Чтение онлайн

Я не стал рассказывать о разных скучных вещах во второй части книги, которые не имели отношения к нашему путешествию. Все это можно отложить на потом.

Поэтому сразу перешел к главному.

– Насчет значения слова «знание», – начал я. – Юхар пишет, что по преданиям далеких предков, это «знание» может защитить от зла. Он или сознательно использует это слово, чтобы спрятать истинное значение того, о чем говорится в древних манускриптах, или просто копирует их, не понимая смысла. В общем, могущество того, кто обладает этим «знанием», может сравниться с силой богов. Ни один демон ничего не сможет сделать с тем, кто обладает этим «знанием».

– Понятно, – Мара кивнула.

– А теперь смотрим сюда, – я открыл вторую тетрадь Тоуса. Там чьим-то каллиграфическим почерком на языке бекхаров были сделаны записи, помеченные, как «перевод трактата Урсугаила». Здесь дважды упоминаются слова «оружие» и «доспехи». Но рядом на полях опять это слово на языке убуру – «знание». И знак вопроса. Автор, Урсугаил, магистр очень высокого уровня, предположил, что скрытый смысл слова «знание» в переводе с убуру в древних трактатах употреблялся в значении «оружие» и «доспехи». Это, так называемые, трудности перевода. Мне кажется, вместо слова «знание» и в книге Юхара Лоцци надо везде ставить слова «оружие и доспехи».

– Покажи, где это написано, – попросила Мара.

Она посмотрела на строчку, которую я подчеркнул ногтем. Я специально открыл на нужной странице.

– Это звучит «Фара-гото» на языке убуру. Юхар переводил это, как «Знание». Я думаю, что Урсугаил ближе к истине: «фара» – это оружие, а «гото» – доспехи.

– А что это за слово, рядом? – спросила Мара, указывая на следующее слово, написанное с большой буквы.

– «Джарини», – ответил я. – Это значит «демон».

Мара взялась рукой за свой талисман.

«Фара-гото Джарини».

Она ушла в себя и смотрела в иллюминатор на вздымающиеся черные волны океана.

***

Ночью я ненадолго забылся в беспокойном сне.

Корабль швыряло и качало на огромных волнах. Мне снилось, как я летаю внутри какого-то помещения с очень высоким потолком, уворачиваясь от падающих со стен длинных каменных плит.

Не знаю, как долго это продолжалось, какой-то бесконечный дьявольский аттракцион, от которого кружилась голова.

Вдруг движение прекратилось. Я завис посередине, и оказался между гладью моря и серыми тучами. Внизу маленькая фигурка брига без парусов направлялась к берегу.

Я открыл глаза и сел на полу каюты.

Шторм прекратился. Мара тоже проснулась и свесила голову из гамака.

– Надо выгулять Арму! – первое, что она сказала.

Все поднялись на верхнюю палубу. Идиллическая картина полного штиля с широким эллипсом звездного неба над головой была обманчива.

Мы оказались в центре зарождающегося урагана.

Зловещая тишина и ровная поверхность воды пугали сильнее, чем ревущий вихрь. Этот устрашающий тайфун закручивался гигантской воронкой против часовой стрелки вокруг небольшого пространства у берега, который находился в миле к северу.

– Нам надо попробовать приблизиться к тому краю воронки, – сказал Гриди, показывая в сторону берега. – Это наш единственный шанс. Если нас подхватит ветром, то разнесет в щепки!

«Придется воспользоваться браслетом, детка,» – мысленно произнес я. – «Штиль не продлится долго».

– Что это за берег? – спросил я у Гриди. – Как мы высадимся?

– Понятия не имею, Кранц, – признался капитан. – Нам остается только надеяться, что там нет рифов и скал.

– Все вниз! – приказал я своим бойцам. – Держите лошадей наготове. Оружие надеть за спину через шею. Все остальное не имеет значения. Попробуем прорваться на сушу.

С серьезными лицами все молча отправились в трюм.

Мара приготовилась.

– Паруса ставь! – крикнул Докинс матросам на реях.

Гриди и Хэнк вдвоем привязались канатами у штурвала.

Я ждал, взявшись за веревку, натянутую вдоль борта.

Ветер, созданный силой браслета алайсиаги, наполнил паруса.

«Лучезарный» устремился к берегу.

Пока нам везло. Глаз урагана смещался по дуге в нужную нам сторону. Появилась надежда, что мы можем добраться до земли раньше, чем стена ветра и дождя догонит нас сзади.

Я оглянулся. Почерневшее небо словно падало сверху. Медленно и неотвратимо. Капли дождя уже начали долетать до палубы.

Мара усилила свой поток.

Смотрящий из вороньего гнезда на грот-мачте крикнул, что нужно держаться левее.

Гриди и Хэнк схватили штурвал и понемногу стали поворачивать его влево.

Ветер хлестал со все возрастающей силой, пока Мара не уловила нужную скорость, чтобы смещаться вместе с воронкой. Берег стремительно приближался.

Докинс посмотрел в подзорную трубу.

– Прямо по курсу рифы! – закричал он. – Сворачивай влево еще сильнее!

Гриди и Хэнк повернули рулевое колесо до отказа.

Грот-мачта от напряжения заскрипела. Одна из снастей оторвалась и край паруса забился на ветру.

– Мара! – заорал Гриди. – Полный вперед! Воронка сужается!

Я почувствовал, как палуба уходит из-под ног, и схватил Мару за левую руку.

Она усилила давление ветра.

Корабль затрещал и понесся в небольшой проход между двух острых рифов.

Новый мощный порыв урагана сорвал незакрепленный край большого паруса.

– Я включаю на всю мощь! – крикнула мне Мара. – И нужно спуститься вниз.

Я только кивнул. От ветра перехватило дыхание.

Мара вцепилась в меня обеими руками. Шатаясь, мы сбежали по лестнице на нижнюю палубу.

Огромная волна догнала корабль и приподняла над рифами. Нам опять повезло проскочить в маленькую бухту, но везение когда-то должно было закончиться.

Паруса убрать никто уже не успевал. Мара отключила браслет, но по инерции нас вынесло на берег.

«Лучезарный» налетел на песок и резко остановился. Мачты с хрустом сломались и упали на правую сторону.

Ветер ревел за бортом. Галька и мелкие камни барабанили в корпус со всех сторон разом. Вторая волна ударила в корму и накрыла корабль, слегка его развернув.