Чтение онлайн

– Это хорошо, но никто не даст более тысячи баксов за себя, за каждую из своих жен и за каждого ребенка.

– Я знаю.

– Вашему отцу придется изрядно потрудиться со своим списком. Вместе с тем, я хотел бы, чтобы вы составили список всех, кто хорошо думает о вас, имея в виду буквально каждого, кого вы знаете. Вернитесь к периоду своего пребывания в колледже. Как только вы объявите о своих намерениях, садитесь к телефону и звоните по списку. Просите денег, просите любые вклады, просите выступить в роли добровольных помощников. Поручите их детям привлечь своих друзей. Нам потребуется местный представитель в каждом округе и будет хорошо, если такие люди выплывут из вашего списка.

– Не уверен, что смогу просить денег, тем более у знакомых мне людей, – сказал Уилл.

– Речь не идет о личных займах, – сказал Блэк, – не о том, чтобы кто-то внес за вас залог в связи, например, с обвинением в том, что вы управляли машиной в нетрезвом виде. Речь о гражданском долге поддержать кандидата в сенат по политическим мотивам. Скажите любому адвокату, что вам нужна от него тысяча долларов. Если нет такой суммы, пусть восемьсот, пятьсот или сотню. Не отворачивайте носа и от десяти баксов. Сохраняйте этот список – вы еще вернетесь к нему, чтобы их жены и дети, родители и друзья дали еще больше. Тех, кто проявит энтузиазм, официально назначьте ответственными за сбор средств в определенном месте и направьте им почтой правила работы.

– О'кей, – вздохнул Уилл.

– И еще одно: когда получите помещение в Атланте, поручите Бахенану раздобыть побольше телефонов. Потребуются сотни номеров. Если это помещение окажется слишком дорогим, постараемся разместить телефоны где-нибудь подешевле, на любом складе или вроде этого. Атланта – крупнейший центр бесплатной телефонной связи, следует использовать это. Доброволец, сидящий у телефона, самый дешевый работник избирательной кампании. И еще одно. В день, когда сделаете свое объявление, возьмите в штат пару хорошо известных черных сограждан. Есть у вас контакты с черной общиной Атланты?

– Да, за мной там числится много добрых дел. Я занимался ими, работая на сенатора. Знаю с полдюжины пасторов и нескольких городских советников. Я уже думал установить контакт с «Марти бэнкс».

– Это Билли Ди Уильямс? Заметная в Атланте фигура. Под воздействием его очарования-леди: снимают с себя носки. О, между прочим, дошло ли до вас, что в «Конститьюшен» новый редактор воскресного журнала – дама из «Вашингтон пост»? Ее зовут Энн Хитс.

– Да, читал в газете. Она переделывает журнал, не так ли?

– Верно. Первый обновленный ею номер выйдет примерно через месяц. Вы будете на обложке. Брови Уилла поползли вверх.

– Да, она завтра приедет с фотографами. Я сказал, что вы приглашаете ее на ленч.

– Ну. я вижу, вы не теряете времени.

– Да уж. Теперь уточним, что вы ей скажете. И что собираетесь надеть на себя. У вас в коттедже есть пиво?..

Чак Питмэн подразделял дела на относительно простые и почти невозможные для расследования. Его привлекали дела второго рода, требующие воображения, ну и некоторого везения или удачи. В расследовании дела о «грязной» книжной лавке момент везения был налицо: Мэнни Пирл не только выжил, но пришел в себя и все помнил. Но это был единственный подарок. Воображение Питмэна буксовало, и ниточки расследования, похоже, оборвались на показаниях Мэнни. Никаких новых идей так и не появилось.

Два года назад Питмэн развелся с женой, и она тотчас вышла замуж за другого полицейского, а он остался одиноким. В следующий уик-энд он возьмет обеих своих дочерей – это его законное право – и, если погода будет хорошая, поедет с ними гулять. Они еще маленькие, и он нужен им не меньше, чем они ему. А сегодня дождливо... Можно бы зайти в бар, где он постоянно бывает, но еще слишком рано.

Он прошел с веранды в гостиную и включил шестичасовые новости. Обсуждался местный законопроект, запрещающий продажу алкогольных напитков в клубах, где танцуют нагишом. Питмэн ухмыльнулся: новость специально для Мэнни Пирла! Еще сюжет: трое убиты в порнографическом кинотеатре в Шарлотте, Северная Каролина. Питмэн снял трубку телефона и набрал домашний номер своего начальника.

– Капитан, говорит Питмэн. В Шарлотте произошли убийства, похожие на те, что случились в «грязной» книжной лавке. Я считаю, мне следует туда съездить.

– Послушайте, Чак, вы еще и на миллиметр не продвинулись в своем деле, а хотите, кажется, поработать на них. Ради Бога, используйте телефон. Во всяком случае, будет меньше расходов.

Через десять минут Питмэн дозвонился до полицейского управления Шарлотты. Детектив, расследующий убийства в кинотеатре, уже ушел домой. Питмэн оставил свой номер и попросил передать, чтобы тот с ним связался.

Прошло около часа, прежде чем раздался звонок. Детектива звали Миллер.

– Я только что узнал о ваших событиях, – сказал Питмэн. – Они вроде бы похожи на то, что случилось здесь. Не проинформируете ли меня о деталях?

– Давайте ваши подробности и сравним, – сказал Миллер.

– О'кей. Четверо в маскировочной форме ворвались в порнографическую книжную лавку, убили троих служащих, стреляли в хозяина, но он выжил. Их оружие: три автомата и девятимиллиметровая «беретта». Оставили отпечатки протекторов, которые обычно стоят на фургонах и пикапах фирм «Дженерал моторс» и «Крайслер». Ограбления не было. Владелец магазина утверждает, что главарю банды лет сорок пять – пятьдесят, рост не менее шести футов, у него крупный нос и заметные, оттопыренные уши. Остальные молодые, без особых примет. А что было у вас?

– Располагаю девятимиллиметровыми гильзами, тела жертв изрешечены пулями. Вот и все. Никаких описаний, ничего. И тоже без ограбления. Это была расправа.

– Какие-нибудь надписи? Мы обнаружили текст «Смерть гомосексуалистам и евреям».

– Здесь ничего такого не было.

– Можете или сообщить по факсу результаты баллистической экспертизы?

– Безусловно. А чем порадуете меня?

– Пытаюсь установить главаря по описанию, полученному от хозяина магазина. Если что-то прояснится, я вас извещу.

Стемнело. Дождь продолжался. Питмэн надел пальто и взял ключи от машины. Нужно было поесть и выпить.

Энн Хитс, редактор воскресного приложения к «Атланта конститьюшен», была хороша собой: высокого роста, модница, длинные темные волосы... На взгляд ей было чуть за тридцать. Уилла определенно потянуло к ней. Том Блэк был прав, заметив, что она способна очаровать. Уилл подумал, что она способна и на большее. Пообщаться бы с ней в другое время и в другом месте... И по другому поводу, подумал он.

Уилл встретил ее и фотографа на крыльце и пригласил их в дом. После дождя похолодало. Уилл зажег в камине дрова. Не хотят ли приезжие выпить?

– С удовольствием выпила бы вина, – сказала она. Уилл спустился в погреб и взял бутылку калифорнийского..

– Что пьёте вы? – спросил он фотографа. Тот сделал отрицательный жест.

– Считайте, что его нет, – сказала Энн Хитс. – Он сделает снимки и уедет.

Энн усадила Уилла в кресло, затем был кадр у компьютера, потом она заставила его облокотиться о каминную полочку. Последовали снимки на крыльце и у озера. Наконец она отпустила фотографа, он сел в свою машину и уехал.