Чтение онлайн

– За это "самое время" они могут убить Ольгу! И Надежду.

– Надежда умирает последней, - сказал Василий Ильич, но, взглянув на сына, поспешно добавил.
– Извини, Игорь, это я лиш неё сболтнул.

– Едем!
– решительно сказал Игорь.

– Да погоди ты, не гони, - Василий Ильич старательно вытер губы носовым платком, вышел из-за стола, достал из своего "дип ломата" черную коробочку радиотелефона.

– А это у тебя откуда?
– удивился Игорь.

– Да так, раздобыл по случаю. Думаю, может пригодится. И вправду пригодился. Если, конечно, работает.
– Василий Ильич включил аппарат, набрал какой-то странный четырехзначный но мер.
– Саня? Я. Мы выезжаем. Расклад прежний. Что? Ай-я-яй! Не выдержал, бедолага. Что-то в этом роде я и предполагал. Ночью было тихо? Ну хорошо, значит все идет по плану, - он выключил аппарат и снова положил его в "дипломат".

– По какому плану?
– нахмурился Игорь.
– При чем тут дядя Саня, объясни мне.

– Вначале последние новости. Альберт Иванович Чувалов, тот самый, который звонил тебе ночью, вероятно, вскоре после этого звонка прыгнул в окно своего домашнего кабинета. А он был - на пятнадцатом этаже.

– Погиб?

– К сожалению. Говорю так потому, что он, видимо, оказался честным человеком. И его словам можно верить.

– Хотел, чтобы я простил его, - сказал Игорь.
– Не согла шалсся он участвовать в грязных делах Ерохина.

– Прости его, - попросил Василий Ильич.
– Он сам себя нака зал за ошибки. Большего наказания на этом свете не существует.

– Если Ольга... и Надежда останутся живы. Ты мне так и не ответил, при чем здесь дядя Саня?

– Да что ж тут сложного? Одна голова хорошо, а две лучше. А три - ещё лучше. После того, что рассказали Шаман и Бритый, он просто не мог остаться в стороне. Ты бы остался?

Игорь не успел ответить, в комнате зазвонил телефон.

– Они!
– Игорь посмотрел на отца.
– Сегодня последний, тре тий день. А у нас нет двадцати тысяч долларов, бизнесмен ис чез... Что будем делать?

– Обещай, сколько попросят. Все, что хотят. И - место и время встречи, условия освобождения.

– Хорошо, - Игорь помчался в комнату.

– Непременно поговори с Надеждой!
– крикнул вдогонку Васи лий Ильич.
– И - ни слова об Ольге!

Схватив трубку, Игорь поначалу не мог сообразить - кто та кой Юра и при чем здесь Юра?

– Юра Яблоков, - пояснил парень.
– Ну, тот, который обманул Ольгу. Я живу сейчас в её квартире. Вы просили позвонить, если тот бандит объявится. Я и звоню. Он сказал, что скоро заедет, все идет хорошо, нужно обговорить детали.

Игорь задумался. Если бандит объявится у Юры, то, значит, его не будет на даче. Мчаться туда, или все же постараться взять светловолосого здесь?

– Ты сможешь его задержать?

– Попробую...
– дрожащим голосом сказал Юра.
– Но, честно говоря, мне страшно.

– Я выезжаю, - решительно сказал Игорь.
– Задержи его, сколько получится. Постарайся узнать об Ольге все, что можно. Уточняй малейшие детали и не трясись. Через полчаса буду.

– Это не они?
– спросил Василий Ильич.

– Тот парень, который выдал Ольгу. Ему позвонил Заза, ве лел ждать. Я попросил задержать бандита, заболтать его.

– Правильно. Бегом к машине!

47

Лампочка под пыльным потолком горела всю ночь, и всю ночь обе женщины не сомкнули глаз. Сидели, обнявшись, на грязном матрасе, плакали, утешали друг-дружку, снова плакали... Ближе к утру обе почувствовали голод, съели все, что лежало на деревян ном ящике.

После неудачной попытки Наконечникова освободить пленниц (о том, что он хотел освободить одну лишь Надежду, не вспомина ли) никто не входил к ним. И неизвестно было, что же задумали бандиты, чего они хотят, в конце-концов? Особенно пугала неиз вестность Ольгу. Надежда хоть знала, что за её освобождение требуют двадцать тысяч долларов и верила, что Игорь найдет эти деньги. Правда, теперь, когда её Володю, наверное, убили, вера в благополучное окончание этого страшного приключения поугасла. Ольга же совсем ничего не понимала. Она совершенно не помнила, как Ерохин пытался её изнасиловать, что говорил при этом, и со страхом ждала, когда войдет светловолосый подонок, Заза его зо вут... Странное имя, нерусский, что ли? Войдет и скажет, какая участь ей уготовлена. Это могло произойти каждую минуту... Что он скажет? Зачем её похитили?!

– Идиоты несчастные, поиздеваться вздумали, - сказала Оль га, глядя на лампочку.
– Всю ночь свет не выключали.

– Уже десять, - сказала Надежда, взглянув на часы.
– А до сих пор даже поесть ничего не принесли. Я бы чего-нибудь съела, а ты, Оля?

– Даже не знаю, Надя... Почему они не приходят и ничего не говорят? А если вообще не придут? Уехали куда-нибудь, а нас бросили помирать с голоду?

– Могли и уехать...
– слезы по текли по бледным щекам На дежды. После того, как Володю... испугались и убежали... Бед ный Володя, такой чудесный, так хотел нас освободить...
– она громко зарыдала.

– Звери самые настоящие, - закусив губу, прошептала Ольга. Она обняла Надежду, погладила её сбившиеся русые волосы.
– Не плачь, Надя, может быть, с Володей ничего страшного не случи лось, он жив и что-нибудь придумает. И мой... любимый тоже что-нибудь придумает.

– Ох, я уже не верю в это!..
– рыдала Надежда.

– Они придумают, Надюша, обязательно придумают, найдут нас и заберут отсюда. Не плачь, ну пожалуйста...
– она всхлипнула.
– Не то и я разревусь. И Володя твой жив, ну, синяков ему наста вили, до свадьбы заживет.

– Не верю, не верю!..
– кричала Надежда. Она опять впала в истерику, в который уж раз.
– Они убили Володю, бросили нас и теперь мы умрем тут с голоду!.. Никто не найдет, никто!..

Ольга обняла её и тоже заплакала, размазывая слезы по ще кам свободной рукой. Прошло минут пять. Постепенно успокоив шись, Ольга сказала:

– А давай проверим, бросили они нас или нет?

– Каким образом?
– Надежда подняла на неё заплаканные глаза.

– Я знаю. Смотри!

Она подошла к двери и стала колотить в неё ногами и рука ми. Железный гул наполнил коридор. Ольга замерла прислушиваясь, а потом с новой силой набросилась на дверь, как будто это был негодяй Заза - убила б его! Когда руки и ноги устали, за дверью раздались неторопливые тяжелые шаги. Надежда поднялась с матра са, встала рядом с Ольгой, замерла, уставившись на дверь.

– Чего гремите?
– спросил грубый мужской голос.
– Хочете, чтоб связали вас? Дождетесь! А ну заткнитесь, сучки!

– Не "хочете", а "хотите", дебил несчастный!
– крикнула Ольга.
– Так с похищенными не обращаются! Свет всю ночь не вык лючали, еды не даете. Хотя бы воды принеси!

– Не надо так, Оля, - шепотом сказала Надежда.
– А то они разозлятся, какую-нибудь гадость устроят.

– Ща я войду, посмотрим, кто тут дебил, - с угрозой сказал охранник.
– Будет у вас там воды до хрена, только красной. Зах лебнетесь ею, шалашовки хреновы!

– Ну войди!
– исступленно крикнула Ольга.
– Войди, попробуй. Мне уже все равно, пусть я сдохну, а тебе глаза выцарапаю, шес терка! Только сначала разрешение спроси у своих работодателей! Ну давай, иди, храбрец! Хуже этого все равно не будет! Фашисты! Гестаповцы!

– Оля!
– испуганно сказала Надежда.

– Да заткнись ты, дура долбанная!
– заорал охранник.
– Где я тебе возьму жратву, сам ни хрена не хавал со вчерашнего дня! Скоро вернется начальство, скажет, что с вами делать. Я тебя по-хорошему прошу - заткнись! А то знаешь, что сделаю? Закурю и дым буду пускать в замочную дырку. Не задохнетесь, но башки распухнут у обоих. Усекла? Ну то-то! Через час все приедут, разберутся с вами.