Чтение онлайн

Он все еще озадаченно смотрел на нее, но спокойно сказал:

— Ладно, если хочешь. Это ведь отель, он открыт для всех желающих.

— Я черкну ему пару строк. — И Вэл отправилась переодеваться к ужину.

Через два дня Пол уезжал домой. Его возмущение немного смягчилось тем, что с ним отправлялась и Селина, и его кролик.

Макс и Вэл стояли на подъездной дорожке, наблюдая за их отъездом. Пол напряженно ожидал материнского поцелуя. Вэл взъерошила его волосы и беззаботно прощебетала:

— Пока, Пол. Будь хорошим мальчиком.

— Передать бабушке, что ты ее любишь? — с недетской злобой осведомился он.

— Нет, — помотала головой Вэл, — ты же знаешь, что ей это не нужно.

— До свидания, молодой человек, — сказал Макс и вручил мальчугану десять шиллингов для его копилки. — Приезжай к нам опять поскорее.

Он усадил мальчугана рядом с Селиной на заднее сиденье, кивнул Коузинсу и потом долго смотрел вслед удаляющейся машине.

— Надеюсь, Селина добьется успеха, — пробормотал он. — Я беспокоюсь о мальчике и ничего не могу с собой поделать.

Вэл взяла его под руку.

— Давай-ка забудем все эти недавние потрясения, — предложила она. — В последнее время у нас все было просто ужасно. Макс, давай устроим себе праздник. Свози меня куда-нибудь пообедать, и мы обсудим планы на осень.

— Я поговорю с Морри и решу, что делать. Отправимся на пикник на Рамс-Тор?

Она улыбнулась, едва сумев скрыть раздражение:

— Нет, только не пикник, дорогой. Это же праздник. Для разнообразия отправимся куда-нибудь в цивилизованное место.

Макс криво усмехнулся.

— Ладно. Поедем в город. Я освобожусь через час, — пообещал он, и Вэл быстро побежала вверх по ступенькам сменить брюки на что-нибудь более нарядное.

Длинная дорога обошлась без досадных инцидентов, и Селина с Полом прибыли в пункт назначения как раз к обеду. Это был красивый дом в георгианском стиле, расположенный в низине среди уилтширских холмов. Селина подумала, что если бы была ребенком, с радостью резвилась бы на свободе на этих безграничных лугах. Но мальчик устал от гор и не решался отходить от дома.

— Должно быть, тебе здорово играть здесь, — сказала она, пока они ждали на крыльце. — Ты можешь бегать по траве.

— Няня никогда не позволяла мне этого, — уныло ответил Пол. — Мы всегда гуляли по тропинкам.

Едва дверь открылась, он с криком вбежал в просторный холл.

— Приехали, Селина! Приехали! У дедушки в кабинете есть лодка… лодка с парусами!

— Подождите в гостиной, мадам выйдет к вам, — сообщила горничная и открыла дверь в светлую длинную комнату.

Пол присмирел и предупредил Селину, чтобы она ничего здесь не трогала.

Миссис Проктор вошла в комнату из сада через застекленную дверь. На руках у нее были рабочие перчатки, на голове — соломенная шляпа.

— Ну, Пол, добро пожаловать домой, — сказала она, остановилась и поцеловала его, потом протянула руку Селине: — Здравствуйте, мисс Таск. Очень любезно с вашей стороны привезти Пола. Ленч будет готов через несколько минут. Я полагаю, вы хотите умыться с дороги.

— Бабушка, мы потерпели кораблекрушение, и Селина спасла меня, — возбужденно сообщил Пол.

— Да, я слышала об этом. Ну а теперь беги в детскую и умойся. Там старая Нанни. Она присмотрит за тобой, пока не приедет новая няня. Тебе она понравится, да? Обедать сегодня в честь приезда будешь в столовой. Ну беги же.

От таких двух прекрасных новостей Пол позабыл об ограничениях, действовавших в гостиной, вприпрыжку выбежал из комнаты и понесся вверх по лестнице.

— Старая Нанни нянчила еще моего сына, — объяснила миссис Проктор, провожая Селину в ванную. — Она слишком стара для постоянной работы, но время от времени помогает мне, если нужно. Пол очень любит ее.

— Я так рада, — счастливо сказала Селина, — это для него очень хорошее начало.

Миссис Проктор с некоторым любопытством взглянула на девушку, но только улыбнулась, ничего не ответив.

Ленч прошел в сдержанной обстановке. Селина смотрела на маленькую прямую миссис Проктор, сидевшую во главе стола, на ее белые волосы, аккуратно разделенные пробором, точеные черты лица, и ей подумалось, что эту женщину ребенок вполне может испугаться. Ее улыбка была доброй, но лишенной душевности и теплоты, голос — приятным, но холодным. Казалось, что одним своим видом она никому не позволила бы излишества ни в чем.

После обеда Полу было велено идти к Нанни, а миссис Проктор повела Селину в сад.

— Я хотела поговорить с вами о Поле, — начала она, оглядывая свои ухоженные цветочные бордюры острым взглядом критичного садовника. — Я получила письмо от мистера Сэванта, касающееся проблемы няни, и оно меня встревожило. Мистер Сэвант, кажется, очень высокого мнения о ваших способностях к общению с детьми, и должна признать, что, понаблюдав за Полом, я вижу, как сильно он изменился. — Она замолчала, окинула Селину оценивающим взглядом и улыбнулась. — Вы должны простить меня, моя дорогая, если я покажусь вам слишком любопытной, но вы и сами выглядите ребенком.

Селина улыбнулась.

— Я выяснила, что это серьезная помеха, — признала она, вспомнив тот день, когда приехала в «Барн-Клоуз». — Мне девятнадцать.

— Вы создаете впечатление очень необычной девушки, — заметила миссис Проктор и присела на садовую скамью. — Теперь скажите мне, каково ваше мнение о моем внуке? В нем огромные перемены. Кроме того, что он очень хорошо выглядит, он кажется счастливым, нормальным ребенком.

— Но он такой и есть, миссис Проктор, — горячо заверила Селина. — Пол только хотел немного любви и веселья. А его няня… может, она и имеет хорошие рекомендации, но совершенно не понимает детей. Она называла мальчика лгуном, но не понимала, что он только фантазировал, а если и лгал, то только потому, что боялся ее. Пол очень чувствительный малыш. Причина большинства его капризов — нервозность и желание быть в центре внимания. Большинство детей такие же, но давлением это не поправить. Если с Полом правильно обращаться, он ведет себя очень хорошо.

— Понимаю. — Миссис Проктор задумчиво смотрела на Селину, потом с усилием сказала: — Боюсь, он слишком много оставался с нянями. Мой муж инвалид и не выносит шума. Нашим единственным желанием было… чтобы в Поле не проснулись нежелательные наследственные наклонности.

Селина молчала, думая о Вэл, ей было понятно, что горечь пожилой женщины глубока и выразить ее правильными словами трудно. Она крепко стиснула ладошки.

— Миссис Проктор, у меня есть идея… — И, переведя дыхание, рассказала ей о Джоан Смит.