Король Матиуш на необитаемом острове
Шрифт:
Бедный Матиуш! Как ему не хотелось покидать тихое убежище и расставаться с гостеприимными туземцами! Но ничего не поделаешь, случилась беда: из-за него, во имя его и ради него гибнут люди. И Клу-Клу призывает его на помощь. Бум-Друму не поможешь: он убит, но нужно спасти Клу-Клу и чернокожих друзей.
Две недели ушло на приготовление к побегу. Пришлось испортить маяк, чтобы было совсем темно, сделать весла и спрятать на берегу моря. Когда все было готово, они отправились в путь.
Туземцы очень огорчились, но Матиуш подарил им жестяную коробочку, кружку, четыре картинки, колечко, пряжку от пояса и увеличительное стекло. «Как, столько сокровищ задаром?!» – недоумевали они.
Ночь выдалась темная.
– Как вам удалось испортить маяк? – спросил Матиуш.
– Очень просто. Акул около острова нет. Мы подплыли к берегу, выставили из воды тростинки и прождали так часа два. Когда смотритель маяка пошел с детьми ловить рыбу, мы перерезали провода там, где ты велел. А на столе оставили письмо.
Матиуш заранее написал его, боясь, как бы старый моряк не заподозрил, что это проделки Ало.
Темень. Море спокойное. Матиуш сел на руль, негры налегли на весла. Если будет сопутствовать удача, через два дня они доберутся до берега, а там пересядут на царских слонов.
Темень. Тишина. Лодка быстро скользит по волнам. И в памяти Матиуша всплывают проведенные на острове дни. Он понимает: пережитые радости и горести безвозвратно канули в прошлое. Больше не будет времени наблюдать за муравьями, швырять камешки в море и рассказывать сказки маленькой Але.
Впереди его ждут тяжкий труд и невзгоды.
XXIII
Как только Матиуш прибыл, его отвели к Клу-Клу в королевский шатер. И хотя от усталости он еле держался на ногах, Клу-Клу в ту же ночь поведала ему о том, что произошло. Да ему и так все было ясно
Лагерь несчастных детей представлял собой ужасающее зрелище Есть нечего, отовсюду несутся плач и стоны больных. Идти дальше нет сил, а оставаться на месте – верная гибель. Кто мог, давно убежал, а остальные уповают на Матиуша.
– Помнишь, Клу-Клу, как ты гонялась за белкой по деревьям? А как Антеку зубы выбила, помнишь?
– Помню, – безучастно ответила девочка и даже не улыбнулась.
Когда веселый человек грустит, это особенно тяжело.
Они долго сидели молча.
– Сколько в лагере детей?
– Не знаю. Часть погибла в пути, часть разбежалась.
– Как, по-твоему, продержитесь вы еще неделю?
– Должны продержаться.
– Надо действовать. Нечего терять даром время. Скорей в город, где есть телеграф! И вызвать на помощь белых.
– А они согласятся?
– Другого выхода нет. Если они проявили великодушие в битве с черными женщинами, значит, пожалеют и детей.
– Поступай, как знаешь. Я ничего не могу придумать.
Негритята увидели, что Матиуш уходит, – и в слезы.
– Помоги! Не покидай нас! – кричали они.
Матиуш влез на дерево, чтобы всем было видно.
– Не бойтесь, я вас не оставлю, – сказал он. – Я еду за помощью и через недельку, а может, дня через три вернусь. Чем скорей я отправлюсь в путь, тем раньше прибудет помощь.
Негритята поверили. И, успокоившись, затянули песню, но пели они совсем тихо: голод обессилил их.
А Матиушу от их слепой веры стало еще страшней. Хуже всего, когда даешь обещание и нет уверенности, что выполнишь его.
Дети расположились лагерем на берегу большой африканской реки. Из учебника географии Матиуш знал, что в устье ее находится порт, а рядом – город, где, конечно, имеется телеграф.
Лодка быстро плывет вниз по течению. Вот и пригодились поездки на маяк. Теперь Матиуш видит, как он окреп. Недаром одолел он Филиппа. Голод, бессонница, усталость – не в счет. Он летит как на крыльях. Его подгоняет мысль о страданиях детей и обещание помочь им. И лодка летит стрелой.
На рассвете он причалил к берегу, сорвал несколько плодов, утолил голод – и снова в путь. Мешкать нельзя: дети ждут.
В пути не обошлось без приключений. Один раз он задремал, и течением отнесло лодку к берегу. Еще немного, и он угодил бы в пасть к гиппопотаму. В другой раз лодка чуть не перевернулась, наскочив на огромного крокодила. Упади Матиуш в воду, негритята напрасно ждали бы помощи.
Сначала Матиуш составил план действий. Но потом все мысли улетучились из головы, словно он стал машиной, которая погружает в воду весла, или корабельным винтом, который он видел во время первой поездки к Бум-Друму.
Увидев на берегу город, Матиуш не испытал ни радости, ни облегчения.
Вот белые люди. Почта. Телеграф. На берегу реки, в садике, домик телеграфиста. Подумать только, там от голода и болезней умирают дети, а тут люди живут спокойно, ни о чем не подозревая. Телеграфист поливает цветы на клумбе, а веселая девочка в белом платьице, такая же маленькая, как Ала, ест хлеб с медом.
– Вы телеграфист?
– Да. А что?
– Мне надо срочно дать телеграмму.
– Подождите, молодой человек, еще нет девяти. Пока солнце не начало припекать, надо полить цветы.
– Я не могу ждать.
Матиуш чувствует, что сейчас упадет и заснет. И проспит сто лет. А там ждут дети.
– Я – король Матиуш.
– Король Матиуш?!
– Я две ночи не спал… Там умирают дети. Срочно требуется помощь.
Телеграфист поставил на землю лейку. Матиуш схватил ее и вылил воду себе на голову, чтобы прогнать сон.
– Скорей, а то я засну.
– Ну хорошо, пойдемте!
– Михась, ты ведь еще не завтракал, – послышался женский голос.
– Я сейчас вернусь.
– Выпей хоть молока.
Но Матиуш вцепился в телеграфиста и не отпускает.
– Скорей!
– Иду-иду!
А сам повязывает галстук.
Наконец они у телеграфного аппарата.
– Ну, что передать?
– Не знаю… – простонал Матиуш жалобно. – Как получите ответ, немедленно разбудите меня.
Телеграфист обернулся, а Матиуш уже спит.
Вот так история! Телеграфист позвонил полицмейстеру. Но тот еще спал: вчера поздно вернулся с бала у губернатора.
«Если так, – думает телеграфист, – пошлем телеграмму начальнику порта».