Чтение онлайн

Ее брат ни за что бы не допустил, чтобы с ней такое случилось!

Пелли вдруг вспомнила день, когда они с братом были маленькими, и когда нянька повела их в Оллонские увеселительные сады. С каким волнением тогда они глазели на огненных тигров, на представление с актерами в алом и синем. Пелли кружилась на карусели, пока ее не замутило. А потом стемнело и пришло время фейерверков.

До того дня Пелли никогда не видела фейерверков. Ее брат с высоты своего возраста (он был на целых два года старше) рассказывал ей о том, что фейерверки жутко красивые, что от них небо становится светлее, чем от луны и звезд. Но вот только он ничего ей не сказал насчет страшного шума и треска. Как только в небо над их головами взлетели первые метеоры и темнота наполнилась калейдоскопом огней, ее брат раскинул руки и принялся визжать от восторга. А Пелли тогда закричала от испуга и бросилась бежать и тут же заблудилась в толпе.

«Эй, девочка!»

«Куда ты так спешишь?»

«Детка, вернись!»

Искали ее долго, а нашли среди мешков в комнате смеха, где она сидела, вся дрожа, вытаращив глаза. Как она обрадовалась тогда, когда Пелл, увидев ее, бросился к ней. Она расплакалась от радости. «Сестренка, мы нашли тебя! Почему же ты плачешь?» Милый Пелл. Милый, милый брат!

Слезы снова набежали на глаза Пелли. Она сунула руку в карман в поисках носового платочка, но нашла там рубиновые бусины. Здесь, в лесу, он были похожи на вишенки.

Пелли в сердцах швырнула бусины в кусты.

Вот тут-то и послышался голос:

— Тише, сестрица, тише!

Пелли встрепенулась:

— Пелл?

Она утерла слезы. Никого тут не было — конечно, никого не было, но почему-то ей показалось, что солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь густые кроны сосен, вдруг стали ярче. И вдруг Пелли со страхом поняла, что она здесь не одна.

Что-то зашуршало неподалеку.

Нет, это оказалась всего-навсего белка. Она покачивалась на ветке и с любопытством разглядывала девушку.

Но было еще что-то. Или кто-то.

Пелли стала оглядываться по сторонам. Посмотрела влево, вправо. Взгляд ее упорно возвращался к столпу света, мерцавшему посреди деревьев. Ей уже казалось, что он горел ярче солнца. Она поняла, что всю жизнь стремилась к такому свету. Неужели ее судьба сбылась так скоро, так внезапно?

Снова послышался голос. Он произнес всего три фразы:

— Иди сюда, детка.

— Тебе место среди нас.

— Позволь нам забрать тебя.

Пелли поднялась и сделала несколько шагов навстречу своей судьбе.

Столп света стал слепящим. В последнее мгновение, перед тем как он поглотил ее, Пелли услышала:

ВАРБИ ЖДУТ

Долго-долго смотрела ей вслед белка и вдруг быстро, поспешно убежала.

— Как темно...

— Ой, моя нога...

— Фу, как от тебя воняет!

— А кто в этом виноват?

— А кто объелся ягодами?

— Что это за место?

— Ой!

— Что еще теперь?

— Я коленку ушибла. О камень.

— Тут крутом камни одни.

— Это пещера.

— Что?

— Это пещера, — повторила Мила.

Раджал водил руками, пытаясь нащупать стену. И верно — пещера. Но как они смогут выбраться отсюда? Держась рядом, они немного отошли от стены, за которой стояла кровать. Теперь и эту стену найти было трудно. Да и разве могли они теперь возвратиться тем путем?

— Сестрица Мила!

— Что?

— Так что же нам теперь делать?

Но Мила ни с того ни с сего принялась что-то бормотать.

Эта девушка, — проговорил Джем. — Как думаешь, с ней все в порядке?

— Сестрица Мила? Почему ты бормочешь?

— Да я не про нее! Про ту девушку, Пелли. Как думаешь, с ней все в порядке?

— Отстань, Нова! Удивительно, что ты ее вообще заметил.

— Я мог бы спасти ее! Если бы смог...

Раджал громко фыркнул:

— Тоже мне, герой!

— А ты струсил, — огрызнулся Джем. Но ссориться ему не хотелось. Он на четвереньках полз по каменному полу пещеры, страдая из-за того, что от него так дурно пахнет.

Мила вдруг перестала бормотать.

— А ведь ты спас ее.

— Что-что? — непонимающе спросил ее брат.

А ведь так оно и было. Девушка убежала. Можно было в этом не сомневаться. В некотором роде Джем совершил геройский поступок — пусть и весьма сомнительного свойства. На сердце у него полегчало. Он оторвал от края рубахи кусок ткани, подтерся и подпоясал штаны.

— Так. Давайте-ка подумаем, как нам отсюда выбираться. Мила, да что ты там бормочешь?

— Она прилетит к нам. Она прилетит, если сможет.

— Кто?

Это стало ясно через мгновение. В темноте захлопали крылья.

— Ой, нет! Летучая мышь!

Раджал закрыл лицо ладонями.

— Нет, Радж. Ты посмотри!

— Да не могу я! Тут темно!

— Открой глаза, слышишь?

Тир-лир-лир-ли-ли!

Перед глазами друзей предстало необыкновенное зрелище. Порхая, птица Эо разгоняла мрак. Ее перышки горели разноцветными огоньками, и эти огоньки перебросились через мрак светящимся мостиком, похожим на радугу.

— Но ведь она была снаружи! Как же она сюда попала?

— Это пещера, братец Радж. У нее есть вход.

Так они раскрыли тайну хижины в лесу. Много эпициклов назад богатые графства Внутриземья были обложены непомерно высокими налогами, о каких и не слыхивали в пограничных землях. Процветала контрабанда. В Агондоне от набегов постоянно страдали гавани. Побережье терроризировали пираты. Но, в конце концов, Эджландия не была островом. В итоге с Голлухских холмов через долины, окружавшие столицу, к ней нескончаемым потоком поступали запасы джарвела и табака, Оранди и рома, варльских и тиралосских вин. Хижина дровосека была базой контрабандистов, ее пристроили к пещере, которая служила им дополнительной кладовой. А сколько потайных кладовых было в богатых домах Агондона — за книжными шкафами, за картинами. Там держали лучший джарвел, лучшие вина.

Теперь от контрабанды нельзя было ожидать больших барышей. Синемундирники, оккупировавшие весь северный Эль-Орок, сделали всех жителей страны равными — равными по уплате податей, равными по тому, как давила на них тирания. Контрабандисты былых времен давно вывелись, а хижина так и осталась в лесу. Контрабандисты занимались противозаконным делом, но как же они были невинны в сравнении с теми людьми, которые приспособили хижину под свои нужды. Здесь они совращали юных, невинных девушек.

Однако у пещеры была в запасе и еще одна тайна.