Король воров
Шрифт:
— Тогда почему он сбил меня с ног, когда я попытался остановить его?
— А какое право ты имел вообще врываться к нему в комнату?
— Даю голову на отсечение, это он украл ожерелье! — лицо Эдмонда помрачнело. — И я намерен получить его обратно, даже если мне придется гнаться за ним через всю Англию!
— А откуда мы знаем, что это не ты взял ожерелье, Эдмонд? — спросила вкрадчиво Онория. — Думаю, нам следует обыскать твою комнату.
— Прекратите эти споры! — взорвался сэр Ричард. — Я сам решу, как мне поступать!
— Мы должны догнать его! — не унимался Эдмонд.
— Не прикидывайся идиотом, Стефенсон. Он уже очень далеко отсюда.
— Тогда что же вы намерены предпринять?
— Пока принц здесь, все должны молчать о том, что произошло. — Дядя холодно посмотрел на племянницу. — Я знаю, как с тобой поступить. Эдмонд, отведи твою кузину в ее комнату.
Эдмонд, схватив Онорию за руку, потащил ее к выходу.
— Запри ее там, — добавил сэр Ричард вдогонку. — Пусть посидит под замком.
Когда они зашли в комнату, Эдмонд грубо толкнул Онорию на кровать.
— Дай мне ключ от твоей комнаты! — потребовал он.
— Попробуй сам найди!
Эдмонду, казалось, доставляло огромное удовольствие копаться в ее вещах, сваливая содержимое ящиков прямо на пол.
— Ага! — он торжествующе поднял ключ и направился к дверям. — Увидимся позже, кузина!
Он захлопнул за собой дверь, и Онория услышала щелчок ключа, повернувшегося в замке.
У Онории подкосились ноги, и она без сил упала в кресло. Как жаль, что она не умеет падать в обморок! Сейчас для нее стало бы огромным облегчением упасть и забыться. Но вместо этого девушка опустила голову и спрятала лицо в ладонях.
Теперь все зависело от Джека. Онория убеждала себя, что он взял ожерелье для них обоих.
Но как она сможет поехать к нему, если дядя Ричард сделал ее пленницей? Ей нужно как-то выбраться отсюда, пока гости еще не разъехались.
Давно пробило полдень, когда Онория услышала скрежет ключа в замке. На пороге показался дядя Ричард.
— Вы с Барнхиллом должны были как-то договориться о встрече. Он приедет к тебе, или ты сама собираешься найти его?
Онория уставилась на него широко открытыми невинными глазами.
— Я же не знала, что он собирается покинуть Норкросс и не строила никаких планов насчет этого.
— Не думай, что тебе удастся провести меня! Твой кузен с самого начала держал меня в курсе всех твоих планов. Я знаю, что вы с Барнхиллом приехали сюда, чтобы похитить ожерелье.
— Ну, раз Эдмонд заявляет, что так много знает, то у него и спросите, как найти Джека.
Сэр Ричард погрузился в глубокое раздумье.
— Ты лжешь мне, вы наверняка договорились… Если только он действительно не собирается оставить ожерелье себе. Это бы меня сильно расстроило.
— Может быть, он попытается связаться с вами. Вы же все-таки обещали ему деньги.
Сэр Ричард направился к дверям.
— Я пришлю тебе обед в комнату, — сообщил он.
— Надеюсь, не хлеб и воду?
— Я поговорю с тобой завтра, Онория. Может быть, ты станешь более сговорчивой, если как следует выспишься.
Онория вежливо улыбнулась и поклонилась. Ее радовала мысль о том, что Джек настоял, чтобы она запомнила его лондонский адрес. Но дядя никогда не получит его от нее.
Она оставалась взаперти весь этот и следующий день. Дядя приходил дважды в день, но она продолжала отрицать, что знает что-либо. Эдмонд приносил ей хлеб и тоже пытался вынудить ее рассказать, где скрывается Джек, но Онория даже отказывалась разговаривать с ним.
На третий день дядя сам принес ей завтрак.
— Оденься в дорогу, — приказал он. — Мы выезжаем через час. ^
— Вот и прекрасно. Я с нетерпением жду перемены декораций.
— Ты можешь сделать это без труда, если захочешь помочь мне.
— Но, дядя, я не могу рассказать вам то, чего не знаю.
Сэр Ричард пожал плечами.
— Как хочешь.
Ровно через час Эдмонд поднялся к ней в комнату.
— Пошли.
— Так ты со мной? Как мило! Не хочет ли дядя объявить, что мы с тобой сбежали вдвоем?
— Ты пожелаешь, чтобы именно так и случилось прежде, чем день угаснет.
Он схватил ее за руку что есть силы, и Онория поняла — на руке останутся синяки. Эдмонд буквально стащил ее вниз по черной лестнице. Каретастояла у конюшни. Эдмонд затолкнул ее внутрь и забрался сам, усевшись рядом.
— Твой дядя придет через минуту. Онория демонстративно отвернулась от него и уставилась в окно, пока Эдмонд не задернул шторку. Наконец, пришел сэр Ричард, и карета тронулась в путь.
Онория знала, что бесполезно спрашивать, куда они направляются. Она сомневалась, что ей скажут правду. Может быть, она сама поймет, когда они отъедут подальше от Норкросса.
Вскоре они проехали Сиренкестер, значит, они держат путь на восток. Неужели они едут в Лондон? Но не думают же они, что смогут отыскать Джека в таком большом городе!
Но через час после того, как они выехали из Сиренкестера, карета свернула возле указателя и затряслась по узкой проселочной дороге. Они пересекли ручей, затем карета въехала на небольшой холм, скатилась снова на равнину. Наконец, она остановилась у огороженного высоким забором здания. Железные ворота открылись перед ними, карета проехала во двор и остановилась около дома, по виду похожему на чей-то особняк.
— Смею я спросить, где мы? — произнесла Онория.
Эдмонд подавил смешок.
— Это место, где ты сможешь поразмышлять в одиночестве и раскаяться в своих грехах, — сказал, ухмыляясь, дядя Ричард.
Они направились к дому, и Онория, окинула взглядом фасад здания более внимательно. Все окна в доме были забраны железными решетками. Привратник нескладного вида открыл им дверь, и они вошли в холл.
— Передайте миссис Дженкинс, что ее ожидает мистер Ричард Стерлинг, — повелительно приказал привратнику дядя.
Онория осмотрела холл — ни украшений, ни мебели. Она взглянула на дядю.