Чтение онлайн

В религиозной и церковной политике монарх взял на себя инициативу и удовлетворил пожелания населения. В церковной сфере король стремился смягчить последствия секуляризации. Была проведена реконструкция многочисленных монастырей, он способствовал строительству церквей и реконструкции исторических соборов Баварии, поддерживал религиозные ордена. Основанная королем Ассоциация миссий Людвига продвигала не только христианство, но и немецкую культуру за рубежом.

Протестантизм в XIX веке подорвал власть Рима над германскими народами, многие переходили в лютеранство. Однако в Баварии крепко укоренилась католическая вера, и большинство баварцев оставались верны ей, передавая на протяжении поколений идеалы верности церкви, престолу, семье и стране. Баварский престол и католическая церковь многими баварцами воспринимались как элементы стабильности.

Также Людвиг I не забывал поощрять развитие торговли и промышленности в Баварии, делая многое для развития экономики. Был построен канал, который соединял водные артерии Майн и Рейн с Дунаем, в 1835 году появилась первая немецкая железная дорога между Нюрнбергом и Фюртом. По инициативе короля в 1828 году между Баварией и Вюртембергом был заключен Южно-Германский таможенный союз. А в 1834 году Бавария присоединилась к Германскому таможенному союзу.

Не все законопроекты Людвига выдерживали сопротивление ландтага. Так, попытка законопроекта короля завещать дворянский титул только лишь первому сыну потерпела неудачу.

Людвиг I продолжил дело своих предков как покровитель искусств и влиял на развитие культуры в Баварии. Мюнхен во время его правления стал «Афинами на берегах Изара», культурным центром Германии, куда стекались художники, архитекторы, поэты, ученые. Еще будучи кронпринцем, Людвиг, как поклонник Древней Греции и итальянского Ренессанса, интенсивно увлекся коллекционированием произведений искусства. Увлечение Античностью сказалось на архитектурном преобразовании Мюнхена. Став королем, Людвиг стремился познакомить с историческими коллекциями народ, сделав их доступными, открыв в Баварии музеи – Старую и Новую Пинакотеки, Глиптотеку, памятное здание Пропилеи. Строительством Вальгаллы над Дунаем, Зала освобождения, Зала славы, Ворот Победы, Зала Полководцев и прочих архитектурных построек он стремился объединить традиции Баварии и Германии. Король завершил формирование мюнхенской резиденции, которую еще в XIV веке заложили Виттельсбахи и позже достраивали и расширяли на протяжении веков.

Во время его правления получил широкое распространение мюнхенский классицизм. Людвигштрассе в Мюнхене по сей день напоминает о широте натуры королевского планирования. Король привез с собой ведущих архитекторов, скульпторов и художников своего времени. Его главными архитекторами были Лео фон Кленце и Фридрих фон Гертнер. Людвиг I первым в Германии принял в 1826 году закон об охране памятников, который действовал для всего королевства.

На строительные проекты Людвиг тратил почти весь свой личный доход. Строительные расходы короля не раз вызывали недовольство баварского правительства, в чем позже также упрекали и его внука Людвига II.

Король, желая прославиться на литературном поприще, пробовал себя как поэт и писатель. Но оседлать неукротимого Пегаса не каждый может. Посредственные литературные произведения Людвига хоть и получили огласку в общественности во время его правления, но после его отречения предались забвению.

После Июльской революции 1830 года во Франции и распространения революционного движения в Европе либеральная политика Людвига I приобрела реакционный оттенок. Правительство пошло к более консервативному курсу и к столкновению с либералами в парламенте. Религиозная точка зрения, основанная на принципе милости Божьей, уже противостояла либеральным требованиям 1830-х годов.

Многочисленные реформы вызывали критику консервативных и радикальных сил. Король отменил свободу прессы. На Хамбахском празднике, а по сути политической демонстрации в Пфальце 27 мая 1832 года, население выказало свое недовольство политикой короля. Демонстранты требовали объединения страны, конституционных свобод. В Баварии усиливалась цензура, проводились аресты, высылки – все это только обостряло недовольство населения.

Реакционная политика усиливалась еще под действием усиления ультрамонтанов с 1837 года, энергично поддерживающих власть Римско-католической церкви и право папы вмешиваться в дела государства. Хоть власть в Баварии исполняло правительство, лично подчинявшееся Людвигу, но оно находилось под сильным влиянием ордена иезуитов. Министерство Карла фон Абеля выступало за католический консервативный курс короля. Ультрамонтаны расширяли сферу своей власти в стране и оказывали сильное влияние на баварский парламент. Было усилено давление на протестантов, отменены ранее предоставленные им гражданские права. Отношения между католиками и протестантами заметно ухудшились при министре Абеле.

Людвиг I постепенно осознавал угрозу своей независимости правления, начал испытывать настороженность и недоверие к своему первому министру, который устанавливал и вводил в стране жесткие католические порядки.

В марте 1844 года из-за нехватки сырья, согласно королевскому указу, были подняты цены на хлеб и, соответственно, на пиво. В знак протеста в Мюнхене вспыхнули пивные беспорядки. Вызванная армия отказалась применять силу против повстанцев, и дальнейшие меры против бунтовщиков остались бесплодными. Тогда Людвиг был вынужден вмешаться и остановить рост цен, а вскоре приказал снизить цену на пиво. Все это не укрепляло популярность короля среди населения. Пивное восстание исторически рассматривается как предвестник мартовской революции в 1848 году.

Оставим на миг в стороне политику Людвига I и уделим внимание его наследнику. В октябре 1845 года сын Людвига I кронпринц Макс с женой Марией и вместе с маленьким сыном отправились в свой романтический уголок – Хоэншвангау, где, казалось, совсем еще недавно они проводили свой медовый месяц. Мария, с детства полюбившая горы, очень восторгалась этим романтическим уголком. В 1832 году кронпринц Макс, очарованный живописной местностью и романтическими легендами, приобрел древние руины замка Шванштайн (Schwanstein; с нем. Schwan – «лебедь» и Stein – «камень»), который когда-то принадлежал княжескому роду Вельфов, рыцарям Швангау и предкам Виттельсбахов. Почти за четыре года замок, теперь названный Хоэншвангау («Высокий лебединый край»), был восстановлен в средневековом рыцарском стиле. Над изумрудным лесом и двумя кристально чистыми горными озерами Шванзее и Альпзее высоко возвышается замок, словно волшебная крепость давно минувших дней. Людвиг I, когда впервые посетил замок, назвал его подлинным замком фей. Мюнхенские художники красиво оформили интерьер, возродив в картинах и фресках волшебство средневековых рыцарских сказаний. Центральное место в интерьере замка уделено немецкой легенде о лебедином рыцаре Лоэнгрине, символом замка и гербом был выбран лебедь. Ранее на гербе графов Швангау присутствовало изображение этой гордой птицы. Лебедь станет одной из любимых птиц Людвига II, символ которого будет иметь для него некое мистическое значение.

Неподалеку от замка началось строительство деревянной тропинки над ущельем водопада Пёллета. Позже мост получил название Мост Марии (Marienbrьcke) в честь матери Людвига. Спустя 21 год ее сын заменит деревянную конструкцию на стальную. Мост сохранился и в наши дни, с него открывается впечатляющая панорама на грандиозное творение Людвига – его замок Нойшванштайн.

Кронпринц Максимилиан, родившийся 28 ноября 1811 года, очень отличался от отца Людвига I. Если отец был харизматичный, решительный, темпераментный и уверенный в себе, то его сыну не хватало этих качеств при его тихом, жестком, педантичном, медлительном, нерешительном характере. Поэтому отец и сын часто не находили общих точек соприкосновения. В юности Максимилиан чувствовал себя плохо подготовленным к жизни, будучи взрослым, жаловался на недостаток образования и воспитания. В 18-летнем возрасте кронпринц поступил в Гёттингенский университет, а через год в Берлинский. После окончания учебы Максимилиан совершил много познавательных обширных путешествий в разные страны, где знакомился с их историей и культурой.

Он долго не решался вступать в брак, предпочитая путешествия. Браки в королевских семьях в то время редко заключались по любви, а больше по династическим соображениям, связанным с укреплением политической власти и влиянием, престолонаследием и продолжением рода. Поэтому любви, романтическим чувствам не придавали большого значения. Максимилиану сватали невесту из России великую княжну Ольгу (1822–1892), дочь императрицы Александры Федоровны (1798–1860) и императора Николая I (1796–1855). Некоторые выступали против такого союза, поскольку брак с православной княжной будет хуже воспринят среди населения, чем с протестантской принцессой. Католики желали бы видеть будущую королеву одной с ними религии. Княжна Ольга не вызвала интереса у принца Макса, с его стороны было к ней равнодушие. Впоследствии она стала супругой короля Карла Вюртембергского (1823–1891).

Людвиг I рекомендовал сыну в жены британскую королеву Викторию (1819–1901), но особо не настаивал на этом, считая, что кронпринц должен сам принять решение. Макс отклонил и это предложение. На королеве Виктории женился принц Альберт Саксен-Кобург-Готский (1819–1861).

К недовольству ультрамонтанов и к радости протестантов и умеренных католиков кронпринц Максимилиан остановил свой выбор на красивой, веселой, скромной прусской принцессе Марии Фридерике Франциске Хедвиге, младшей дочери принца Вильгельма Карла Прусского (1783–1851) и его супруги Марии Анны (1785–1846), урожденной ландграфини Гессен-Хомбургской. Впервые Максимилиан познакомился со своей будущей женой Марией, еще будучи 19-летним студентом Берлинского университета в 1830 году. Он был настолько в восторге от своей невесты, что посвятил ей стихи собственного сочинения. Как Виттельсбахи, так и Гогенцоллерны с энтузиазмом приветствовали их предстоящий брачный союз, поэтому о помолвке публично объявили незадолго до Рождества 1841 года. Прозванная своими родителями ангелом, Мария родилась 15 октября 1825 года в Берлинском городском дворце. Девочка провела детские годы с родителями в Кёльне и Майнце, а летом проживала в замке Фишбах в Силезии, где царила свободная домашняя атмосфера. Детство Марии было в Фишбахе несколько неформальным для того времени: ей разрешали играть с деревенскими детьми, брать яйца в курятнике, она совершала свои первые походы в горы. Именно там зародилась ее любовь к горам, которая осталась с ней на всю жизнь.