Чтение онлайн

С теплотой улыбки аптекарь смахнула товар с прилавка.
– Сейчас вернусь, - сказала она и скрылась за дверью. За те шесть или семь минут, что потребовались ей, чтобы появиться вновь, Лейла успела подумать, что она может и не вернуться. Она уже начала обсуждать целесообразность нападения на прилавок, когда аптекарь вернулась.

– Шестьдесят таблеток, - сказала она, поставив перед Лейлой маленькую пластиковую бутылочку. Клейкая этикетка пожелтела и выцвела, но Лейла смогла разобрать напечатанные буквы: - Доксициклин-100 мг-x60.
– Хватит на полный курс. Надеюсь, это поможет.
– Фармацевт подмигнул и повернулся к Люс.
– А что насчет тебя, дорогая?

Люс было велено привезти два однолитровых баллона с закисью азота, которые, к досаде Лейлы, стоили гораздо дешевле.
– Лодка пришла в прошлом году, набитая этим препаратом, - объяснила фармацевт, после того как Люс передала половину своих пакетов с семенами.
– Сняли с военного корабля, который нашли брошенным в море. Люди используют его в основном для того, чтобы поймать кайф. Вы, девочки, оставайтесь в безопасности. Но если вы хотите повеселиться, то вам стоит отправиться в док. Только следите за тем, чтобы держаться вместе.

Несмотря на нежелание Лейлы, Люс настояла на том, чтобы пойти на причал.
– Я просто хочу на это посмотреть.

Лейла убрала бутылочку с таблетками в карман, не желая рисковать и отправлять ее в рюкзак. Твердый предмет прижимался к ее бедру, постоянно напоминая о своей ценности. Опасаясь, что кто-нибудь мог стать свидетелем сделки на рынке и последовать за ней с воровскими намерениями, Лейла постоянно проверяла окружающую обстановку, пока Люс тащила ее все глубже в Харбор-Пойнт. Жилища состояли в основном из штабелей контейнеров и нескольких переделанных автобусов и грузовиков. Каждая улица представляла собой узкий переулок, в основном свободный от людей, хотя они все же протиснулись мимо нескольких явно раздраженных местных жителей, прежде чем выйти на пешеходную дорожку, откуда открывался вид на реку. Сквозь дымку, окутывающую воду, возвышались лишние опоры, усиливая чувство головокружения. Посмотрев вниз, Лейла увидела, как вода плещется вокруг деревянных корпусов нескольких моторных лодок, пришвартованных у импровизированного причала. По ее мнению, падение было около шестидесяти футов. Посмотрев направо, она увидела вереницу кранов, свисающих на тросах над краем моста. Пространство между кранами было занято контейнерами, похожими на те, что стояли на рынке, но в них, насколько Лейла могла судить, продавался только один товар. Вокруг каждого из них толпились люди, в основном местные жители, но среди них было и несколько Крестовых. Звучали аккордеон и скрипка. Никто не пел, но все пили.

– Смотри, - сказала Люс, кивнув на что-то в толпе. Вскоре Лейла различила жилистую фигуру Питта, который вел оживленную дискуссию с крупным мужчиной в испачканной маслом спецовке.
– Интересно, что он покупает?
– Люс направилась к ним, заставив Лейлу последовать за собой.

Питт был слишком сосредоточен на сделке, которую пытался заключить, чтобы заметить их приближение. Но по напряженным чертам его худощавого лица она поняла, что он изо всех сил старается держать себя в руках.
– Я же говорил вам, - сказал он.
– Мне больше нечем торговать.

– Тогда иди и найди, - ответил человек, испачканный маслом. У него была густая борода, обильно пропитанная спиртом, которая расходилась, обнажая неполный ряд желтых зубов.
– Проход для неквалифицированного рабочего не дешев, сынок. Ты будешь занимать место, которое я мог бы использовать для груза.
– Он поднес к губам глиняную кружку и сделал долгий глоток. Лейла могла сказать, что ему доставляет удовольствие наблюдать за тем, как Питт пытается подавить свой гнев.
– Или, - продолжил крупный мужчина, наклонившись ближе, - может быть, мы могли бы договориться по-другому?

Лицо Питта стало очень неподвижным, челюсть сжалась. Заметив ухмылку под бородой крупного мужчины, Лейла поняла, что это не искреннее предложение, а просто возможность побаловать себя еще большей жестокостью.
– Не волнуйтесь, - сказал он.
– Я не буду просить слишком многого. Всего лишь ежедневный отсос члена. Уверен, что такое маленькое дерьмо, как ты, проделывало и не такое.

Рука Питта потянулась к рюкзаку, лежавшему на перевернутой бочке с маслом, разделявшей их, и предплечье сжалось, когда он что-то схватил. Лейла вспомнила, что не видела, чтобы он оставлял бластер в палатке.

– Ах ты, вероломный ублюдок!
– - сказала она, шагнув вперед, чтобы нанести Питту сильную пощечину.
– И ради этого ты здесь?

Питт не успел отреагировать, когда жирный мужчина, смеясь, покачал головой и скрылся в толпе.

– Какого черта тебе надо?
– потребовал Питт, надвигаясь на Лейлу, а затем в замешательстве моргнул от внезапного отсутствия гнева.

– Ничего особенного, - сказала она, прислонившись к бочке с маслом.
– Но если ты вытащишь бластер, это создаст проблемы для всех нас.

Люс, однако, не разделяла ее спокойствия.
– Люди дома полагаются на нас, - сказала она, понизив голос и изобразив на лице оскал, от которого Лейла забеспокоилась, что она вот-вот набросится на Питта.

– Ваши люди, - ответил он.
– Никто не ждет меня в этой дыре.

– Люс, - сказала Лейла, видя, как она напряглась для выпада.
– Принеси что-нибудь выпить. Раз уж ты можешь за них заплатить.

– С Речником для меня теперь покончено, - пробормотал Питт некоторое время спустя. Он с несчастным видом смотрел на чашку, которую держал в руках - третью по счету за час. Лейла выпила только половину одной - горькое, но крепкое варево, от которого слегка немел язык. Люс молча пила напиток за напитком, не сводя с Питта пристального взгляда.

– Ярость, - сказал он, закатывая рукав, чтобы обнажить татуировку на нижней стороне предплечья. Она не была особенно хорошо прорисована, но Лейла различила смутные очертания автомобиля. Назвали себя в честь старого «Плимут Фьюри, - который мы нашли гниющим на Бониарде. Сначала нас было шестеро, но со временем мы выросли. Другие банды старели или уничтожали друг друга, оставляя место для нас. Так уж заведено в Речнике. Ты пробиваешься наверх, пока не остается никого, с кем можно бороться.
– На его губах мелькнула тонкая, горькая улыбка.
– Конечно, всегда есть кто-то, кто поднимается по лестнице за тобой.

– Значит, тебя сбили с верхней ступеньки, да?
– спросила Лейла.
– Вот почему ты присоединился к Крестовым.

– На самом верху был не я. Это была Джулс. Самая злобная маленькая сучка, которую только можно встретить. Даже хуже, чем вы двое. Когда мы поднимались, она действительно была чем-то. Никаких слишком длинных шансов. Ни один ублюдок не был слишком большим. Я был там в ту ночь, когда она откусила ухо Желейному Парню, а он был чертовски огромен. Но...
– он сделал паузу, чтобы выпить еще, ностальгия стекала с его лица, - она всегда слишком любила сольв, и с ней было ужасно тяжело находиться рядом, когда она не могла его получить.

Сама Лейла никогда не употребляла, но знала сольв по репутации. Его продавали в теневых уголках Искусств - маленькие баночки с химическим растворителем, один нюх которого мог отправить вас в небытие. Крашеры всегда сурово относились к тем, кто попадался на торговле этим веществом, настолько сурово, что даже Велна не стала бы его продавать. Но от суровых наказаний спрос не пропадал.

– А когда она его получала, у нее появлялись замечательные идеи, - продолжал Питт.
– Объединить банды, захватить весь город. Как будто крашеры не разнесли бы нас всех на куски за пять минут. В конце концов, ее мечты помогли ей. Она созвала всех бандитов в Речнике на дружескую беседу, где объявила о своем грандиозном плане. Они все разом бросились на нее. К тому времени, как они закончили, осталось совсем немного. От «Ярости» тоже мало что осталось, только я и еще пара человек. Они убежали в гарнизон. Я выбрал Отбор.