Чтение онлайн

Светлана смотрела на законного, тот говорил тоном человека, испытавшего в жизни все, что только возможно. Ничего нового для него просто не могло существовать.

– Я подумаю, но ничего не обещаю.

– Хорошо подумай.

Уже на лестнице Светлана спохватилась, ей расхотелось идти дальше.

– Убийца все еще в багажнике? Поэтому вы сказали, что меня довезут почти до самой милиции?

– Его уже давно перегрузили в другую машину. Ты не того опасаешься. Убийца не тот, кто нажимает на курок. Настоящий убийца отдает приказы. Но не будем об этом, – Карл по-отечески положил руку на плечо девушке. – Ты сильная, я такие вещи чувствую. И знаю, о чем ты сейчас думаешь.

– Я думаю о своем деде.

– Конечно. Не сомневаюсь. Ты любила его, и потому не можешь не думать о том, как пойдет дальше его бизнес. Теперь ты станешь его хозяйкой.

– Я боюсь этого.

– Открою маленький секрет. Управляющий фирмой – мой человек. Можешь доверять ему до тех пор, пока доверяешь мне.

Вор и девушка вышли во двор. Светлане хотелось разрыдаться, но она сжала губы. Рядом с «Жигулями» стояла «Волга», в ее салоне никого не было, словно она приехала сама собой, без водителя.

– Счастливо, – сказал Карл, – насчет похорон можешь не беспокоиться. Помогут. Все сделают без тебя.

– Вы добрый, – произнесла Светлана.

Законный сухо рассмеялся.

– Не верь мне, что бы я ни говорил. Не бывает добрых воров. – Он захлопнул за Светланой дверцу машины и ударил ладонью по капоту: – Поехал!

Пашка-Крематорий никогда не жаловался на здоровье. Бывают такие люди, даже триппер и СПИД к ним не пристают. Не страдал он и нервными расстройствами, казалось, что скороспелый вор в законе сделан не из плоти и крови, а отлит из металла. Даже теперь, когда решалась его судьба, Пашка оставался спокоен, как сытый слон. Даже исчезновение Артиста его не насторожило.

«Он слабак, – с презрением подумал Пашка, когда ему сообщили, что Артист не появился с утра в офисе и его нигде не могут найти, – испугался того, что сам наворотил. Если ввязываешься в игру, не останавливайся. Хочешь много выиграть, должен много поставить. Запил Артем, сорвался, заехал к телке. Выползет через неделю весь черный с перепоя. Еще будет мне ноги лизать, чтобы простил за срыв. Но свою работу он сделал. Артист бывает незаменим, жестокость – тоже редкое качество».

«Гранд Чероки» остановился перед шлагбаумом у будки охранника.

«Вот и приехали, даже не заметил, как время прошло», – подумал Пашка-Крематорий.

За шлагбаумом терялись в темноте остроконечные крыши коттеджей. Фонари горели только на главном проезде поселка. Охранник без особой спешки сверил номер машины с записанным в журнале и поднял полосатую доску. «Гранд Чероки», прокатив по лабиринту проездов, завернул в раскрытые ворота одного из участков. На подсвеченной низкими фонарями-торшерами лужайке уже стояли две машины.

Водитель Пашки-Крематория привозил своего хозяина в этот поселок уже не первый раз, но до сих пор не знал, кто живет в просторном, сложенном из деревянного бруса доме. Засиживался Пашка в гостях обычно до самого утра, садился в машину уставший, слегка пьяный, но неизменно довольный.

На террасе попыхивал сигаретой охранник, крепко сбитый мужик с неулыбчивым лицом. Темный костюм он носил неумело, сразу чувствовалось, что привык к камуфляжу. Из-под расстегнутого пиджака выглядывала кобура толстой телячьей кожи. Охранник спустился с крыльца и без тени улыбки, без намека на радость поприветствовал гостя:

– Здравствуйте. Вас ждут. – И затем уже обратился к водителю «авторитета»: – Можете вздремнуть. – И указал на отдельно стоящий домик.

Водитель, прихватив с собой пачку сигарет и зажигалку, поднялся на крылечко. Все остальное, как он уже знал, ждало его в одной из четырех небольших комнат: узкая кровать, застеленная свежим бельем, маленький холодильник с едой и напитками, телевизор с наушниками.

Пашка-Крематорий взбежал по ступенькам. В гостиной стоял накрытый стол. Но блюда были почти не тронуты, так, кто-то слегка поковырялся, чтобы закусить рюмку-другую. В пепельнице покоились три окурка. Один наверняка мужской, выкуренный до самого фильтра, и два женских – со следами помады.

На спинке стула криво висел пиджак, в чистой тарелке сиротливо лежали солидные очки в толстой оправе. Пашка выдернул из-под стопки бутербродов салатный лист и захрустел им. Гостиная занимала почти весь первый этаж просторного дома. Одна крутая лесенка вела наверх, к спальням, вторая приглашала спуститься вниз, в цокольный этаж. Именно оттуда, снизу и доносились приглушенные голоса, женский смех.

Пашка-Крематорий сбросил ботинки, пиджак и, на ходу стягивая галстук, спустился по деревянным ступеням. Стены цокольного этажа были облицованы небесно-голубой плиткой, потолок сиял белизной, яркий свет заливал золотистый деревянный пол. Ощущения того, что попал в подземелье, не было, наоборот, казалось, будто вознесся в небеса. Пашка потянул на себя широкую дверь с двойным матовым стеклом и широко улыбнулся. На него тут же пахнуло влажным теплым воздухом.

На краю небольшого бассейна в шезлонгах сидели двое мужчин. Их не очень приглядные тела не прикрывали даже простыни. На бортике бассейна рядком устроились в чем мать родила три молоденькие девушки и плескались ногами в кристально чистой воде.

Пашкина улыбка почти мгновенно сползла с лица, он оторопело переводил взгляд с одного мужчины на другого. Лысеющий брюнет с золотым крестиком на волосатой груди поднял пухлую ладонь и сжал ее в кулак.

– Привет, мафия, – с сильным акцентом проговорил тот и тут же звонко ладонью ударил себя по ляжке.

Второй мужчина вел себя куда скромнее, как и подобает хозяину дома, он поднялся и, словно не замечая своей наготы, пожал Пашке руку. Несмотря на оформившийся живот, в нем чувствовалась военная выправка.

– Здорово, не ждал своего заокеанского компаньона здесь встретить?

– Всегда лучше знать правду заранее. – Пашка быстро взял себя в руки, смотрел уже спокойно, неторопливо разделся. – Душ приму, весь день на ногах, – бросил он и задвинул узорчатое стекло душевой кабинки.

На самом деле ему не столько нужно было помыться, как выкроить несколько минут и подумать над тем, почему оказались рядом два человека, которые, как думал он еще минуту назад, даже не подозревают о существовании друг друга. Появления партнера из Америки он ждал, даже знал, что тот уже прилетел в Москву. Но сам выходить с ним на встречу не спешил. Еще не было окончательной ясности с Карлом, хотя в мыслях Пашка старого законника уже списал со счетов.

«Не поставит братва казначеем общака вора, не вернувшего вовремя деньги. А запасного варианта у Монгола нет».

И вот сюрприз… Оказывается, сицилиец вхож в дом полковника ФСБ, с которым у Пашки были связаны не самые лучшие воспоминания.

«Конторщики» взяли Пашку в оборот еще на зоне. Человек, назвавшийся впоследствии полковником Анохиным, приехал к нему под видом адвоката, пособлявшего Пашке выйти на досрочное освобождение. И сразу же напомнил ему о двух аферах с финансовыми пирамидами, за которые Пашке пришлось бы сидеть еще и сидеть. Предложение Анохина было простым, как грабли: сдать канал, по которому на зону попадали наркотики, а за это – досрочный выход на волю.