Чтение онлайн

— Принимать твою помощь — себе дороже, это я уже поняла! — с этими словами я обошла Квинта, чуть толкнув его плечом, и продолжила свой путь в неизвестность навстречу красоте.

Которая, как оказалось, таки требует жертв…

В зеркале я себя, после всех процедур, узнала с трудом, но ощущения в процессе были те еще… Как хорошо, что через это нужно пройти лишь однажды.

И как бедные женщины идут на такое раз за разом? Я бы так точно не смогла.

Работу, то есть меня, у сотрудников центра, ба принимала лично.

Придирчиво осмотрела со всех сторон и осталась довольна.

Наш с работниками вздох облегчения был слитным. Я боялась, что какие-то из процедур придется проходить по второму кругу. Но, обошлось.

Само перерождение было совсем не страшным.

Ложишься в специальную капсулу и мгновенно засыпаешь, а просыпаешься уже обновленной. Вот и все.

Открыв глаза, первым делом я прислушалась к внутренним ощущениям.

Быть неспящей оказалось… Странно.

Особенно поражал тот факт, что теперь приходилось сознательно управлять некогда автоматическими процессами в организме. Прежде всего, дыханием.

Само собой тело дышать перестало, и я делала это самостоятельно, сокращая мышцы груди и диафрагмы.

Временами я ловила себя на том, что не могла сразу заговорить — не было воздуха.

Сначала надо было уже намеренно вдохнуть, и уже потом говорить.

Но это все дело привычки, как заверила меня бабуля.

Ни голода, ни иных позывов организм мне не выдавал, что и не удивительно, ведь мы на территории Лихтайна. Теперь я тут надолго, на столетие, не меньше.

Пока буду жить в гостинице, но, как заверила ба, скоро будет готова к заселению моя новая квартира, и я перееду вместе с охраной туда.

Сегодня планировалось еще куда-то смотаться на обзорную экскурсию, от волнения вчера я прослушала, куда именно.

Поэтому, я решила одеться попроще. Джинсы и футболка вполне сойдут.

Закончив с переодеванием, подошла к комоду. На его крышке лежали зеркало и фотография в рамке. Не густо, но эти две небольшие вещицы были единственными, которые я ощущала здесь по-настоящему своими. Все остальное было словно позаимствованное на время, не мое.

Наверное, похожее чувство бывает у всех, кто начинает новую жизнь. В другой мир много вещей не возьмешь, но самое ценное, конечно, не они, а то, что у тебя внутри…

Взяв в руки фото родителей, я привычно погладила родные лица.

Что бы они сказали, если бы увидели меня сейчас?

Мама, наверняка, была бы против такого раннего перерождения, она всегда отзывалась о стремящихся к бессмертию с неодобрением. «Не знают, на что потратить свой короткий век, а уже желают вечности», — часто говорила она.

Отец же наоборот. Деятельный, активный, жизнерадостный, они с бабулей были чем-то похожи. Он всегда хотел сделать и успеть больше. В работе, в семье, в увлечениях, во всем. Вечно ему не хватало времени.

Наверное, если бы не авария, он все же смог бы уговорить маму на перерождение… Но спешка его и сгубила, и теперь он уже больше ничего не успеет сделать. Его время подошло к концу…

В груди знакомо шевельнулась застарелая боль потери, но я обрадовалась ей, как родной. Человеческие чувства еще при мне, и это хорошо…

В дверь тактично постучали.

— Входите! — сказала я, не оглядываясь. Судя по звуку шагов, это была Изабелла.

Вот уж кто, наверняка, привык терять родных, так это она… Мне вспомнилась стопка личных дел, которую она показала мне еще в первый день нашего знакомства.

— Каким он был, ваш погибший сын? — неожиданно даже для самой себя спросила я у королевы.

Грустно улыбнувшись, она отвернулась к окну.

— Он был неисправимым мечтателем. Все ему казалось, что где-то там, за горизонтом, трава зеленее, а солнце светит ярче. Что там, в идеализированной дали, он сможет найти свое место и обрести гармонию…

Изабелла замолчала, невидяще глядя в пространство за стеклом.

— Иногда я думаю, что было бы, скажи я ему вовремя те же слова, что говорила тебе, даря зеркало. Возможно… — и, так и не закончив свою мысль, она снова надолго задумалась.

— Впрочем, это уже не имеет значения! — с преувеличенной бодростью сказала ба, вновь поворачиваясь ко мне.

— Сегодня твой день рождения, и я решила дать тебе возможность самой выбрать, как его провести.

Спасибо, Изабелла, и извини, что разбередила твою старую рану.

— Я бы хотела побыть одна, если можно, — вслух сказала я.

— Хорошо. Тогда до завтра! — с легкостью согласилась она, поднимаясь с моей кровати.

Уже у самой двери она остановилась, оборачиваясь ко мне через плечо.

— Я рада, что мы теперь есть друг у друга, — сказала мне напоследок Изабелла, перед тем, как прикрыть за собой дверь.

— Я тоже, ба… — прошептала я ей вслед.

— Перерождение ты прошла, как ты относишься к тому, чтобы нанести визит в возрожденный мир? — спросила у меня утром Изабелла. Его я ждала с нетерпением, так как ночью уснуть у меня ожидаемо не получилось, и это было еще одной странностью моей новой жизни.

Как много времени люди, оказывается, тратят на сон! Я смогла переделать целую кучу дел… Наверное, нет ничего удивительного в том, что неспящие так опережают смертных в развитии технологий…

— Конечно, я согласна! — с готовностью ответила я королеве.

Портал поражал воображение и ужасал своей мощью. Громкий гул и яркое свечение сопровождали мощный луч плазмы, вырывающийся из гигантской устрашающего вида машины.

Сколько же энергии расходует эта штука? И откуда она берется? Опять вопросы, вопросы, вопросы… Слишком много вопросов!

Луч проходил через ряд странных с виду арок. И заканчивался круглым блином окна-перехода, окольцованного все в ту же пылающую плазму.

Прямо из кольца с другой стороны выходила широкая и многоуровневая аэротрасса, по которой в оба конца активно и непрерывно двигался транспорт.

Мне это отдаленно напомнило цирковой номер, где льва заставляют прыгать через горящее кольцо.

Сегодня я буду иметь счастье представить себя на месте несчастного животного…

Но все оказалось не так страшно, как я себе нафантазировала. Наш аэроавтобус миновал портал очень быстро и без помех.

К слову, с нами ехала еще куча народу из простых неспящих. Королеве кланялись и кивали, фотографировались с ней, но никто не удивлялся такой ее простоте и скромности в передвижении.