Чтение онлайн

Кажется, Харпер, пора приступать к решительным действиям. Срочно нужен план соблазнения рыженькой девочки. Она будет его, но не раньше, чем сама поймет, что готова. И в лучшем месте на Ривьере. Главное - самому не сорваться. Ладно, не мальчик уже, как-нибудь справится. Раз она появилась в его жизни, нужно сделать, чтоб осталась в ней. Насовсем? Кажется, да.

Фил рывком поднялся. Голова запротестовала, но он больше не мог сидеть в номере.

Внизу оставались кое-кто из участниц после отъезда съемочной группы. В том числе Маша, сидевшая одиноко в столовой среди не многих посетителе. Она держала в руках чашку, по-видимому, грея их. От чашки поднимался пар.

– Привет, Солнце мое, - поздоровался он, проходя мимо и целуя в макушку. Девушка подпрыгнула. Но он так и рассчитывал на эффект неожиданности. – Как дела?

– О! Ты уже на ногах? – быстро взяла себя в руки, в глаза не смотрит.

– И я у Ваших ног, - процитировал он известного поэта. – Чем занимаешься?

Маша хлебнула не большой глоток не известного ему напитка. Чай? Кофе? Что она любит больше?

– Только что проводили Одинцова на свидание. Всем составом провожали, представляешь? Всем курятником, так сказать. Петуха своего на бойню отправили.

Фил фыркнул. Сколько сарказма сутра. К чему бы? Выгнул вопросительно бровь, но Мария поняла по-своему.

– Их Оксанка так называет, и Кирилла пару раз петухом обозвала. А ты как? Головка вава?

– Чего?

– Болит, говорю, голова? – Маша посмотрела, как на маленького больного ребеночка. Стало не по себе. Он, понимаешь, на крыльях любви…

Пожал плечами, жаловаться не будет.

– Что пьешь? Кофе?

Покачала головой и снова пригубила из кружечки.

– Я не пью ни кофе, ни чай, в основном. Это компот. То есть, по-русски компот, а как здесь зовется не в курсе.

Интересненько. Нужно запомнить на будущее. Тут же заказал себе.

– Наверное, в моем состоянии тоже будет полезно. – Девушка кивнула. – Ты чего такая… ээ… молчаливая? Что-то случилось?

Хотела что-то ответить, но закрыла свой милый ротик и опять отвернулась. Это что, из-за вчерашних событий?

Мимо прошла Саша, поздоровавшись. Заметил любопытные взгляды. Нужно с этим заканчивать.

– Солнце мое, как ты смотришь на то, чтобы прогуляться? – Солнце встрепенулось. Хорошо. – Я допью этот твой компот любимый, и устроим променад, о'кей? Ты уж не обессудь, такого свидания, как Кир устраивает, сегодня предложить не могу.

Машенька опять улыбнулась - Одинцов мастер по свиданиям.

– Ничего, хочу уйти куда-нибудь подальше от этих… змеюк.

Фил большими глотками покончил с напитком. Горячо. Пробирает. И вкусно. Понятно, почему она любит.

– Обычно мама варит или я сама, - зачем-то объяснила девушка, потом добавила, - Ты уверен, что в состоянии гулять?

Филип поднялся из-за стола и помог ей, галантно отодвигая стул. Сегодня она убрала волосы в высокий хвостик, открывая свою хрупкую шейку, обрамлённую небольшими рыжими колечками, выбившимися из общей массы. Не удержался и дунул, заметив на коже мурашки. Сразу захотелось согреть. Какая же она милая.

– Ты опять меня в старички записала. Как бы я себя хр… плохо не чувствовал, прогуляться с красивой девушкой в состоянии всегда. Идем, Рыжик.

– Когда ты меня так зовешь, чувствую себя пятилетним ребенком или грибком.

– Зря. Мне нравиться. Иногда выражает твою суть.

Они покинули отель, решив побродить по улочкам Альгеро. Без экскурсий, без фотографий. В какой-то момент Фил взял ее за руку, но Маша не возражала. Он осмелел и решился на вопрос:

– Мы можем поговорить на счет вчерашнего вечера? – успокаивающе погладил большим пальцем ее ладонь.

– Зачем? Ты плохо помнишь? Оксана вон вообще с трудом восстановила память. Хотя, кажется, не до конца.
– Маша хихикнула, видимо вспомнив что-то забавное.

– Не-е. Я еще не дожил до того возраста, когда мне можно отбить память бутылкой вина. Я ВСЁ прекрасно помню, - голос понизился на октаву. Яркий румянец на щечках и ушках. Да ладно?

– Тогда о чем речь?

– Машунь, а ты сама-то помнишь или тоже память отшибло? – Фил иронично приподнял бровь, наблюдая за якобы безразличным выражением ее лица. Но это лишь видимость. На самом деле глазки тревожно поблескивают.

– А что такого случилось? Подумаешь, пьяный парень поцеловал, тоже мне, событие века. – Слишком весело прозвучало.

Фил рассердился. По-настоящему.

– Это ты зря, рыжая моя ведьмочка. – Они как раз прогуливались по узкой пустынной улочке. – Я тебе не просто пьяный парень. И не просто поцеловал. Поняла?

Фил быстро схватил ее за талию и прижал к ближайшей стене. Чтоб не сопротивлялась, перехватил руки за спиной. Девушка смотрела ему в глаза без страха и с некоторым вызовом. Носик вон как взметнулся вверх.

– Да? А кто? – Провокация! Мысль яркая, но запоздалая – тело само действовало. Оно впечатало ее в старинную стену здания очень плотно, раздвигая бедра и втискиваясь между ними. Одна рука перехватила ее запястья, вторая упругие ягодицы. На то, что девушка вроде как и не думала сопротивляться, он не обратил внимание. Провел носом от ее ключицы к ушку, вдыхая безумно притягательный запах своей женщины. Давно надо было понять и зафиксировать.

– Я — твой будущий муж и господин, - прорычал он.

Маша задрожала всем телом в его руках, но из ее ротика вырвался смешок.

– Вы заблуждаетесь, мистер Харпер.

У Фила снесло остатки самообладания. Он сильнее подался бедрами вперед, так чтобы она почувствовала всю силу его возбуждения. Снова перехватил ее руки и поднял вверх, как бы приковывая к стене.

– Ты заблуждаешься, ведьмочка, я намерен жениться на тебе, что б ты больше не посмела меня сравнивать с твоими бывшими парнишками. И что б больше ни один из них не посмел тебя целовать, хоть пьяным, хоть трезвым. Понятно?

Машу продолжало слегка потряхивать, она тяжело дышала, глаза сверкали.

Фил не выдержал и поцеловал сочные приоткрытые губы, ставя печать. Не нежно, не страстно, а именно так, словно клеймил.

Девушка дернула головой, освобождая рот. Процедила сквозь сжатые зубки:

– А теперь запомни ты: еще раз позволишь себе такое, мой отец тебе кое-что отрежет, и я ему с большим удовольствием помогу. Понятно, мой будущий муж?

Дождалась, пока до него дойдет и в глазах появиться хоть немного адеквата. Затем они загорелись чувством вины с примесью тревоги. Руки разжались, выпуская запястья. Попытался отодвинуться. Но остановили обвитые на талии ножки.