Чтение онлайн

В ноябре 1919 года, когда фон Зект официально распустил Генеральный штаб, его ядро, Оперативный отдел было сохранено в составе Войскового управления, которое состояло примерно из шестидесяти офицеров. Другие отделы старого Генерального штаба были просто переданы другим ведомствам. Отдел военной истории Генерального штаба был передан Министерству внутренних дел, где стал отделом архивов Рейха. Отдел геодезии и картографии Генерального штаба был также передан Министерству внутренних дел, где стал департаментом геодезии Рейха. Часть транспортного отдела Генерального штаба стала отделом Министерства транспорта Рейха.{166} Поскольку новая система управления была создана между 1919 и 1921 годом, экономический и политический отделы старого Генерального штаба были восстановлены как отдельные управления непосредственно под контролем армейского командующего. Ядро Генерального штаба было сохранено в виде четырех отделов Войскового управления: T-l, армейский отдел (фактически отдел операций и планирования); T-2, организационный отдел; T-3, статистический отдел (фактически разведывательный отдел); и T-4, учебный отдел.

Распустив Генеральный штаб, фон Зект сразу же объявил, что «форма меняется, дух остается.»{167} В послании офицерам Войскового управления фон Зект высоко оценил историю Генерального штаба и попросил о помощи, доверии и повиновении всеми офицерами процесса трансформации штабной организации.{168} Войсковое управление успешно заимствовало большую часть форм, эффективность и систему обучения генерального штаба. Даже с учетом того, что корпус офицеров Генерального штаба вместе с Военной академией прекратил свое существование в качестве независимого армейского института, Войсковое управление продолжило и дальше пересмотренную программу обучения и рассматривало штабных офицеров и далее обособленную часть армейской организации. Официально новых представителей Корпуса Генерального штаба называли помощниками командующего, но даже в официальной корреспонденции офицеры Рейхсвера продолжали обращаться к «офицерам Генерального штаба», а Войсковое управление называли «Генеральным штабом».{169} Войсковое управление заняло внутри Рейхсвера то же самое положение что и старый Генеральный штаб.

В дополнение к Управлению личного состава армии и Военно-административному управлению, которое занималось вопросами платежей, бюджета поставок и прочим, штаб нового верховного командования армии (Heeresleitung) должен был состоять из двух дополнительных больших административных единиц, существовавших наряду с Войсковым управлением. Первым было Управление вооружения, которое занималось разработкой и испытанием артиллерийского и другого снаряжения. Управление вооружения насчитывало 60–65 офицеров, столько же, сколько и Войсковое управление.{170} Параллельно с Войсковым управлением и Управлением вооружения существовали 9 инспекций различных родов войск, каждое из которых имело в штате от четырех до семи офицеров Генерального штаба. Инспекции родов войск были структурированы следующим образом: IN-1, Инспекция военно-учебных заведений, IN-2, Инспекция пехоты, IN-3, Инспекция кавалерии, IN-4, Инспекция артиллерии, IN-5, инспекция инженерных войск и фортификации, IN-6, Инспекция транспортных войск, которая в свою очередь была разделена на два отдела — гужевого и автомобильного транспорта, IN-7, Инспекция войск связи, SIN, Инспекция военно-медицинской службы, и VIN, Ветеринарная инспекция. Данным инспекциям не подчинялись напрямую войска соответствующих родов войск, их целью был контроль над учебным процессом и разработкой доктрин соответствующих родов войск. Инспекции должны были контролировать школы родов войск, писать учебные руководства и указывать Управлению вооружений направления развития оружия и военного снаряжения.

Отношения между Войскововым управлением, Управлением вооружения и инспекциями были довольно запутанными. Все они должны были сотрудничать в создании военной доктрины. T-l, Отдел операций и планирования, был ответственен за оценку стратегической ситуации, военное планирование и подготовку оперативных приказов для армии. При разработке мобилизационных планов T-l работал в тесном сотрудничестве с T-2, организационным отделом, который занимался разработкой штатов, предусматривающих организацию подразделений и их оснащение вооружением. T-2 также координировал программу воздушного перевооружения, разрабатывая специальные авиационные штаты. T-4, учебный отдел, был ответственен за контроль за процессом обучения во всей армии. Хотя инспекции родов войск делали большую часть рутинной работы по подготовке и составлению учебных материалов, все учебные программы, руководства и материалы должны были быть одобрены T-4. Учебная отдел должен был гарантировать, что разработанные инспекциями родов войск система военного обучения и доктрина будут соответствовать единой оперативной доктрине и организации, разработанным отделами T-l и T-2. Учебный отдел Войскового управления также нес прямую ответственность за обучение офицеров Генерального штаба, так же как и за разработку и контроль за всеармейской программой тестирования офицерского и унтер-офицерского состава.{171}

В 1925 году внутри штаба верховного командования в виде Управления экономической мобилизации (Wehramt) был восстановлен экономический отдел старого Генерального штаба. В начале 1920-ых в состав Войскового управления входил также транспортный отдел, T-7 (Войсковое управление никогда не имело отделов под названием T-5 или Т-6). Таким образом основная структура верховного командования была сформирована фон Зектом к 1921 году и почти не менялась на протяжении последующих 13 лет — до прихода Гитлера к власти. В наиболее важных в военном отношении отделах высшего армейского командования — Войсковом управлении, Управлении вооружения, инспекциях родов войск, специальных штабах и в отделе по учету офицерского состава — в 1920-х годах насчитывалось примерно двести офицеров. Почти все были представителями корпуса офицеров Генерального штаба. Несмотря на его небольшие размеры, высшее командование Рейхсвера было эффективной и приближенной к реалиям организацией, предназначенной для военного планирования и для разработки военной доктрины и системы обучение. Это был эффективный инструмент в руках фон Зекта и его преемников.

Переосмысление тактического опыта войны.

Спустя неделю после официального роспуска генерального штаба и набора сотрудников в Войсковое управление, фон Зект инициировал всеобъемлющую программу по сбору и анализу информации о событиях Первой мировой войны с целью разработки новой военной доктрины для Рейхсвера. В директиве, предназначенной вниманию Войскового управления, Управления вооружений, инспекций родов войск и всех основных ведомств Рейхсвера, а также отдельным офицерам, Зект обозначил программу создания 57 комитетов и подкомитетов из офицеров, с целью объединения исследований в области тактики, инструкций, вооружения и военной доктрины.{172} Как написал Зект, «абсолютно необходимо собрать и широко осветить опыт войны пока еще свежи впечатления, полученные на поле битвы, и пока значительное количество имеющих боевой опыт офицеров занимает руководящие должности»{173} Офицеры, назначенные в состав комитетов, должны были написать «небольшие, сжатые исследования практического опыта недавней войны, и рассмотреть следующие моменты: а) какие новые ситуации возникли в войне, которые не изучались перед войной? б) насколько эффективными оказались наши довоенные представления, столкнувшись с данными ситуациями? в) Какие новые тенденции появились с использованием новых видов вооружений? г) какие новые проблемы, выдвинутые войной, еще не нашли своего решения?»{174}

Директива Зекта сопровождалась списком из 57 различных аспектов войны, которые должны были быть изучены — от вопросов военного правосудия до вопросов морали боевых подразделений, применения огнеметов, форсирования рек и военной метеорологической службы. Вопросам командования, от управления группой армий до руководства большими артиллерийскими формированиями, уделялось наибольшее внимание (ими занимались семь комитетов). Каждая инспекция должна была собрать и проанализировать данные по боевому применению соответствующего рода войск. Были также созданы комитеты для изучения специализированных тем, таких как горная война и танки. Кроме того, в состав комитетов были назначены 109 конкретных бывших и нынешних офицеров. Для этих офицеров Зект отбирал специалистов с самой высокой репутацией в своем деле: генерал-майор Брухмюллер был назначен в Артиллерийский комитет, генерал-майор фон Белов, командовавший немецкой армией в сражении у Капорето, был командирован в Комитет по изучению горной войны, а генерал-майор фон Леттов-Форбек, блестяще воевавший в течение четырех лет в немецкой Восточной Африке, возглавил Комитет по изучению колониальных войн. Капитан Вегенер, командовавший Первой тяжелой танковой ротой во время войны, был отправлен в Танковый комитет.{175} Большинство назначенных в состав комитетов офицеров, были представителями корпуса Генерального штаба, но были и такие, как например капитан Вегенер, не причисленные к генеральному штабу. Поскольку практически все инспекции и ведомства министерства обороны, всего около 300 офицеров, должны были заниматься подготовкой анализа опыта войны в дополнение к офицерам, специально назначенным Зектом, общее количество специалистов, занимавшихся сбором боевого опыта германской армии, превышало 400 человек.{176}

Учебный отдел Войскового управления нес ответственность за сбор результатов и проверку выполненной комитетами работы. Т-4 отвечал за внесение изменений в работу комитетов, инициируя исследование новых тем и назначая в состав комитетов дополнительных офицеров. Т-4 должен был также редактировать отчеты для их последующего использования при написании армейских руководств и инструкций.{177} В течение 1920-го года учебный отдел инициировал изучение дополнительных 29 предметов исследований, не предусмотренных директивой Зекта от 1 декабря 1919-го года. Для выполнения данных исследований Учебный отдел выделял главным образом офицеров из своего состава, а также подключал к этой работе отставных офицеров и некоторых офицеров не из состава Т-4. Часть этих исследований были специализированными и тактическими и могли прямо использоваться в виде составляющих новых тактических наставлений, например такие, как «Какова должна быть организация тактических подразделений для войны в горах?» или «Организация снабжения должна управляться на дивизионном или более высоком уровне?». Прочие исследования имели более общую тематику, как например «Экономика и война на два фронта.»{178}

В то же самое время, офицеры ВВС внутри войскового управления организовали аналогичную программу для оценки опыта воздушной войны, используя директиву Зекта в качестве руководящих указаний для постановки проблем и разработки их решений.{179} Были сформированы специальные комитеты, в составе которых исследованиями занимались более чем сто авиаторов, включая старших офицеров ВВС и значительную долю бывших командиров эскадрилий.{180}

С учетом первоначального состава комитетов, дополнительных офицеров, проводивших исследования для Учебного отдела, а также специалистов ВВС, к середине 1920-го года в программу преобразования имеющегося военного опыта в стройную систему, охватывающую современную тактику и военную организацию, были вовлечены свыше пятисот наиболее опытных германских офицеров. Армии стран-победителей также занимались переработкой своей тактики, но ни британцы, ни французы, ни американцы не приблизились к немецкой манере тщательного и всеохватывающего исследования опыта войны и не использовали знания и усилия такого количества наиболее опытных офицеров, в той же мере, как немцы. Профессионализм немецкого Генерального штаба и серьезность, с которой немецкие офицеры изучали тактику после войны, могут быть оценены в сравнении с подходами британской армии к организации послевоенных тактичесих исследований. В то время как немцы привлекли к тактическим исследованием опытных офицеров — самыми младшими из которых в 1919–20-м годах были офицеры в звании капитана, причисленные к корпусу Генерального штаба и с серьезным боевыми опытом {181} — британское военное министерство в 1920-м году поручило задачу переписывания тактического наставления для пехоты Бэзилу Лиддел Гарту, 24-летнему лейтенанту с ограниченным боевым опытом.{182}. Однажды, когда британскому военному министерству не понравилась одна из глав написанного Лиддел Гартом наставления, ее просто исключили из наставления, заменив на аналогичную из британского руководства для пехоты от 1911 года, несмотря на то, что организация британской пехоты полностью поменялась с того времени.{183} В 1920-м году британское армейское руководство рассматривала идею создания Имперской инспекции по обучению — идею, которая возможно улучшила бы индифферентное отношение британской армии к тактической доктрине. Однако эта идея вскоре была оставлена, и вместе с ней была упущена хорошая возможность систематического изучения тактики британскими военными.{184}

Большинство исследований, проведенных офицерами Рейхсвера в 1919–20-м годах, на сегодня утеряно; больше всего сохранилось исследований, посвященных изучению опыта воздушной войны. Но и те тактические исследования действий сухопутных войск, которые доступны сейчас, показывают ясную связь между деятельностью комитетов и выпущенными в 1921-м году новыми инструкциями и наставлениями. Одно из таких исследований, посвященное ведению сдерживающих боев, проведенное Учебным отделом в 1920-м году, однозначно является базой для аналогичного раздела нового Армейского регулирования 487 «Управление и взаимодействие родов войск в бою», часть 1-я. В формальной тактической доктрине присутствуют и концепция исследования и некоторые точные формулировки.{185} Очень многие офицеры были вовлечены в написание исследований и разработку новых инструкций, и невозможно определить, кто из них и что написал в 1920–23 годах. В любом случае, те новые инструкции, выпущенные в это время, демонстрируют высокие стандарты тактического мышления. Они опровергают мнение, что из этих комитетов не вышло ничего хорошего.

Главным тактическим руководством для Рейхсвера стало Армейское Наставление 487 «Управление и взаимодействие родов войск в бою». Первая часть, главы с 1-й по 11-ю, была подготовлена Учебным отделом Войскового управления и подписана Зектом 21 сентября 1921 года. Вторая часть, главы с 12-й по 18-ю, была издана в июне 1923 года.{186} Во введении в первую часть Зект указал, что «это наставление в качестве нормы принимает численность, вооружение и снаряжение большую современную армию, а не ту немецкую армию, ограниченную Мирным договором в пределах 100 000 человек»{187} Даже при том, что Германия была лишена самолетов, тяжелой артиллерии и танков, армия должна обучаться ведению современной войны с современным противником. «Большая подвижность, лучшая подготовка, более умелое использование местности и постоянная готовность к проведению ночных операций должны быть частичной заменой» современного вооружения.{188}