Королева порока
Шрифт:
– Значит, любишь? – потерлась щекой о его колючую щетину, замурлыкала от сладких ощущений.
– Сомневаешься? – рука игриво подбирается к моему соску, в глазах моментально вспыхивает порочный огонь.
– Неа! Только у нас все равно проблемка?
– Внимательно слушаю, ласточка моя, - его губы уже исследовали мое тело, напористо, жестко и ласково.
– У тебя есть потребности в Теме, тебе нужна саба. И когда-то ты почувствовав тягу, побежишь удовлетворять ее с другими… более подходящими… Захочешь испытать, то что я не могу тебе дать…
– Да, ты что?! – Ворон картинно закатил глаза. – Думаю, мы что-нибудь обязательно придумаем, скучно не будет, - и тут ко мне пришло стойкое убеждение, полное осознание – это мой мужчина. Только он, один и навсегда.
– Ворон, я устала быть сильной! Люблю тебя до одури, позволь мне быть слабой… твоей… только твоей…
– Навсегда моя… - горячее тело накрыло меня, я растворилась, его любовь сжигала прошлое. Начиналась новая чистая страница моей жизни, и тут властвовала только любовь.
Эпилог
Прошло три года…
Стас поднял рюмку с мутной жидкостью, выпил залпом, и обтер губы рукавом:
– Эх, хорошо пошла!
– А то, моя бабка, шлак не гонит! – охранник последовал его примеру, закусил хрустящим огурцом.
– Давай разливай! Руку менять не будем, - он пригладил, практически бритую на лысо голову.
– И времечко поджимает. Тебе скоро в камеру. Придет проверка, мне несдобровать, и твоя лафа закончится.
– Не кипятись, расслабься. Все схвачено, где надо подмазано, - он хохотнул и опрокинул очередную рюмку, потом закурил, довольно потягиваясь.
– Осторожность не помешает. Попадаться не стоит!
– Ты завтра свой счет проверь, зарплата подвалила! Помни, я друганов не забываю.
– Это в тему, выручил! Как раз моя жаба, мозг пилить начала, хочет оболтуса в платный лицей устроить. Типа это ему мозги вправит, - охранник смачно харкнул на пол.
– На все хватит, не ссы. А вот бабы у меня давно не было, не порядок, Петь! Яйца уже сводит!
– А ты не забывай, дом казенный. Тут шалавам нет свободного входа.
– Да ты прав, надо бы еще твое начальство подмазать. Смотрю, гайки прикручивать начинают. И ждулю посочнее, надо себе в жены определить, так на законных основаниях на ней прыгать смогу.
– Это дело брат! – охранник разлил по рюмкам смагу.
Когда бутылка опустела, Пятя, тяжело вздохнув, поднялся, и провел заключенного по коридору в камеру.
Два сокамерника уже хропели. Стас присел на кровать, достал из-под матраса стопку писем, задумчиво перебирая, бормотал: «Катя, моя Катюша!» в пьяном мозгу всплывал образ улыбчивой и невинной девушки, ее влюбленный взгляд.
Какого он тогда не взял ее? Почему не всадил по самые гланды? А теперь что? Десятки ждуль, голодных баб, готовых на все? Подогревы присылают, бабки подгоняют, а Катя с головы не уходит. Издевается, смеется, испытывает!
Заснул, и снова снится она, дразнит, жопой подмахивает, приглашает и не дает! Вынужденный подъем прервал сон. Так и проснулся со вкусом ее имени на губах.
– Стасян, опять бабу во сне тискал, - хохотнул мужик со шрамом на щеке.
– Заткнись, иначе будешь без папирос на параше сидеть, - день не задался. Башка раскалывалась, и выспаться, тут не светит.
Во второй половине дня охранники привели Стаса на свиданку. Лена смотрит на него, как на бога.
– Как ты тут? Вижу, поправился, лицо свежее, значит, не сильно обижают. Я так соскучилась, котик мой!
– Какой нахрен котик! Рот свой поганый прикрой! Чего приперлась, я тебе в прошлый раз сказал – завязывай.
– Я думала, ты просто зол на меня был… у нас же любовь… - глотает слезы.
– Дурная баба. Сколько раз повторять, на хую я тебя вертел. Не было нихрена. Инфа мне от тебя нужна была все!
– Ой, говоришь плохими словами. Раньше ты культурней был. Не хорошее место это. Мне так больно за тебя! – плачет, слова неприятные не замечает. – Ничего двадцать пять лет тебе тут точно сидеть не придется, адвокаты стараются, мы вытащим тебя! Я все сделаю!
– Рот прикрой! Без тебя справлюсь! – чуть помедлив, спросил, - Как там Катя?
– Откуда мне знать! Сдалась она тебе! У нас с тобой теперь своя жизнь, - смотрит преданно, любуется и глаз не может оторвать.
– Проваливай Лен, и больше не появляйся, для своего же блага!
– Я вот подумала, нам с тобой расписаться нужно. Я все узнала уже, почти все документы собрала. Тогда и свидания длительные разрешат, - в упор не слышит обидных слов, свое гнет.
– Жениться мне надо. Только не на тебе, у меня баба посочнее нарисовалась. Покеда, не хворай! – Стас встает, и охранник уводит его.
Лена провожает его взглядом, слезы платочком вытирает. Ничего, сегодня Стасик не в духе. Она к нему еще приедет. Она дождется, все вытерпит. Любимый поймет – никто его так любить не будет. Он непременно оценит ее преданность.
– Сладко, сладко, сладко! – кричу громче всех. Беру в руки фотоаппарат подхожу ближе и делаю кадр за кадром. Хочу запечатлеть этот счастливый момент во всех подробностях.
Молодые – загляденье. Леша в кремовом костюме, Анечка в белоснежном платье, с огромным декольте и длиннющей фатой. Вижу все смутно, пелена радостных слез застилает глаза.
– Клер, хватит, иди, отдохни, танцуй, веселись. Фотограф работает, - смеется жених.
– Нееет, я хочу сама, так как я, с любовью этого никто не сделает!
– Можете и не пытаться ее остановить, она маньячка, - Ворон подходит сзади, и украдкой жадно хватает меня за зад. Поворачиваюсь, подмигиваю ему, и опять хочу. Интересно мы когда-то сможем насытиться друг другом? Хотя нет, не надо, пусть и дальше все будет так зажигательно, страстно, порочно.
– Разве я скрывала? – заливаюсь веселым смехом.
– Красивая татушка! – Аня берет меня за руку, рассматривает на безымянном пальце правой руки изображение раскинувшего крылья черного ворона.
– У него такая же, - киваю в сторону мужа. – Это наши обручальные кольца.
За дальним столом замечаю Пашу и Игорька, у них все сложилось. Я безумно рада за них. И знаю, Леша специально пригласил парочку для меня, мол, полюбуйся сводница, как все получилось. Давно нас не было в городе, все колесим по миру, жадно испиваем каждую секунду нашего счастья.