Чтение онлайн

Военный расхохотался:

–  Меня зовут сержант Бомбаст!
– Бум! Дум! Бум!
– Кто своих героев мне отдаст?
– Он поднял руки над головой и постучал палочками друг о друга. Клик-клик-клик! Потом он заткнул их за пояс, снял барабан и положил его на землю рядом с собой. Золотые монеты засверкали на солнце, у всех жадно заблестели глаза.
– Я приехал, чтобы предложить смелым парням самую лучшую карьеру, какую только может сделать мужчина. Это возможность научиться настоящему делу, стать воином… да еще и получать за это щедрую плату. Взгляните на меня!
– Он хлопнул себя по гладким бокам.
– Ведь не похоже, что я голодаю, а?

В толпе засмеялись. Сержант Бомбаст, смеясь вместе со всеми, затесался в толпу и теперь бродил среди жителей, обращаясь то к одному, то к другому:

–  Нет, я не голодаю. По той простой причине, что в армии меня хорошо кормят. Армия кормит меня, одевает и делает для меня, что ни попрошу, только что зад мне не подтирает. И что же вы думаете, я благодарен? Благодарен? Нет! Нет, дамы и господа, я настолько неблагодарен, что требую, чтобы армия мне еще и платила за такие привилегии! Вы спросите сколько? Сколько мне платят? Прошу учесть, что обувь, одежда, кормежка, бриджи, вот эта тряпка, в которую я сморкаюсь… - он вы тащил из рукава кружевной носовой платок и изящно помахал им, - бесплатные, как воздух, которым мы дышим, и грязь, которую мы втираем в волосы в канун Свечества. Так вы спрашиваете, сколько мне платят?
– Казалось, он бредет в толпе наудачу, однако в конце концов он безошибочно вышел обратно к своему барабану. Его кулак обрушился на мембрану, заставив барабан закричать, а монетки - подпрыгнуть от удивления.
– Мне платят сорок три медных пенни в месяц!

Толпа изумленно ахнула.

–  И можно получить эту сумму честным чистым золотом. Вот оно. Или серебром, для тех, кто поклоняется Рогатой Матери.
– Он потрепал какую-то старую деву за подбородок, заставив ее вспыхнуть и глупо хихикнуть.
– Но это еще не все! Это еще даже не половина. Как я вижу, вы заметили эти монетки. Еще бы! Каждая из этих красавиц весит целую троянскую унцию! Все они - из хорошего красного золота, добытого трудолюбивыми гномами в шахтах Лунных Гор, охраняемых грифонами. Как же вам было их не заметить? Как же вам не поинтересоваться, что я собираюсь с ними сделать? Неужто я привез их сюда и рассыпал перед вами для того, чтобы потом снова собрать и высыпать обратно в карман?
– Он оглушительно расхохотался.
– Ничего подобного! От души надеюсь, что уйду из этой деревни без гроша в кармане. Я всерьез намереваюсь уйти из этой деревни без гроша! Теперь слушайте внимательно, ибо я приступаю к самому главному. Эти премиальные деньги. Да! Премиальные для рекрутов. Через минуту я закончу болтать. Думаю, что вы рады это слышать!
– Он подождал, пока публика засмеется.
– Да, хотите - верьте, хоти те - нет, а сержант Бомбаст скоро заткнется, войдет вот в это замечательное заведение, где заказал себе комнатку и еще кое-что. Но прежде я хочу поговорить - только поговорить, слышите?
– с парнями, достаточно сильными и взрослыми, чтобы стать солдатами. Что значит - достаточно взрослыми? Ну достаточно взрослыми для того, чтобы ваша подружка имела из-за вас неприятности.
– Снова смех в толпе.
– Но не слишком старыми. Что значит не слишком старыми? Это значит, что, если ваша подружка решит оседлать вас, вам это должно быть в радость. Да, я разговорчивый малый, и я желаю поговорить с такими парнями. И если здесь есть такие - не слишком зеленые и не перестарки и они не прочь выслушать меня, просто выслушать, без всяких обязательств… - он сделал паузу, - тогда с меня пиво. Сколько выпьете - плачу за все.

С этими словами сержант было повернулся и направился к "Скрипучему Сараю", но вдруг остановился и озадаченно поскреб в затылке:

–  Черт меня подери, я, кажется, кое-что забыл.

–  Золото!
– пискнул какой-то молокосос.

–  Ах да, золото! Да я и собственную голову потерял бы, не будь она гвоздиком прибита. Да, я же сказал: золото - это премиальные. Стоит вам подписать контракт - и оно у вас в кармане. Сколько? А как вы думаете? Одна золотая монета? Две?
– Он хищно улыбнулся.
– Кто угадает? Держитесь за яйца… Десять золотых монет каждому, кто подпишет сегодня бумаги! И еще по десять каждому из его дружков, которые захотят составить ему компанию!

И под крики "ура!" он удалился в таверну.

Дракон, который предвидел его приезд, сказал:

–  Мы не обязаны расплачиваться нашими людьми за его карьеру. Этот парень очень опасен для нас. Надо застигнуть его врасплох.

–  А почему бы просто не отделаться вежливыми улыбками?
– спросил тогда Уилл.
– Выслушать его, хорошенько накормить, и пусть катится своей дорогой. Так сказать, с наименьшими затратами.

–  Он наберет рекрутов, можешь не сомневаться. У таких парней язык подвешен, он золотые горы посулит.

–  Значит?

–  Война для Авалона складывается не лучшим образом. Из троих сегодняшних новобранцев и один-то вряд ли вернется домой.

–  Мне все равно. Пусть пеняют на себя.

–  Ты еще неопытен. Нас больше всего волнует то, что первый же новобранец, который принесет присягу, расскажет вышестоящим о моем присутствии здесь. Он всех нас продаст, он и думать забудет о деревне, семье и друзьях. Армия умеет "очаровывать"…

Тогда Уилл с Драконом посовещались и выработали план.

Теперь пришла пора осуществить его.

"Скрипучий Сарай" бурлил. Пиво лилось рекой, да и табака не жалели. Все трубки, что имелись в таверне, были разобраны, и сержант Бомбаст послал, чтобы принесли еще. В густом табачном дыму молодые люди смеялись, шутили и улюлюкали, когда вербовщик, приглядев какого-нибудь парня, которого считал подходящим, улыбался и подманивал его пальцем. Вот такую картину и увидел Уилл, появившись в дверях.

Он отпустил дверь, и она хлопнула за ним.

Все взгляды невольно обратились на него. В комнате воцарилось гробовое молчание.

Когда он зашел внутрь, все задвигали стульями и заелозили кружками по столам. А трое парней в зеленых рубашках, не сказав ни слова, вышли через главную дверь. В дыму очертания человеческих фигур перетекали с места на место. К тому моменту, как Уилл подошел к столу, за которым восседал сержант, они остались в таверне вдвоем.

–  Чтоб меня оттрахали, если я когда-нибудь видал что-нибудь подобное!
– удивленно вымолвил сержант Бомбаст.

–  Это из-за меня, - сказал Уилл. Он был смущен и обескуражен, но, к счастью, таким он и должен был выглядеть по роли.

–  Да уж вижу! Но чтоб мне жениться на козе, если я что-нибудь понимаю. Садись, мальчик. На тебе что, лежит проклятие? У тебя дурной глаз? А может, ты болен эльфийской чумой?

–  Нет, ничего такого. Просто… ну, я наполовину смертный.

Повисло долгое молчание.

–  Ты это серьезно?

–  Ага. У меня в крови железо. У меня нет истинного имени. Вот они и шарахаются.
– Он чувствовал, что фальшивит, но по лицу сержанта видел, что тот ему верит.
– Мне больше тут не жизнь.

Вербовщик указал на круглый черный камень, лежащий поверх листов пергамента.

–  Смотреть не на что, верно?

–  Да.

–  А вот на его собрата, что я держу под языком, - стоит посмотреть.
– Он вынул изо рта маленький, похожий на таблетку камешек и протянул его Уиллу, чтобы тот полюбовался. Камешек сверкал на свету - пурпурный, как кровь, но с черной сердцевиной. Сержант отправил его обратно в рот.
– Так вот если ты положишь руку на именной камень, что лежит на столе, твое истинное имя отправится прямиком ко мне в рот, а там и в мозги. Так мы обычно заставляем новобранцев подписать контракт.

–  Понятно.
– Уилл спокойно положил руку на именной камень. Ничего не произошло. Уилл внимательно наблюдал за лицом вербовщика. Конечно, существуют способы скрыть свое истинное имя. Но их нелегко узнать, живя в глухой деревушке на холмах. Проверка именным камнем ничего не доказывала. Но выглядело все очень внушительно.

Сержант Бомбаст медленно перевел дух. Потом он открыл маленькую коробочку на столе и спросил:

–  Видишь это золото, мальчик?

–  Да.

–  Здесь восемьдесят унций хорошего красного золота - это тебе не белое и не сплав с серебром! И оно прямо у тебя под носом. Но ты получишь вознаграждение в десять раз большее, чем видишь здесь. Если только… говоришь правду. Ты можешь это доказать?