Чтение онлайн

Возьми себя в руки, парень.

Промариновавшись в собственном горьком соку практически сутки, Бхат попробовал сохранить хладнокровие. Попробовал оценить ситуацию с другой стороны — ему по-прежнему было куда важнее счастье Калы, чем его собственное. Если ей так нужен этот чертов певец, то и ему стоит с ним познакомится, верно? Проявить дружелюбие, чтобы в итоге выйти к перемирию. Да, Джей будет страдать. Сильно страдать. Но его малышка в этом не виновата. Его милая девочка достойна всего самого лучшего. Джей обязан уберечь ее.

Идея пригласить на съемку Воробьева пришла к Бхату ещё тогда, когда он узнал, что тот провел с Чопрой ночь. Изначально им двигала ревность. Желание дать Алексею куда-нибудь в глаз — как минимум. Но в итоге настрой его сменился на более меланхоличный. Джей успел пройти все стадии принятия — и гнев, и отрицание, торг, депрессию. Сейчас ему просто хотелось взглянуть в глаза тому, кто мог бы или мог сделать Калу счастливой. А если этот полудурок обидит его девочку — Бхат будет сражаться яростнее любого тигра.

Идею молодого фотографа сразу поддержали в журнале. Воробьев пользовался большой популярностью сейчас. Бхат явился к главредактору лично, и тот дал распоряжение секретарше связаться с представителями артиста в этот же вечер. Интервью и фотосессия попадут в номер, что выйдет уже в следующем месяце — чего тянуть до окончания шоу? Им нужны наиболее свежие новости. В качестве интервьюера выступит Оксана, одна из свободных журналистов на этой неделе, а фотосессию… Все верно — проведёт лично Джэйдев Бхат.

Ассистенты настраивали свет в студии. Все здесь было оформлено в темных тонах — у фотографа не было никакого настроя на яркие краски. Воробьева сейчас как раз гримировали. Классическая фотосессия в образе этакого джентельмена в смокинге с бабочкой. Стандартно, но со вкусом. Джей всегда умело подбирал удачные ракурсы.

Сейчас минуты казались Бхату часами. Время замедлилось, казалось вязким и тягучим. Конечно, он выполнит свою работу на все сто — даже в таком состоянии. Куда важнее ему было просто поговорить с этим человеком. Оценить, понять, достоин ли тот его Калы. И вскоре Воробьев вошёл в студию. Весь такой вылизанный, идеальный. Джей, одетый в простые джинсы и футболку, на его фоне заметно мерк. Неужели Чопра повелась на эту глянцевую картинку?

— Оксана прибудет чуть позже, — разъясняла Воробьеву Вика, ассистентка. — А вот и наш штатный фотограф. Знакомьтесь, Алексей, это — Джэйдев Бхат.

— Просто Джей, — бесцветным тоном поправил парень и протянул звезде руку для пожатия. — Сделаем пару пробных кадров, чтобы разобраться с освещением.

Выдохни, чувак. Просто выдохни.

В то же время…

Воробьев был, конечно, не удивлён приглашению на съемки для «Vogue». В конце концов, без ложной скромности, сейчас он был достаточно популярен для того, чтобы сниматься там и в других подобных изданиях. Его воспитывали, как артиста, упирая на то, что он будет блистать на экране, и пока что Алексей справлялся с этой ношей. Успех стал для него привычен, он уже даже не помнил, как было, когда он жил иначе.

Потому на съемки Воробьев ехал в самом привычном расположении духа — ничего такого не происходило. С чего бы ему волноваться? Про себя он уже просчитывал дальнейший график и путь. Обычный день из среды похожих друг на друга. Сейчас ему как никогда хотелось, чтобы свободных часов было по максимуму, ведь в его жизни появилась Кала. Вполне естественно, что парень желал больше времени посвящать ей, а не работе. Однако отказываться от выгодных проектов тоже было нельзя. Своеобразный замкнутый круг.

Алексей приехал в назначенное время. Его встретила ассистентка и сразу же проводила в гримерку. Тема фотосессии была самой обычный — классический джентельмен. Ничего сложного. Пока его гримировали, Воробьев стал переписываться с Калой в «телеграме».

«Выбирай фильм на вечер» — успел набрать он прежде, чем его пригласили в студию.

— Добрый день, — отозвался Воробьев, когда Вика представила его фотографу.

Ещё один индус? Забавно.

Студия была оформлена в не самых радостных тонах. Ну и пусть.

— Как ваше настроение? — дежурно спросил Бхат.

Ему нужно знать.

— Ммм… Все хорошо. А у вас?

Алексей улыбнулся.

— Выбираем с моей девушкой, какой вечером посмотреть фильм. Вы любите кино?

С девушкой? Интересно. Очень интересно. Джей сильнее сжал челюсть, под скулами заходили желваки. Первый кадр он сделал без предупреждения. Осветительное оборудование щёлкнуло и ярко вспыхнуло.

— Присядьте на стул, — попросил фотограф. — Расслабьтесь. Закиньте ногу на ногу. Вы должны выглядеть достаточно уверенным в себе, чтобы не бояться быть небрежным.

Ещё кадр. Ещё.

— Подбородок чуть пониже.

Бхат старался работать, а не болтать, потому и ответил на вопрос не сразу.

— Да, я люблю кино. Особенно ужасы — мы с моей подругой много чего смотрели. И по-прежнему любим пересматривать классику. «Пила», «Звонок», «Я знаю, что вы сделали прошлым летом», «Кошмар на улице Вязов».

Джей позволил себе неприятно усмехнуться и добавить ещё одно название в список:

— «Крик».

Вспышки мелькали вновь и вновь. Бхат обещал себе быть помягче, подружелюбнее, но теперь, смотря на Воробьева, он не мог отказать себе в удовольствии побыть неприятным типом.

— Кала особенно сильно любит четвёртую часть. Ей нравится Эмма Робертс.

Джей специально сказал это как можно более непринуждённо, будто бы понятия не имел, что они с Алексеем говорят об одном и том же человеке. Одной и той же девушке.

Не очень-то Воробьев любил все эти фотосессии и людей, которые ими руководили. Очень часто они диктовали те условия, которые ему не нравились, но приходилось подчиняться им. Это работа — такая же, как любая другая. Вот и сейчас ему не очень понравилась эта студия. И этот парень-индус — тоже. И то, что пришлось ждать Оксану. Хотелось поскорее разобраться с этим со всем.

— Вот как?

Улыбка Алексея была такой же дежурной. Особенно опустела она при упоминании одного из фильмов. Уж не издевается ли он над ним? Похоже на то. Однако все это были ещё цветочки перед тем, как фотограф назвал имя Калы. Воробьев даже нахмурился.

— Какое совпадение. Так же зовут мою девушку. Она тоже из Индии.

Ещё один щелчок камеры.

— Кала Чопра. Модель. Так вы и есть тот самый друг?

Алексей вопросительно вскинул бровь. Отчего-то в груди сейчас скребло что-то откровенно неприятное.