Королева ходит последней
Шрифт:
— Пойдем, прогуляемся? — предложил ему. — Без придворных и гвардейцев.
— Хорошо. — Ил бледно улыбнулся. — А может, потренируемся?
— Ты достаточно хорошо себя чувствуешь?
— Да.
— Тогда идем.
За последние дни я подобрал для Ила деревянный меч, и мы начали тренировать самые простые удары. Вот и сейчас вышли во внутренний дворик. Я оставил охрану у входа, чтобы меньше отвлекаться самому, но тем не менее тщательно следил за окружающей обстановкой. На сердце было неспокойно. Я думал, как помочь Илу совладать с его силой, и не находил ответа, а из магов при дворе Бранды видел только лекаря. Увы, вряд ли он много знал о некромантии. Надо идти к отцу. У него много знакомых. Думаю, найдутся и маги.
— Ты сегодня странный, — заметил Ил, наблюдая за мной.
— Ты тоже, — усмехнулся я. — В стойку.
Ил взвесил в руках достаточно тяжелый меч и замер, занеся его перед собой.
— Смотри внимательно, — сказал я ему. — Тренируем удары сверху вниз. Не замахивайся слишком сильно. Так, хорошо.
Ил даже заулыбался и раскраснелся. Вот так-то лучше, чем было. Еще несколько кругов, и он окончательно отбросил дурные мысли, став обычным любознательным мальчишкой. И только когда пришло время обеда, мы вернулись во дворец. Я ушел почти сразу, убедившись, что короля хорошо охраняют. Путь мой лежал в особняк отца.
К счастью, Мейр оказался дома. Он сидел в библиотеке с книгой, когда я появился в дверях. Скользнул взглядом по заглавию — отец увлеченно изучал мертвые языки.
— Ник? — Он удивленно поднял голову. — Что-то случилось, мой мальчик?
— Да, — ответил я. — Здравствуй, отец.
— Здравствуй, здравствуй. — Он отложил книгу, поднялся и обнял меня. — Ты обедал?
— Нет, не хочется. И у меня не так много времени. Просто я не знаю, как быть.
— Слушаю тебя. — Отец указал на кресло, и я сел.
— Дело в Илверте, — ответил ему. — Подозреваю, что у него начинает проявляться магия.
— Неудивительно. — Мейр склонил голову. — Королевский род никогда не был обделен магической силой. Отец мальчика — первый за долгое время король Литонии, которому не досталось ничего. Что за вид магии?
— Подозреваю, что некромантия. Он видит мертвых.
— Говорит с ними?
— Пока нет.
— Скверно. — Отец пожевал седой ус. — Тяжелое бремя для маленького ребенка. Но ничего странного, учитывая, что после войны земля Литонии пропиталась болью и смертью. Как он справляется?
— Плохо, — признал я. — Ил очень впечатлительный, он не переносит любых страданий окружающих. А я не знаю, чем ему помочь.
— А чем ты поможешь, Ники? Ты не маг, — вздохнул отец. — Думаю, Бранда сама найдет учителя.
— Мне кажется, чем меньше людей знает о его даре, тем лучше.
— Возможно, ты и прав, — сказал Мейр. — Вот только семилетний мальчик может не вынести такого груза. Дети очень хрупкие, а подобного дара я не пожелал бы и врагу.
— Он видит отца, — добавил я. — Представляешь, что будет, если однажды они смогут поговорить?
— Ничего хорошего. Старший Илверт никогда не был достойным королем и заслужил свою смерть. Но пока это всего лишь вероятность. Возможно, мальчик никогда не будет слышать мертвых, только видеть. В любом случае за ним надо приглядывать. Я так думаю, ты не планируешь сообщать в Изельгард о новых талантах короля Литонии?
Я отрицательно покачал головой.
— Вот и правильно. Пусть лучше не знают. Я верю, ты справишься, Ник. И посмотрю, чем можно помочь Илверту. Поговорю со знающими людьми.
— Спасибо, отец. — Я поднялся и протянул ему руку.
— За что? — улыбнулся старик. — Ты и сам знаешь, как тебе быть. Я всего лишь хочу, чтобы ты не пожалел о своем решении.
Мы тепло попрощались, и я вернулся во дворец. Пока шел по заснеженным улицам, все думал, думал… Столько разных мыслей кружилось в голове: как об Иле, так и о Бранде. И от этих мыслей становилось тошно. Правильно говорил наставник. В любом задании не должно быть ничего личного, иначе оно обречено на провал. Увы, я слишком поздно вспомнил о его мудрости.
ГЛАВА 19
Бранда
Скотина! Гадкий, мерзкий змей! Вот кто такой Ник Вейс. Щеки пылали так, что хотелось приложить к ним лед. Ненавижу! Как же я его ненавижу! Со мной еще никто и никогда так не поступал. Не вытирал об меня ноги. Муж не в счет, с ним все было иначе. О, как я была зла! Металась по комнате из угла в угол, готовая растерзать каждого, кто войдет, но меня никто не беспокоил. Даже сын, который всегда был тут как тут. Поэтому единственными свидетелями моего гнева стали стены кабинета — и эта записка. Кстати, а что за письмо?
Развернула — и тут же узнала почерк. Мог пройти миллион лет, но я все равно бы угадала почерк Эрвинга Аттеуса.
«Здравствуй, Брани».
Слезы тут же затуманили взгляд. Я упала в кресло и закрыла глаза. Эрвинг все еще оставался для меня самым светлым образом прошлого. И я скучала. Все еще скучала.
«Здравствуй, Брани. Я получил письмо от Ника, в котором он рассказывает, что ко двору Литонии прибыл Айк Эйш. Если бы не это, я не стал бы тебя беспокоить. Но ты должна знать — Эйш опасен. Да, тебе и так это известно. Но я повторю снова и снова: гони его прочь, Бранда. Пусть уезжает обратно в Эйшвил, или случится беда. Поверь, у меня было достаточно времени, чтобы узнать всю низость этого человека. Да, он изменился, но змея остается змеей, даже если забрать у нее яд. Не верь, что Айк Эйш безумен. Он прекрасно знает, что делает, и может обмануть любого. Кроме того, он жесток. Не мне тебе рассказывать, какими были последователи Илверта. И если ты хоть немного доверяешь моему слову, не подпускай Эйша близко.
Я рад, что рядом с тобой находится Ник. Он хороший и надежный человек, благодаря которому я жив и свободен, а не сгнил в Эйшвиле. Поэтому если тебе понадобится совет, прислушайся к Нику. Знаю, при дворе Литонии сейчас неспокойно. Помни, что Изельгард остается лучшим союзником, Брани, даже под пятой твоего брата. Остаюсь искренне твой друг, Эрвинг Аттеус».
Я скомкала письмо и собиралась бросить в огонь, но не смогла. Развернула, перечитала снова, и только тогда решилась предать бумагу огню. Хороший и надежный человек, да, Эри? Этот прекраснейший человек сейчас оскорбил меня так, что век не забуду! А Эйш… Я понимала, что такое Айк Эйш, но сейчас он полезнее при дворе. У меня хватит сил его переиграть, а вот действовать вслепую сейчас опасно.
И все-таки что делать с верандами? Позиция Эри для меня понятна, он остался верен Изельгарду. Не Осмонду. А мне как быть? Еще и проклятый Эйш отказался отвечать, пока не приму его на службу.
Волна гнева схлынула так же стремительно, как и поднялась. В двери постучали, и я порадовалась, что успела сжечь записку.
— Ваше величество, — поклонился слуга, — могу я передать вам букет?
— Какой букет? — устало спросила я.
— От преданного поклонника, — ответил слуга чуть тише, понимая, что моя реакция может быть любой.
И кто же наш поклонник? Или Ники решил загладить вину? Если так, не поможет. Я закусила губу.
— Хорошо, принесите букет, — приказала уверенно. Главное, чтобы цветы не оказались отравлены.