минут.
Болезненный вид, худоба, но всё равно она выглядела очень неплохо. Одежда Чон Хо для неё великовата, но она подвернула штаны, закатала рукава. Её вид вызвал покраснение и кашель со стороны брата Со Ён, отводящего свой взгляд от неё.
Джун посмотрел на растяжку и гибкость девушки, сделав вывод, что у неё с этим всё хорошо. Занятия йогой дали о себе знать.
— Ёнджин, ты пока посмотри. Оцени, может тебе не понравится. Хорошо?
— Да, — сказала та, сидя в поперечном шпагате.
— Разберём ваши ошибки, — сказал Джун.
— Какие ошибки? — не поняла Со Ён.
— Твои в особенности, — строго посмотрел на неё Джун. — Какого ты… — он сдержался от ругани. — Что за глупость ты вчера, сделала?
— Ну… я… этого… — замямлила Со Ён.
— Одеть защиту. Спарринг, — не стал Джун дожидаться вразумительного ответа.
Под удивлённым взглядом Ёнджин, брат и сестра бросились одевать защитное снаряжение, помогая друг другу с застёжками. Управились за пять минут.
Затем, следующие десять минут Джун «раскатывал» девушку по полу. Объясняя и вразумляя, показывая её ошибки и дурость во вчерашней схватке.
— Всё, умираю, — плюхнулась на живот и перевернулась на спину взмыленная Со Ён, рядом с Ёнджин.
— Чон Хо!
— Ха! — сокрушающий удар правой ногой сверху вниз (удар — «молот», «топор», — прим.), прямо в голову противника, а потом… полёт на пол.
Джун мудрствовать не стал, а просто в падении на пол, правой ногой произвёл круговой удар с разворота, выбив опорную левую ногу атаковавшего его Чон Хо. Грохнувшийся парень перекатился в сторону и быстро встал на ноги. И опять бросился вперёд.
Ёнджин не сказать, что было интересно, но она желала, чтобы больше никогда не повторилось с ней то, что произошло. И она смотрела на спарринг, внимательно слушая Джуна, разбиравшего ошибки Чон Хо.
— «Рука Будды»! — на десятой минуте боя, Со Ён с восхищением прокомментировала «наказание» своего брата за глупость.
— Ты много думаешь, пытаясь сокрушить противника, — заявил Джун, только что влепивший ладонью в нагрудник Чон Хо.
— Холь! — только и смогла сказать Ёнджин, видя угасающий серебристый отпечаток ладони на защите старшего брата. — Что это?
— Не знаю, — пожала плечами Со Ён. — Такое мы уже видели, но Джун не стал ничего толком объяснять, а мы не стали его пытать.
— Больно! — заявил отлетевший к стене Чон Хо, потирая свою грудь.
— Будет ещё больнее, если так будешь лезть на противника: без ума и надеясь на свою технику и силу, — осуждающе сказал Джун. — Хватит, медитация.
Глава 16
Со Ён и Чон Хо собрались на середине татами и сели в позу «лотоса».
— Медитировать умеешь? — спросил Джун у Ёнджин.