Чтение онлайн

Фейс кинула неуверенный взгляд на спутника. Сейчас он не выглядел безжалостным. Целеустремленным, уверенным — да, и еще невероятно красивым. Она нахмурилась, поправляя воротник куртки, они уже подъезжали к церкви.

Женщина нервно поежилась. В последний раз она вошла сюда невестой Арни, а вышла женой Роберта. Который ее бросил. Губы у нее неожиданно задрожали.

— Возьми себя в руки! — приказал Арни, заметив нервозность Фейс. — Не позволяй этим обывателям думать, что тебе стыдно, хотя причина стыдиться, конечно, есть.

— Мне не стыдно! — с негодованием бросила она. — Я просто… вспоминаю.

Взгляд у мужчины был непроницаемый, он помог спутнице вылезти из машины и взял под руку.

— Я тоже вспоминаю, — отрывисто произнес Арни. — Ну, голову выше, улыбайся.

Когда он повел ее мимо людей, которые внезапно нашли повод задержаться у входа в церковь, Фейс обнаружила, что ведет себя так, как было велено. Гордость заставила поднять голову повыше и улыбаться. К ее изумлению, многие заулыбались в ответ.

— Как я рада видеть тебя здесь, Фейс, — радостно расплылась старенькая миссис Хьюз, работавшая в городской библиотеке, наверное, со времен войны Севера и Юга.

— Добро пожаловать, — поприветствовала ее Сара Фишер, жена хозяина местного универмага.

— Спасибо. Это так приятно, — с достоинством отвечала Фейс.

Настроение у нее и вправду поднялось. Арни был прав. Может быть, и в заведении Клайда ей бы так же улыбались, если бы сообразила дарить улыбки в ответ. Она обернулась к Арни и, проследив за его взглядом, застыла.

Ярко-красный спортивный автомобиль подкатил к церкви, из него высунулась пара ярко-красных сапог, а за ними последовало такого же цвета пальто и в тон ему — кокетливая шляпка на копне белокурых кудрей.

— Арни! — взвизгнула женщина, и Фейс окрестила ее в уме «красной сиреной». — Ты приехал!

Дама пробежала по снегу, вытянув руки, кудри ее при этом так и летели в разные стороны. Не обращая внимания на Фейс, «сирена» кинулась Арни на шею.

— Одри! — Не моргнув глазом, он с улыбкой отцепил от себя ее руки. — Ну как ты?

— О, мне гораздо лучше, оттого что я вижу тебя здесь! — восторженно продолжала женщина.

— Привет, Одри, — напомнила о себе Фейс.

Яркая красавица отступила назад, ее большие голубые глаза широко раскрылись.

— Фейс Броуди! — воскликнула она, сделав ударение на фамилии. — Никто не предупредил меня, что и ты приехала. — Она окинула стройную, но совсем не в праздничном одеянии фигурку Фейс оценивающим взглядом, задержавшись глазами на куртке и джинсах. — О боже, неужели тебе пришлось так туго?

— Нет, — смутилась Фейс, — дело в том…

Рука Арни сжала ее локоть.

— Достаточно, — тихо произнес он. — Так мы идем? — Фейс знала, что это не было вопросом.

— Да, да, идем, — ответила она и чуть не добавила: «Пока я не сунула кое-кому за шиворот пригоршню снега». Она лишь подумала об этом, а Арни уже догадался. Фейс видела, как он сжал зубы. Тем не менее она позволила увлечь ее и Одри внутрь церкви. Лучше так, чем смотреть, как «сирена» пытается снова повиснуть на нем.

— Ты ведь сядешь впереди, Арни? — прощебетала Одри, одаряя его слащавой улыбкой.

— Конечно, — ответил он, кинув встревоженный взгляд на другую спутницу.

Прежде чем Фейс успела возразить, он уже шагал с ней по проходу на глазах у изумленной паствы. Когда строптивица попыталась отстать, он сжал ее руку еще крепче и заставил сесть рядом с ним на переднюю скамью. Одри последовала за ними без всякого приглашения.

Фейс бросила сердитый взгляд на своего повелителя. Конечно, он намеренно решил появиться с нею чуть ли не перед всеми горожанами. Их недоуменные взгляды и перешептывания совершенно не трогали его. Но от осознания этого факта высокомерная уверенность спутника не показалась Фейс достойной подражания.

Когда он ответил на ее сердитый взгляд холодной улыбкой и легко коснулся ладонью ее колен, она смахнула руку, как надоедливую муху.

— Не устраивай сцен, — процедил он. — Мы здесь для того, чтобы доказать, что и ты наконец научилась себя вести.

Сцепив руки между колен, Фейс смотрела прямо перед собой, делая вид, что не замечает Арни. Это был единственный способ удержать язык за зубами — ее так и подмывало выложить все, что она думает по поводу напыщенных типов, считающих себя вправе повелевать ею! Тогда бы действительно была сцена так сцена, а именно этого они оба и старались избежать.

Сидя без движения в тусклом лиловатом свете, Фейс почти не обращала внимания на службу. Едва гнев начал остывать, как нахлынули воспоминания. Вот она стоит рядом с Арни в лазоревом платье, испуганно и возбужденно представляя себе брачную ночь. Вот в церковь врывается Роберт и разрушает ее грезы. Или все это было наваждением?.. Фейс почувствовала прикосновение твердой мужской руки и поняла, что не в состоянии ясно мыслить и оценивать те давние переживания. Все, что она знала сейчас, это то, что рядом с ней Арни, и никто другой. Человек, затащивший ее сюда силком, заставивший повернуться лицом к прошлому.

Вздрогнув, Фейс услышала, что преподобный отец Теренций объявляет последний гимн. Подняв голову, она запела с энтузиазмом, порожденным сознанием вины за собственное невнимание к службе. Было в ее неожиданном порыве и стремление доказать Арни, что она ничего не боится.

Через пять минут они вышли из церкви, и в лицо им повеял прохладный ветерок, пахнущий ранней весной.

Сквозь просвет в облаках выглядывало солнце, и внезапно Фейс ощутила, что на самом деле наступила Пасха.

Теперь им некуда было деться от любопытных провинциалов. Их тотчас окружили знакомые. Фейс ожидала каверзных вопросов, ехидных шепотков, взглядов исподтишка, хихиканья за спиной. Но ничего этого не было, слышались лишь дружелюбные приветствия. А если люди и шептались, то ее это не трогало.

Посмотрев на Арни, она поняла почему.

Каждый, кто видел его мощную фигуру, решительное, властное лицо с угрожающей линией подбородка, должен был понять, что на первый же наглый вопрос получит уничтожающий ответ. Но природное обаяние Арни как всегда брало верх, и Фейс подумала: теперь понятно, почему Совет так настаивал, чтобы он принял участие в событии, которое наверняка займет центральное место в годовой хронике скромного провинциального городка.

— Арни, — проворковала Одри, когда толпа наконец начала рассеиваться, — надеюсь, ты придешь на ланч?