Чтение онлайн

Лирна редко терялась в поисках слов, но сейчас не знала, что и сказать. Она всегда чувствовала себя неловко при виде настоящего благоговения и почитания. Встречи с покойным аспектом Тендришем были для нее тяжелым испытанием, как и беседы с аспектом Каэнисом. Впрочем, Каэниса Лирна искренне жалела.

«Их жизнь поработили древние призраки и легенды, но не принесли счастья», — подумала королева.

— Обязательно поблагодарите Его от моего имени, — заканчивая разговор, сказала королева и повернулась, чтобы уйти.

— Ваше величество, есть еще кое-что, — шагнув ближе к ней, проговорил Антеш и отпрянул, услышав предостерегающее ворчание Илтиса. — Я боюсь, что госпожа Рива станет заложником наших намерений. Судя по всему, здешняя злобная императрица не погнушается предать смерти госпожу Риву, если мы атакуем Волар.

«А разве ваш возлюбленный Отец не протянет руку с неба и не спасет вашу госпожу?» — с раздражением подумала Лирна, улыбнулась и сказала:

— Я этого не допущу.

— Так у вас есть план? Вы знаете, как спасти ее от смерти?

— Да, — ответила королева и добавила про себя: «Надо взять город, а уж эта особа сама позаботится о себе. Ей смертоносности не занимать».

Королева протянула руку, предупреждая его дальнейшие речи.

— Прошу вас, заверьте своих лучников в том, что для меня нет цели высшей, нежели спасти жизнь Благословенной госпожи, даже если мне придется рискнуть своей.

Антеш смешался, но опустился на колени и прижался губами к ее руке.

— Ваше величество, я скажу им.

Холмы сглаживались, растягивались, на пологих склонах появились поля: сплошь красноцвет, бесконечный пунцовый ковер, на котором там и тут стояли виллы и небольшие городки, обычно в спешке покинутые. А на дороге появились дарованные императрицей украшения: столбы с останками казненных.

— Понятно, отчего они не хотят воевать за нее, — глядя на болтающийся гниющий труп, заметил барон Бендерс. — Возможно, мы так и доберемся до Волара без помех.

Лирна оглядела дорогу. Столбы с трупами тянулись за горизонт. А там, вдалеке, виднелось облачко пыли.

— Вряд ли императрица захочет облегчить нам поход, — сказала Лирна.

Этим утром Аль-Гестиан выслал вперед разведчиков из Шестого ордена. Брат Соллис вскоре вернулся с рапортом о приближающемся войске числом около семидесяти тысяч.

— По моей оценке, половина — варитаи, — сообщил брат. — Но они, похоже, куда слабее обычной воларской солдатни, с которой мы привыкли иметь дело. Наверное, императрица конфисковала всех частных солдат-рабов в окрестностях. Вольные мечники немногим лучше, сплошь старики и юнцы. А вот кавалерия — другое дело. Бравые ребята, усердно патрулируют фланги. Нам повезло остаться незамеченными.

— Куритаи? Арисаи? — уточнила Лирна.

— Ваше величество, их я не заметил.

— Храм преподал нам тяжелый урок, — напомнил Аль-Гестиан. — Наверняка они спрятали элиту среди пушечного мяса.

— В любом случае, это самоубийство, — мрачно проговорил Норта. — Сейчас в нашей армии сотня тысяч душ, и с каждым днем становится больше.

— Если наш враг настаивает на собственном уничтожении, я более чем рада помочь ему, — подытожила Лирна. — Владыка битв, займитесь подготовкой к бою.

Аль-Гестиан послал нильсаэльскую кавалерию и Северную гвардию вперед еще до того, как образовала боевой порядок пехота. Королевскую гвардию владыка битв оставил охранять фланги пехоты, выстроенной на удивление плотно и компактно. Во фронте стояло всего три полка, за ними сразу — королевская гвардия, а замыкали построение нильсаэльские пехотинцы и Отряд мертвых лорда Норты вместе с толпой кое-как выстроившихся бывших рабов. Позицию перед строем заняли кумбраэльские лучники и ренфаэльские рыцари.

— Ваше величество, я полагал, что вы захотите закончить сражение как можно скорее, — сказал Аль-Гестиан в ответ на замечание о том, что королеве подобная тактика битвы представляется странной.

— Да, именно так, — согласилась Лирна.

Она долго глядела вслед Аль-Гестиану и его свите знаменосцев и сигнальщиков.

Королева подумывала о том, чтобы приставить к владыке битв Давоку. Пусть она прикончит Аль-Гестиана, если придуманная им тактика окажется катастрофической глупостью, возможно, преднамеренной. Но сомнения исчезли, когда Лирна увидела, как владыка битв объезжает вверенную ему армию, полностью поглощенный задачей, внимательно осматривает ряды. Нет, война — его искусство, единственная оставшаяся страсть, как статуи у мастера Бенрила или рисунки у Алорнис.

Лирна посмотрела на низкий холм, где слева от дороги расположились баллисты госпожи Королевского творца. Алорнис принялась ожесточенно спорить, когда Аль-Гестиан объявил о ненужности баллист для сражения. Лишь королева смогла унять Алорнис, предложив, чтобы баллисты развернули на случай вражеской контратаки. Лирна глядела на стройную девушку, снующую между машинами, и думала, что Алорнис оживляется, только когда ожидает пролития крови.

Сама Лирна расположилась невдалеке от баллист под бдительной охраной остатков Королевских Кинжалов и самых способных членов Седьмого ордена. С холма открывался хороший вид на разворачивающуюся драму. Воларцы неплохо держали строй на ходу. Впереди шли почти одни только варитаи, за ними двигалась масса вольных мечников. Слева среди полей красноцвета поднялась туча пыли: Северная гвардия бросилась в бой, нильсаэльцы спешили на помощь. Три батальона воларской кавалерии попытались зайти справа, наверное, чтобы ударить в тыл, но от ставки владыки битв замелькали сигналы флагами, и Северная гвардия кинулась в погоню. Две конные лавины столкнулись лоб в лоб в трехстах ярдах от холма. Алорнис нервно расхаживала среди машин, стискивала кулаки, морщилась — ни единый воларский всадник не подъехал на расстояние выстрела.

Знакомый шипящий звук привлек внимание Лирны к центру армии. Королева успела увидеть, как первый залп кумбраэльцев обрушился на наступающих варитаев. Их строй задрожал от удара, шаг замедлился, но варитаи упорно шли вперед — равнодушные, бездумные, не обращающие внимания на умирающих рядом товарищей. Лирна ожидала, что Аль-Гестиан придержит армию и предоставит лучникам делать всю работу, но горны затрубили атаку.

Ренфаэльские рыцари пошли вперед. Королева опустила подзорную трубу. Земля грохотала под копытами, взлетело облако растерзанных красноцветов, такое удивительное и прекрасное под лучами солнца. Кумбраэльцы прекратили стрелять, построились для атаки. Они побросали луки, достали мечи и топоры, но уже двигались не в таком беспорядке, как в битве при храме. Теперь кумбраэльцы шли рядом с первыми полками гвардии.

Лирна смотрела, как врезались во вражеский строй ренфаэльские рыцари. Отец часто рассказывал о рыцарском ударе, но королева впервые увидела его.

«Вообрази нерушимый наконечник стрелы, выкованной гигантом», — говаривал отец.

Мюрель в изумлении выругалась. Огромный клин из стали, человеческой и лошадиной плоти воткнулся в строй. Заголосили люди и кони, страшно ударило железо в железо. Несколько рыцарей пало, свалилось с коней среди мельтешения клинков и бьющих копыт, но строй рыцарей сохранился и пропорол насквозь вражеские ряды, пробил и варитаев, и вольных мечников за ними и вынесся на равнину.

Снова заорали горны, и пехота атаковала бегом. Выдержка покинула кумбраэльцев, они побежали вразнобой, яростно размахивая оружием, врезались в расстроившиеся уже ряды варитаев. Пару секунд спустя ударил первый полк гвардии. Он слаженно работал алебардами, дисциплинированно убивал и полностью рассеял варитаев и вольных мечников. Те в беспорядке кинулись наутек. Повсюду тучами вздымались сбитые цветочные лепестки, и пунцовый туман скрывал картину побоища. Кавалерия еще билась на флангах, но воларцы увидели, что стало с их пехотой, и бросились бежать. Подзорная труба показала Лирне, как лорд Адаль вел Северную гвардию в погоню, хотя его лошадь была вся в мыле и роняла пену. Зеленый плащ летел за ним, окровавленный меч в вытянутой руке напоминал стрелу.