Чтение онлайн

После вчерашнего разговора с девочками, сборов, ужина, стоившего кабану жизни, а потом упоительно тихого вечера с Киату, завершившегося нежным поцелуем в лоб и укладыванием меня в постель в спальне замка, как маленькой, настроение с утра у меня было приподнятым. А сил — как у Геракла. Ну, такого мини-Геракла, с учётом если бы он был девочкой…

«Корабль! Коррабль!!» — ахала я, когда взошла на чистую палубу, задирала глаза к небу, пытаясь увидеть верхушки мачт, рассматривала сложенные, словно занавеси колбаской, паруса. Киату ходил за мной, посмеиваясь, когда я заглядывала за лестницы, в каюты, проводила пальцем по покрытому лаком штурвалу почти с меня ростом; перепрыгивала через бум-швум-дрюпсели — как эти канаты зовут, мне никогда не запомнить, поэтому я говорила просто: «Верёвочки». Было интересно, Киату был рядом, в кои-то веки никто не хотел меня казнить, съесть, похитить и использовать, и оттого я была совершенно счастлива!

Хотя нет, до совершенства не хватало настоящего поцелуя от Киату, но он теперь только чмокал меня в лоб или щёчку, как несмышлёныша, и с грустью в глазах уходил от всего посерьёзнее. Увидев, как Грымова зажимает принца Аридо в кают-компании, я поняла, что теперь буду не только Тасей беспринципной, но ещё и завистливой. Пусть-пусть Око знает, что я на самом деле не сахар! Вон сколько гадостей во мне намешано, и я ещё про токсины и шлаки не говорю. Надеюсь, Око отнимет у меня способности дживы, и тогда я просто буду счастлива с моим синеоким контрабандистом. К маме б только слетать…

Я не стала никому говорить про предсказания других джив о королеве. С девчонок станется делить трон раньше, чем мы до него доберёмся. Если же корону будут подсовывать мне, я уж найду кому её спихнуть — носить металлические тяжести на голове вредно для шейных позвонков. И я предпочла не думать о всякой ерунде, а восхищаться.

Вы когда-нибудь плавали на настоящем корабле? А я — нет. И потому теперь в груди у меня распирало от детской радости и торжественности момента. К счастью, не тошнило! Видимо, оттого, что Киату силой поделился. Раньше меня и на катамаране на Москва-реке укачивало, а теперь только на третий час путешествия я вспомнила, что такое бывало. Расту!

* * *

Ещё через пару часов Киату обернулся ко мне и девчонкам, загорающим под южным солнцем с эффектом солёных брызг, и объявил:

— Приближаемся к Морне.

— Это где чудовища тусят? — спросила, прикрыв глаза ладонью Грымова.

— Да.

— А почему мы не можем их просто обогнуть? — поинтересовалась Аня Фуц.

— Потому что по обе стороны от островов в этой широте расположены мёртвые воды, — объяснил Киату. Видя наше непонимание, добавил: — Тут море становится почти белым и плотным от насыщенности солью. В ней можно застрять навечно и провялиться на солнце, как краб на палочке, пока карпадосы не сожрут.

— Типа льды и айсберги только из соли! — догадалась Рита.

— Не знаю, возможно, — замялся Киату.

Интересно, он хоть раз в жизни видел снег? А лёд?

— Если повезёт, проскользнём незамеченными, только дождёмся, когда солнца будут в зените и пересекутся в одной точке на небосводе. — сказал Киату. — В этот момент чудовища-охранители Морны становятся слепыми и глухими. Увы, ненадолго.

Затем он глянул на небо, высчитал до ста и махнул рукой Трэджо. Его трубный рёв полетел над палубой:

— Свернуть паруса! Достать из пазов магические ускорители! Дрейфуем!

Мы с любопытством проследили за двумя матросами, которые тащили малиновый кристалл размером с микроволновку.

Аня Фуц облизнулась:

— О-о! Магия!

— Но-но, — покачал у неё перед носом пальцем Киату. — На главный ускоритель не зарься, и на прочие тоже, если не хочешь оказаться ужином для Хавров.

— Хавров? — вытаращилась Аня, всё ещё плотоядно поглядывая на камень.

— Тех самых чудовищ, — послышался с лестницы полусонный голос Аридо.

— А они страшные? — поинтересовалась я. — Может, они как монстры из мультика — ужасные снаружи, добрые внутри?

— Я бы не хотел узнать, что внутри за огненной пастью Хавра, — признался Киату.

— Они, как драконы, что ли? — удивилась Галя Крохина, сдвигая шляпу на затылок.

Рита показала всем разворот громадной книги с цветастыми картинками, на которых были изображены ящеры, плюющиеся огнём.

— Драконы и есть. Жаль, что мы без огнетушителей…

— Наша задача — с ними не встретиться, — ответил Киату и крикнул Трэджо: — Начинайте обрабатывать корабль сентором!

— Есть, Катран! — козырнул Большой Трэджо и раскатисто повторил команду, чтобы слышали все.

Киату подхватил меня под руку и мотнул остальным головой:

— Мухарки, дамы, товарищи, попрошу спуститься в трюм. Не то рискуете быть засыпанными и забрызганы опугивающим порошком.

Матросы уже тащили от кормы ящики во все концы палубы. Судя по жуткому запаху, идущему из ящиков, у островов Морны нас ожидали вовсе не драконы, нам предстоял бой с гигантскими, оборзевшими тараканами. Эх, тапка на них нет…

Глава 9

Я, конечно, трусиха. И в кино на страшных моментах всегда зажмуриваюсь, но тут стало даже обидно — в кои-то веки на живых чудовищ посмотреть можно, а я буду в трюме отсиживаться?!

— Я останусь, — сказала я Киату и сделала глаза котика, — хоть одним глазком гляну и всё! А то умру от любопытства! — и ладошки сложила просительно.

— Я тебе останусь! — ругнулся он и повлёк за собой к лестнице в трюм.

— Ну, Киаточек, ну, пожалуйста…

— Тоже мне, спасительница мира! — буркнул он. — Да ящер только чихнёт, и тебя унесёт аж к берегам Аквиранги.

— Вот видишь, как хорошо, — хитро улыбнулась я, — я тогда сразу и обстановку разведаю. Вдруг там всё спокойно, и я вернусь. Аня опять даст подзатыльник Аридо, и мы весь корабль перенесём без долгих, утомительных путешествий!

— Ты же взрослая, а несёшь такую чушь, — Киату не выдержал напора милоты и тоже улыбнулся.

— Зато помогает, — хихикнула я. — Каплю чуши, и ты уже не надутый от важности, как жабец!

Девчонки расхохотались. Киату покачал головой.

Я заметила на горизонте растущие из моря серые скалы, вытянула голову.

— О! Это уже острова?!

— Нет, это чудовища. Они окружают Морну, как живая ограда.

— А на вид, как скалы… — пробормотала я, оглядываясь, — интересно было бы вблизи рассмотреть.

— Тася ты не… — округлил глаза Киату.

И в следующую секунду мы оказались не на лестнице в трюм, а на какой-то горяченной площадке, вымощенной рельефной плиткой из серого камня. У Киату отвисла челюсть, глаза чуть не выпали, он оглянулся и выдавил из себя сдавленным шёпотом: