Чтение онлайн

— Да, мы в курсе. Мистер Дэвлин согласился предоставить нам адрес теперешнего владельца, но, насколько я поняла, за последние годы студия не один раз меняла владельца. Возможно, мелкие строительные фирмы хотели начать застройку этого места, но, столкнувшись с проблемами, старались как можно быстрее сбыть ее с рук.

— Полагаю, это были фирмы-однодневки, надеявшиеся получить мгновенную выгоду, — неодобрительным тоном сказал Эдмунд. — Такие обычно скупают землю по дешевке, ошибочно рассчитывая сделать «легкие деньги» от постройки на ней уродливых «кукольных домиков».

— Вполне возможно. Однако площадка «Ашвуд» находится близко к парковой зоне, поэтому получить согласие на строительство, должно быть, не так-то просто. — Она задумчиво посмотрела на Эдмунда: — Мисс Смит доставила вам немало хлопот.

— Я бы так не сказал. Как я уже говорил, я чувствовал себя обязанным ей из-за тетушки, — сказал Эдмунд и, чтобы не казалось, что он старается оправдаться, развел руками, как бы говоря: «Ну что я мог поделать?!» (излюбленный жест Криспин — очаровательный и открытый). — Мне самому интересно это место, инспектор, — сказал он, — а еще все эти семейные тайны моей тети. Печально знаменитая Лукреция фон Вольф, Конрад Кляйн и многие другие.

— Скелеты в шкафу, — без всяких эмоций сказала Флетчер и что-то записала на листке бумаги, лежавшем перед ней. — Так, значит, вы отправились в Аш-вуд в понедельник днем. А в котором часу вы туда приехали?

— Около четырех, — ответил Эдмунд, которому все больше и больше не нравился тон Флетчер. — Возможно, я ошибаюсь в отношении времени, но помню, что уже темнело. Мисс Смит приехала раньше меня, и Дэвлин тоже. Возможно, он помнит точное время, если это важно. А он был там, когда обнаружили тело? Полагаю, без него не могли обойтись, потому что нужно было отпереть замки.

— Разумеется, мистер Дэвлин был там, — сказала Флетчер. — Но миссис Холланд приехала туда с мистером Майклом Соллисом. — Она подняла глаза и посмотрела на Эдмунда: — Вы знакомы с мистером Соллисом?

— Вообще-то да, — коротко ответил Эдмунд, злясь на себя за то, что не смог сдержать эмоции и Флетчер это заметила. — Он работает в благотворительной организации ЧАРТ.

Вот теперь его голос звучал уверенно. Майкл Соллис оказался там, где ему положено, а еще это высказывание намекало на то, что Эдмунд тоже занимается благотворительностью.

Инспектор Флетчер никак на это не отреагировала и не объяснила, какое отношение ко всему имеет Майкл Соллис. Она просто сказала:

— Вы добрались до Ашвуда около четырех часов дня. И вошли в двенадцатый павильон вместе с мисс Трикси.

Эдмунд в который раз страдальчески улыбнулся:

— Да. Я вам уже сказал: мне было любопытно. Я подумал, что воспользуюсь возможностью посмотреть на то самое место, где завершилась легенда, связанная с именем Лукреции.

— Получается, что, воспользовавшись этой возможностью и пообщавшись с легендами и привидениями, вы просто ушли?

— Да. Но мисс Смит осталась там, она хотела зарисовать, что где находится, и «подышать этим воздухом, почувствовать атмосферу» — она именно так и сказала. Мы просто договорились, что, уходя, она захлопнет дверь. Там автоматический замок, и по мисс Смит было видно, что она сможет как следует захлопнуть дверь. Я сел в машину и поехал домой; насколько помню, домой я вернулся около половины восьмого.

— Так, значит, — сказала инспектор Флетчер, задумчиво глядя на него, — вы лично не видели, как мисс Смит выходила из павильона номер двенадцать?

— Нет, — сказал Эдмунд. — Этого я не видел.

Эдмунд вышел из здания полицейского участка в шестом часу и снова проехал по главной улице Ашвуда, с интересом рассматривая окрестности. Когда он увидел офис компании Лайама Дэвлина, то притормозил, чтобы рассмотреть его поближе. Казалось, компания занимала большую часть огромного старого здания почти в центре Ашвуда, и Эдмунд отметил, что здание само по себе выглядит привлекательно со всеми этими эркерами и рифлеными стеклами, хотя краска на фасаде там и тут облупилась. Он с гордостью вспомнил свой идеально отреставрированный дом и аккуратное офисное здание, в котором работал.

Он без радости заметил, что из здания выходит не кто иной как Лайам Дэвлин, — Эдмунд ни за что не пришел бы в офис в субботу, — он еще больше разозлился, когда Лайам его заметил и помахал рукой в знак приветствия. Уехать теперь было бы верхом невежливости, поэтому Эдмунд опустил стекло и приготовился быть дружелюбным и вежливым.

Лайам спросил, не наседали ли на него полицейские с расспросами об убийстве.

— Просто задали парочку вопросов о времени и о том, что происходило, — ответил Эдмунд в надежде закрыть тему.

— Вот так обычно и поступают, когда речь заходит о правосудии. И, разумеется, они всегда спрашивают: «А есть ли у вас алиби?» Но у нас алиби обычно нет. По крайней мере у меня его точно нет.

— Полагаю, вас они тоже вызывали?

— Мучили меня несколько часов, — весело согласился Лайам. — Осмелюсь думать, вас тоже. К этому быстро привыкаешь.

Эдмунду показалось, что Лайам убежден, что ему — мистеру Фэйну — приходится иметь дело с преступниками и полицией, и твердо сказал, что в его обязанности входит в основном составление нотариальных актов о передаче имущества и утверждение завещаний в случае, если возникают разногласия.

— А я часто занимаюсь работой непосредственно с преступниками, — сказал Лайам. — Мне это нравится. Эти злодеи — чертовски приятная компания. Я многим ворам помог вернуться к семье и друзьям. А вы сразу поедете домой, или мы можем пропустить по стаканчику в каком-нибудь баре?

Эдмунд не имел ни малейшего намерения пить в каком-то грязном баре, да еще и в компании Лайама Дэвлина, и уж точно не в такое раннее время, поэтому он сказал:

— Спасибо, но у меня назначена встреча в Лондоне, — и завел машину.

В квартире Люси было тепло и приятно, и, хотя сам Эдмунд обставил бы ее в более классическом стиле, он не мог не признать, что это странное место подходило его кузине.

Они ели за столом у окна. Люси даже не затянула шторы, что показалось Эдмунду странным, но Люси сказала, что ей нравится смотреть на ярко освещенные улицы. Ей особенно нравилось, когда они были мокрыми и блестящими после дождя — тогда в лужах отражались фонари и автомобили.

Она приготовила для него пышный пирог с рыбой, который Эдмунд нашел вполне съедобным, еще на столе была миска хрустящего салата.