Корни блицкрига
Шрифт:
Эта книга концентрируется на изучении Рейхсвера в эру Ганса фон Зекта, руководителя Генерального штаба с 1919 по 1920-й год и главнокомандующего в период с 1920-го по 1926-й год. Именно в это время были приняты наиболее важные решения относительно разработки тактической доктрины, организации армии и ее обучения. Ко времени ухода фон Зекта в 1926-м году Рейхсвер обладал четко разработанными и стандартизированными доктриной ведения боевых действий и теорией будущей войны, которые лишь незначительно изменялись и корректировались в оставшиеся годы Веймарской республики. Несомненно, тактические основы кампаний 1939-го и 1940-го годов были заложены и разработаны главным образом в начале 1920-х. Это исследование состоит из трех основных частей. Главы с первой по третью исследуют создание тактической доктрины Рейхсвера, которая основана на тщательном и всеобъемлющем анализе, подготовленном Генеральным штабом под руководством фон Зекта между 1919 и 1920-м годами. Тогда немецкая армия попыталась создать военную доктрину, которая смогла бы исправить ошибки, допущенные в ходе Первой мировой войны. Хотя Генеральный штаб в целом одобрил наступательную доктрину мобильной войны, тем не менее, ее принятие сопровождалось значительными спорами и дебатами внутри армии и предложениями альтернативных вариантов. Эти дебаты показаны в третьей главе.
Вторая часть работы показывает развитие тактической мысли в Рейхсвере в соответствии с тем, как это было записано фон Зектом и Генеральным штабом в Армейском уставе 487, «Управление и взаимодействие родов войск на поле боя», где нашла отражение суть германской доктрины будущей войны. Главы с четвертой по седьмую исследуют, как система обучения армии и развитие системы вооружения были приспособлены к разработанной после войны тактической доктрине. Сюда также вошло изучение ранних доктрин применения бронетанковых войск и авиации, поскольку оба эти аспекта военной тактики рассматривались в качестве важных элементов будущей войны. В обеих этих областях Германская армия добилась впечатляющего прогресса, что напрямую повлияло на развитие данных родов войск в 30-е и 40-е годы. Третий большой раздел, включающий восьмую главу, изучает Рейхсвер в период его зрелости, с середины и до конца 20-х годов, когда армия обучалась в рамках уже разработанной тактической доктрины. В этот период Рейхсвер на практике проверял и осваивал тактическую систему в ходе крупномасштабных маневров и учений, нарабатывая навыки и мастерство ведения мобильной войны и отрабатывая взаимодействие различных родов войск.
Эта работа не является биографией Ганса фон Зекта, хотя фигура фон Зекта доминирует в истории германской армии межвоенного периода, и именно его идеи касательно ведения войны определили развитие германской военной мысли — от программы мобилизации армии до доктрины применения ВВС. Германская армия, вступившая в Польшу в 1939-м году и во Францию в 1940-м году, была детищем Ганса фон Зекта в большей степени, чем кого-либо еще. Военные историки, как правило, оценивали идеи в качестве важных и интересных, но не особенно инновационных. Я с этим не соглашусь. Я намерен продемонстрировать в этом исследовании, что Ганс фон Зект был многосторонним и оригинальным военным мыслителем, чьи ясное видение, всестороннее представление будущей войны и способность применить эти представления при создании германской армии сделали его одним из самых значительных военных мыслителей двадцатого века.
Даже в том случае, если бы великий полководец, обладая видением будущей войны, смог бы определить стратегию развития армии, все его усилия не стоили бы ничего, если бы система его взглядов не была изложена в деталях и подкреплена серьезной работой способных штабных офицеров военных специалистов. Великие полководцы и военные теоретики не могут быть важны сами по себе. Блестящая теория бесполезна, если офицеры, воплощающие ее в жизнь, посредственны. Рейхсвер обладал очень компетентным, высококачественным офицерским корпусом. В его составе было много штабных и строевых офицеров, которые были отличными военными специалистами в своих отраслях, способными воплотить на практике тактические и стратегические идеи фон Зекта. Многие из этих офицеров смогли в дальнейшем развить и улучшить мысли фон Зекта.
Среди многих историков царит стремление изучить деятельность серьезных военных теоретиков, пренебрегая офицерами более низкого ранга, эффективно реализовавшими эти теории на практике. В этой работе я надеюсь исправить эти тенденции, изучая деятельность менее известных тактических мыслителей Рейхсвера. Такие офицеры, как Эрнст Фолькхайм, основоположник тактики применения бронетанковых войск Германии, и Гельмут Вильберг, главный воздушный тактик Рейхсвера, не провозглашали никаких великих стратегических принципов — но они своей спокойной повседневной деятельностью заложили фундамент практичной и эффективной тактики ведения танковой и воздушной войны, тактики, игравшей центральную роль в развитии рейхсвера и позднее Вермахта. К сожалению, в немецко — и англоязычной военной истории упоминания о Фолькхайме или Вильберге встречаются относительно редко. Полноценный анализ деятельности обоих офицеров еще предстоит сделать. Гельмут Вильберг, в частности, заслуживает своей собственной биографии.
О терминологии
На протяжении всего текста термины «Рейхсвер» и «германская (немецкая) армия» используются в равной мере. Официальное название германской армии с 1919 по 1935 год звучало как Рейхсхеере (Имперская армия); флота — Рейхсмарине, их общее название звучало как Рейхсвер. Осознавая это лингвистическое несоответствие, я оправдываю его тем, что «Рейхсвер» это общеупотребляемое обозначение сухопутной армии. Даже в Германии 1920-х годов сухопутную армию обычно называли Рейхсвером — свидетельством может служить используемый в то время термин «черный Рейхсвер» для обозначения тайных армейских резервов. В 1933-м году Ганс фон Зект написал книгу об армии, которую назвал “Die Reichswehr». Гарольд Гордон, автор отличной общей истории германской армии периода 1919–1926 годов, также обычно использует термин Рейхсвер. Даже несмотря на то, что это некорректный термин, для большинства современных немецких военных историков термин Рейхсвер при описании армии Веймарской республики является наиболее удобным. Другой термин — Временный Рейхсвер — также вносит некоторую путаницу. Временный Рейхсвер — это официальное название армии с марта 1919 года — когда она было временным собранием частей Фрейкора и бывшей императорской армии — до 1 января 1921 год, когда она была сокращена в соответствии с Соглашением и приведена к существующей организации и постоянной численности в 100 000 человек. Впредь, с тех пор армия именовалась только рейхсвером.
Точно также я одновременно использовал термины «Генеральный штаб» и «Войсковое управление» (Truppenamt). Разумеется, в 1920-х годах юридически армия не располагала никаким Генеральным штабом. Офицеры Генерального штаба официально назывались «Fuehrergehilfe» (ассистенты, помощники командующего). Я также оправдываю использование термина «Офицер Генерального штаба» тем, что это определение использовалось и в то время. Войсковое управление было именно Генеральным штабом. Даже в официальной переписке германские армейские офицеры часто описывались (ошибались) и использовали термин «Офицер Генерального штаба». Я сомневаюсь, что любой немецкий офицер из корпуса офицеров Генерального штаба называл себя помощником командующего, если только он не стоял перед союзными инспекторами Межсоюзнической Военной Контрольной Комиссии. Что касается других стандартных военных терминов, как например «стратегия» и «доктрина», то здесь я использую общепринятую американскую военную терминологию. В соответствии с ней стратегией называются операции армий и групп армий — или война в ее наибольших масштабах. Политическую составляющую крупномасштабной войны обычно называют большой стратегией. Немцы то, что мы называем стратегией, обычно называют оперативным искусством, а большую стратегию стратегией. Термин «доктрина» — стандартное определение для английской военной лексики, но нестандартное для немецкой. Фактически в этом слове можно увидеть основное различие между американским и немецким подходами к войне. Американский термин подразумевает наличие жестких, неизменных тактических норм, «истинные» правила и принципы ведения боевых действий. Немцы перед Первой мировой войной, говоря о тактике и стратегии, исключали любой подход, подразумевающий догмы. Наиболее близкий немецкому термину эквивалент — это «идея, общее представление». Под тактикой подразумевались общие руководящие принципы — они не являлись буквальными формулами или принципами ведения боевых действий. Доктрина — простое и удобное слово, пригодное для использования и описания стандартизированных тактических подходов германской армии. В отсутствие ясного немецкого определения для стандартизированной тактики я буду использовать термин «доктрина», не вкладывая в него дополнительный смысл — «догму», как этот делается в американской военной лексике.
Об источниках.
Поскольку основной упор данной работы делается на германских вооруженных силах времен Веймарской республики, в ней используются современные тому периоду источники. Случайно при подготовке данного исследование мне очень сильно помогли события, связанные с воссоединением Германии. В связи с ними западным историкам вновь открылся доступ в прежде закрытые архивы Национальной Народной Армии Германской Демократической Республики. Мне удалось посетить эти архивы и использовать материалы, которые были недоступны западным историкам со времен Второй мировой войны. Прочие материалы, на которые я опирался при проведении моего исследования, в целом доступны в архивах, где собраны наибольшие коллекции документов по немецкой армии, особенно в Собрании немецких документов Национального архива США и в Немецком Федеральном Военном Архиве во Фрайбурге-в-Брайсгау в Западной Германии. Особого внимания заслуживает собрание Крерара (Crerar Collection) Королевского Военного Колледжа Канады в Кингстоне, Онтарио. Эта коллекция, после Национального архива США, является лучшим собранием немецких военных документов в Северной Америке. Собрание Крерара содержит множество книг, периодики, и военные руководства за период, включающий 1920-е и 1930-е годы, достаточное количество материала, позволяющее построить ясное представление о немецкой тактической доктрине 1920-х годов. Я также добавил сюда обширную библиографию, выходящую за пределы данного труда, и включающую работы по британской, французской и американской военным доктринам того периода, чтобы читатели могли иметь достаточные основания для сравнения тактики и организации Рейхсвера с таковыми же Союзных армий Первой мировой войны.
Хотя большинство использованных мной документов, было доступно для историков уже много лет, я изучал их с новой точки зрения. Главным приоритетом для ученых, использовавших эти документы в течении четверти века после окончания Второй мировой войны, была политическая история — исследование роли Рейхсвера в политической системе Веймарской республики. До недавнего времени тактические наставления, такие как Армейский устав 487, были практически незамеченными, в то время как переписка между Рейхсвером и правительством была исследована очень дотошно. Это касается как немецких, так и не немецких историков. Мой подход заключался в том, чтобы проанализировать эти наставления и понять роль исследований, проведенных после окончания Первой мировой войны, в создании немецкой военной доктрины. Этим важным документам, а также работам таких специалистов, как Эрик Фолькхайм и Гельмут Вильберг, как правило, не придавалось значения, и как следствие, соответствующим образом игнорировались качество и существо немецкой военной мысли начала 1920-х. В этом исследовании я надеюсь вновь раскрыть основные тенденции, направления военной мысли Рейхсвера предложить доводы, обосновывающие их центральную роль в позднейшем развитии немецкой военной теории и практики.
Уроки, Которые Должны Быть Выучены.
Изучение истории Рейхсвера может предложить несколько уроков современным военачальникам. Первое — эффективная методология реформы, разработанная фон Зектом и Генеральным штабом непосредственно в послевоенный период. Вопросы, поставленные фон Зектом в 1919 году, обосновывая необходимость анализа уроков войны, являются столь же уместными сегодня при изучении оперативной доктрины, как и тогда. Всесторонняя природа послевоенного исследования, программы, в которой были заняты несколько сотен офицеров, является моделью эффективного и объективного анализа итогов войны. В данной обзорной работе была критически проанализирована деятельность германской армии во время войны, включая ее ошибки, и были разработаны многие блестящие и (как оказалось) правильные оперативные и тактические решения.
Второй урок — интеллектуальная атмосфера, созданная фон Зектом и командованием Рейхсвера. Настаивая на том, что армия принимает общую оперативную и тактическую доктрину, Рейхсвер избегал интеллектуального застоя, одного из главных врагов любой армии — разрешая гибкость и позволяя дебаты на военные темы. Офицерам, которые возражали против новых оперативный концепций, таким как Курт Гессе, разрешали открыто и без угрозы каких-либо наказаний спорить и приводить доводы в пользу радикальных альтернатив. В результате такой позиции высшего командования доктрина мобильной войны 1920-х годов постепенно трансформировалась в концепцию блицкрига 1930-х.