Чтение онлайн

Черты ее лица расплылись в экстазе, и она задрожала.

– Эта дрожь отвращения?
– спросил он напряженно. Подушечки его пальцев поглаживал нижнюю часть ее груди.

– Именно, - выдохнула она.

– Мне тоже противно. Фу, как же мне противно. Видишь, как я дрожу от мощи моего отвращения.

– Это... наихудшая вещь... которая когда-либо со мной происходила, - выдохнула она задыхаясь. «Я должна заставить его остановиться, - подумала Шей.
– Должна заставить его остановиться... только... чуть позже». Его пальцы были горячими, обжигающими и все, чего они касались, распаляли огонь под ее кожей. Он продвинулся еще дальше, заставляя ее ахнуть.

«Его тело было, словно проводом под напряжением», подумалось ей, а затем ее мысли заволокло туманом, и она поглощала только удовольствие, когда его рука накрыла ее обнаженную грудь. Инстинктивно, она раздвинула ноги в немом приглашении полностью овладеть ею.

Он не принял его. Вместо этого только слегка приподнялся.

Она почти выругалась.

Другой рукой он медленно продвигался по подолу ее рубашки.
– Если я лягу на тебя, то завладею тобой, - пояснил он. – Но сначала я хочу увидеть тебя.

– Да, - откликнулась она, недоумевая, кто это страстное существо. Уж точно, не Шей. Ее не волновало их прошлое, не волновало, что произойдет, когда любовь пройдет и завянут помидоры, когда она приподняла свои бедра, облегчая ему доступ. Обнаженная эрекция потерлась об нее. Абсолютное наслаждение. Совершенный чувственный опыт.

Из него с шипением вырвалось дыхание, она вторила ему. Несмотря на одежду, которая все еще оставалась на ней, она чувствовала, словно он коснулся ее сущности. – Мм-м, да, - простонала она.
– Мне нравится это. Нет, ненавижу. Я ненавижу.

Низ ее живота свело судорогой. Не в силах удержаться, она повторила это еще раз, целенаправленно потеревшись о его член. Валериан втянул воздух. Он сдернул ее рубашку через голову, открывая своему взору ее груди.

– Я должен попробовать их. Должен заполучить эти сладкие бусинки себе в рот.

Шей не должна была позволить этим вещам заходить дальше, но ее любопытство взяло верх. По крайней мере, она назвала это неутолимое желание чувствовать его скользящим и наполняющим ее внутри, «любопытством». Чтобы узнать и понять, как люди становились рабами своих эмоций над этим актом.

Валериан обхватил пальцами ее запястье.
– О чем ты думаешь?

– О страсти, - призналась она.
– О сексе.

– Посмотри на меня.

Она и не думала ослушаться. Ее взгляд обратился к нему, и она замерла, пораженная тем, что увидела. Он жадно впитывал вид ее груди, как будто это была самая прекрасная вещь, которую он когда-либо видел. Как будто ее слишком бледная кожа и ее среднего размера грудь вышли на первое место в его Рождественском списке.

– Думаю, что мне еще никогда не доводилось видеть зрелища прекраснее. Твоя красота пленяет меня, - выдохнул он благоговейным голосом.

– Но ты был с тысячью женщинами, - тихо напомнила она ему.
– С тысячами намного прекрасней меня.

– Ни одна не была столько прекрасна, как ты, любовь моя.

– Я ничто, - настаивала она.
– Я...

– Все.
– Одной своей рукой он взялся за ее подбородок, большим пальцем поглаживая ее лицо. Она заставила себя взглянуть на него, увидеть его.
– Я говорил тебе это. Ты все для меня.

Это было слишком удивительным, чтобы в это поверить, но все же это было всем, что она когда-либо хотела услышать. Люди никогда не говорили ей подобных слов. Слезы жгли ей глаза, но она сморгнула их. Она всегда гордилась своей независимостью, отсутствием необходимости в чужом одобрении. Но до этого момента она на самом деле не понимала, насколько невероятным могло быть это утверждение. Насколько сильной это может заставить ее себя почувствовать.

«Я должна быть холодной, - напомнила она себе, - сколько еще мне придется возвращаться к напоминанию себе об этом? Я должна быть бессердечной». Но когда ее взгляд скользнул по Валериану, она не смогла заставить себя противостоять ему.

Он нависал над ней, огромным, твердым мерцающим золотым сиянием телом. Груда мускулов, силы и возбуждения источали аппетитные волны. Его торс был твердым и подтянутым. Его член был направлен в самый ее центр, такой толстый, такой напряженный, тянущийся к ней. Его тяжелые яички покрывали золотистые волоски.

Вид, этого бога красоты и секса, заставил ее судорожно вздохнуть.
– Ты...
– она прочистила горло, - ... весьма неплох, - произнесла она. Она никогда раньше не говорила мужчинам комплименты; всегда изгоняя их из своей жизни так быстро, как только они входили в нее.

Его губы дрогнули.
– Я рад, что ты не находишь меня уродливым, потому что ты все, в чем я когда-либо нуждался.

Дюйм за мучительным дюймом он опускал свою голову. В ее горле застрял вздох ожидания. Его рот приближался к ее соску, окружив его влажным теплом. Когда его язык прошел туда и обратно по ее набухшей вершинке, ее руки зарылись в его волосах, удерживая его на месте. Другую ее грудь он мял рукой, и это двойное ощущение заставило ее выгибать бедра.

– Разве я не обещал тебе, что это будет ощущаться ужасно?

– Ужасно, просто кошмарно. Не останавливайся. – «Подождите. Разве она не собиралась сказать ему – стоп». Все вышло из-под контроля.

– Ты заставляешь меня чувствовать жар, как будто вся моя жизнь зависит от тебя.
– Он жестче всосал ее грудь, и она ахнула от удовольствия и боли, затем он лизнул ее, и она застонала от опьяняющего наслаждения.
– Когда нимфа занимается любовью, он становится полностью поглощенным этим процессом, становясь свирепым и настоящим животным. Ничего больше не имеет для него значения, кроме его женщины.

«Нуждаешься в нем также как он, кажется, нуждается в тебе», подумала она с тоской, и что-то треснуло внутри нее. Что-то надломилось. «Последние остатки ее сопротивления? Страха? Сомнения?» Они внезапно исчезли, были заменены нуждой познать его, всего его. В этот момент он стал для нее важнее дыхания.

Издав рычание, она обвила его талию своими ногами, скрестив лодыжки на его спине, и дернула Валериана на себя. Весь его вес - это блаженство. Она наслаждалась этим чувственным давлением. Купалась в своей первой истинной капитуляции. Больше не отрицая своей потребности, не игнорируя свои желания.

– Шей? – прохрипел он и закрыл глаза в сладкой капитуляции. Выражение ее лица было шокированным, пораженным.

– Валериан.

Он прикусил ее ключицу, провел языком вверх и вниз по ее шее. Его рука опустилась на пояс ее брюк. Его пальцы скользнули дальше, прямо под трусики, пройдясь по ее шелковистым волоскам.

Она почти вскрикнула, выгнув бедра, призывая его двинуться дальше.

– Большинство женщин думает, что это самое эротичное местечко на их телах.
– Его пальцы легонько потерли ее клитор. Он вспотел, пытаясь не торопиться, когда она хотела, чтобы он сделал это как можно быстрее.