Чтение онлайн

Поход по магазинам в предпраздничные дни – ужасно утомительное занятие. Толпы людей, пустые прилавки, огромные цены – неотъемлемые атрибуты приготовления к праздникам. С другой стороны, весь город сияет гирляндами, всюду буйство огней и красок, вокруг детские лица, радостные в предвкушении праздника и, конечно же, подарков.

Первым делом я купила набор елочных игрушек, потому что в прошлом году Серёжка умудрился уронить елку, и несколько шариков разбились. Мой выбор пал на полупрозрачные белые шары с нежным невнятным узором, а на них приклеены капроновые ангелочки золотистого цвета. Выглядели они очень нежно и воздушно. Мне на глаза попалось чудное белоснежное платье, как раз нужного размера, для Маши. Пришлось потратить ещё полчаса, подбирая к нему подходящие туфельки. Теперь моя доченька будет самой нарядной принцессой на любой елке. Следом за детским отделом мне попались зоотовары, как раз кстати, ведь для будущего члена нашей семьи нужны были специальные принадлежности: мисочки, подстилка, игрушки, корм, поводок. В спорттоварах я нашла для себя отличные новые перчатки, но после их покупки пришлось вернуть себя на прежний курс: хоть недостатка в деньгах у меня не было, все же следовало вначале купить все запланированные подарки, чтобы не было недоразумений.

Так пролетели почти четыре часа, торговый центр, не до конца удовлетворивший мои потребности в подарках, остался позади. За ним последовали мелкие магазинчики, разбросанные по всему городу. Сидя в кафе, куда заскочила перекусить, я смотрела на свой список подарков: «Максим – кожаная сумка через плечо, Алёша, Маша, Серёжа – щенок, миски для щенка, поводок, корм, три кулька конфет, мама – набор кастрюль для индукционной плиты, папа – плед, родители Максима – картина к новым обоям, Роман – ручная цепная пила, Наталья – набор для рукоделия, Дашенька – набор заколочек для волос, расчески, браслеты, зеркальце, кулек конфет, Ольга – хрустальная статуэтка «Борьба Ангела и Демона», дядюшка и тетушка – набор новогодних свечей, подруги и знакомые по тренажерному залу и походам – футболки со смешными принтами…». Моя миссия была почти выполнена, и я направилась в продуктовый супермаркет за фруктами и другими угощеньями для праздничного стола.

Купив новогодние кульки для деток, мандаринов, бананов, яблок, груш, ананас, сладостей, несколько баночек икры, я засобиралась в гости к своей лучшей подруге за самым главным подарком в этом году – за щенком норвежской гончей, который должен стать лучшим другом моим деткам и верным спутником в наших частых загородных поездках. Уже стемнело, когда я выехала на трассу, ведущую к загородному дому Ольги. Снег не переставал валить с неба огромными пушистыми хлопьями. Видимость была очень плохой. Дворники без устали шоркали по стеклу, сгребая быстро залеплявший его снег. Я пристально вглядывалась вперед, стараясь не упустить почти занесенную метелью дорогу.

Одно мгновенье… Я даже не моргала в этот момент… Доли секунды…

Мой мир исчез…

Снега нет… Дворники скребут чистое стекло…

Под колесами ровная каменистая поверхность…

Белоснежная вьюга сменилась серо-коричневым унылым пейзажем…

Я резко надавила на тормоз. Машина встала как вкопанная. Из колонок доносилась песня Наутилуса «Прогулки по воде». Я растерянно смотрела в окна и зеркала автомобиля, абсолютно не понимая, что происходит. Какое-то время в голове мыслей не было вовсе, затем возникла надежда, что это какой-то глюк, сон, видение, ну, или что-то в этом роде, и все скоро кончится, передо мной вновь появится дорога, ведущая к моей дорогой подруге.

Прошла минута, другая, заиграла следующая мелодия, но за окном ничего не изменилось – все та же каменистая равнина, со всех сторон упирающаяся в невысокие скалы. Лишь справа от меня виднелась остроконечная скала, поднимающаяся к необычного цвета небу. В зените светило маленькое белое светило, более тусклое и холодное, чем привычное нам желтое Солнце. Кроме камней, вокруг не было ничего: ни растительности, ни водоема, ни птиц в небе. Я чувствовала, как мою машину штурмуют порывы сильного ветра.

Сердце сжалось, к горлу подкатил ком.

– Какого черта?! – в недоумении обратилась я к невидимому шутнику, который умудрился это устроить.

Я нерешительно открыла дверцу и выставила на землю левую ногу. Ощутив твердую вполне реальную поверхность, я вышла из машины, осторожно вдохнув незнакомого воздуха.

И вот я стою посреди каменной пустыни в полном одиночестве, неведомо в каком закутке неизвестного мне мира, и ещё не подозреваю, что же он мне уготовил. Разве могла я тогда представить, что проведу здесь целых шесть лет?

Состояние шока отказывалось отпускать меня. Я крутилась на одном месте в полном непонимании и растерянности. Голова начала кружиться, меня начало мутить. Я села на землю и облокотилась спиной на колесо, машина не переставала неровно пыхтеть позади меня. Вытащив из кармана телефон, я уставилась на значок отсутствия сети, затем сунула аппарат обратно в карман и медленно поднялась на ноги. Ветер был ледяным, снега нигде не было, но температура явно была ниже ноля. Я забралась обратно в машину, на приборной панели светило «– 17» и раздавалась нелепая веселая иностранная песенка, не имею понятия, о чем в ней пелось, но я закрыла глаза и, откинувшись в кресле, попыталась отвлечься от происходящего. Но это не помогло. Осторожно открыв глаза, я вновь увидела каменистую безжизненную равнину в лучах бледного маленького солнца. Мне стало страшно, в голове забегали мысли, доводившие до отчаяния: «Где я? Как я тут очутилась? Что случилось? Смогу ли я вернуться домой? Что с моими детьми? В порядке ли они? Увидимся ли вновь? Что мне теперь делать? Остаться на месте и ждать или идти на поиски цивилизации и попытаться связаться с семьей? Чего ждать? Куда идти? Как долго весь этот кошмар будет длиться? Или это мне только снится? А может, на дороге что-то случилось и я умерла? И что тогда, я никогда больше не увижу своих деток?..» Десятки вопросов распирали мою голову изнутри, на глаза навернулись слезы. Я вцепилась в руль, глубоко вздохнула и попыталась унять панику.

Уезжать с этого места не хотелось, но оставаться посреди голой пустыни в неведомом месте, не зная, чего тут можно ожидать, было опасно. Единственным укрытием могли стать скалы, ближайшая из которых находилась где-то в километре справа от меня. К ним-то я и направила свой внедорожник. Машина работала неровно, видимо, сказывалась разреженность местного воздуха, от которой у меня кружилась голова. Протянув ещё метров триста, мотор заглох, попытки вернуть его к жизни результатов не принесли. Я с силой ударила рукой по рулю, руке стало больно, только и всего.

– Шикарно!

Дамской сумочкой мне служил небольшой рюкзак, который я и взяла с собой в поход на одинокую неизведанную гору. Конечно же, там лежало то, что в этот момент я посчитала самым ценным: документы на машину, права, ключи, кошелек и прочая чепуха, как вскоре окажется – просто мусор. На всякий случай из багажника я прихватила небольшой топорик, который часто помогал нам с детками в походах и потому всегда находился в машине, вместе со складной лопатой.

До скалы я двигалась быстрым шагом, настолько быстрым, насколько позволяло мне мое самочувствие. Путь занял у меня минут двадцать, а может, чуть больше, сильный ветер никак не облегчал задачу. Наконец я достигла первых крупных камней, окружавших одинокую, острую, как пика, абсолютно голую громадину, возвышавшуюся над равниной метров на тридцать. В пяти метрах над землей виднелся небольшой уступ, а от него по спирали можно было без особого труда двигаться наверх, как по винтовой лестнице, ну, или так мне показалось. Но до этого уступа скала была практически гладкая или с редко выступающими, острыми, как бритва, камнями. Однако возле скалы из земли торчали ещё две каменные глыбы, очень близко друг к другу, одна из них почти примыкала к отвесному краю основной громады, с её вершины легко можно было допрыгнуть до уступа, преодолев расстояние меньше метра. Чуть поодаль, справа от того места, где я стояла, располагался ещё один огромный камень, чуть выше меня, и в диаметре метра три. На него я взобралась без труда и огляделась. Ничего особо не изменилось: все та же бесплодная голая унылая пустыня, насколько хватало глаз, а на горизонте серые скалы. Нужно было подняться повыше, решила я и, спрыгнув с камня, направилась к скале. Ещё раз внимательно оглядевшись и прислушавшись, я убедилась, что, кроме меня, тут никого нет, и, закрепив топорик на ремне, начала карабкаться по небольшой скале, торчащей ближе к основной. Дело это было нелегкое, некоторые выступающие камни были довольно острыми, да и ветер то и дело порывами налетал сбоку, стремясь сбросить меня вниз. Вскарабкавшись на самый верх, я с силой оттолкнулась в сторону уступа. Приземлилась я на очень скромную площадку шириной от силы полметра. Отсюда я увидела машину, она казалась совсем крошечной и ужасно одинокой на чужой каменистой пустоши. Отгоняя все чувства и мысли, парализующие мое тело и разум, я заставила себя двигаться по узенькой тропинке, ведущей вдоль отвесной стены наверх. Вскоре моя левая рука, которой я прижималась к камню впереди себя, провалилась в пустоту. Это оказалась небольшая пещера, вход в нее был метра два в высоту, но затем плавно спускался к полу. В ширину она была тоже примерно метра два и углублялась в скалу на четыре моих свободных шага. В самой глубине пещера сужалась до одного метра. Ветер дул вдоль внешней стены горы, издавая завывания и свист, проносясь мимо входа в пещеру. Стены, пол и потолок здесь были абсолютно чистыми: ни плесени, ни насекомых, ни наметенного ветром мусора, ничего, лишь голые острые холодные серые камни. Я поежилась и продолжила свой путь по узенькой обрывистой тропинке, уходящей на вершину горы, оставив безжизненное отверстие в стене за спиной.

С какой бы стороны скалы я ни находилась, пейзаж оставался неизменным. Дойдя до верхней площадки, окруженной тремя высокими пиками, я с удивлением уставилась на первое встретившееся мне дерево в этом жутком мире. Вернее сказать, это было даже не дерево, по крайней мере, я раньше таких не встречала, даже на фотографиях и картинках. Оно было низкое, корявое, со стелющимися по земле ветвями, именно его форма и дала мне повод назвать его деревом. Однако и по цвету, и по структуре оно невероятно напоминало окружающие его камни. Будто все вокруг умерло и окаменело, даже Солнце казалось здесь мертвым. Только обезумевший от одиночества и тоски ветер носился, как неприкаянный дух, из стороны в сторону, от скалы к скале, то шепотом, то стоном, то криком взывая к покинувшим его близким. Из подножья самой высокой пики, торчавшей на вершине горы, сочилась вода. Увидев этот небольшой родничок, я чуть не подпрыгнула от радости. Живая, резвая водица, покрытая бликами белого солнца, выглядела здесь как-то нелепо. Вдруг меня насторожил тот факт, что даже вокруг родника ничего не росло. А ещё, конечно же, удивляло то, что при минусовой температуре нигде не было видно льда, даже у самых краев небольшого ручейка, струившегося между камней. Может, это и не вода вовсе? Может, это кислота или ещё что, от чего все здесь и умерло?

Я снова огляделась. Оставив загадочный источник, я пошла к краю скалы с той стороны, где осталась моя машина. С этой высоты по левую руку от меня стало видно ещё одну горную гряду, расположенную гораздо ближе, чем горы на горизонте. Ни растительности, ни поселений, ничего, что могло бы указать на то, куда я попала и куда мне нужно двигаться. Я отошла от края и двинулась в противоположную сторону. Встав у обрыва с другой стороны скалы, я уперлась в тот же пейзаж. Сделав шаг назад, я беспомощно закрутилась на месте, отчаяние, с которым я так усердно боролась, накрыло меня с головой. Плюхнувшись на землю, я разревелась, закрыв лицо руками. Что происходит? Что все это значит? Где я? Почему это происходит со мной? Снова и снова пыталась я найти ответы на свои вопросы, пока разум мой окончательно не обессилил и в нем не осталось ничего внятного.