Чтение онлайн

Торвальд не прекратил раскачиваться, но голова неестественно прямо повернулась к Шэнну, глаза с заметным усилием сфокусировались на нем. Затем напряженные черты лица немного расслабились и Торвальд мягко рассмеялся.

— Гарт!

Шэнн вздрогнул, но не стал возражать.

— Ты все-таки заработал первый класс, мальчик мой! Я был уверен, что ты сможешь. Пара замечаний в личном деле — пустяки. Их можно и стереть, если постараться. Торвальды всегда служили в Разведке. Наш отец гордился бы тобой.

Голос Торвальда неожиданно стих, улыбка пропала, в серых глазах мелькнуло какое-то новое чувство. Неожиданно он бросился на Шэнна, руки вцепились в глотку юноши, офицер повалил его на песок, и Лэнти обнаружил, что ему придется сражаться с безумцем не на жизнь, а на смерть.

Поэтому он применил один приемчик, которому научился на Свалках, и противник, охнув, сложился пополам, отпустив юношу. Шэнн придавил Торвальда коленом в спину, и прижал его руки к земле, невзирая на сопротивление. Затем, лихорадочно хватая воздух, попытался найти в товарище хоть крупинку разума:

— Торвальд! Я Лэнти! Лэнти! — его крик эхом отдался из тумана, как нечеловеческий вопль.

— Лэнти? Нет, ты Трог! Лэнти… Трог… убил моего брата! Фонтан песка вылетел из-под уткнувшегося в землю лица Торвальда. Но офицер больше не сопротивлялся и Шэнн решил, что тот сейчас потеряет сознание.

Он ослабил хватку и перевернул офицера на спину. Торвальд безвольно перекатился. Его лицо покрывал песок, он набился в волосы, прилип к губам. Шэнн осторожно смахнул грязь с лица офицера. Тот медленно открыл глаза и посмотрел на юношу неузнающим взглядом.

— Ты жив, — выдавил он. — А Гарт мертв. Ты тоже должен был умереть.

Шэнн отодвинулся назад, отряхивая песок с ладоней. Его покоробила такая открытая враждебность. Но злое обвинение в глазах офицера мгновенно исчезло. Он поморгал, и его лицо осветилось.

— Лэнти!

Можно было подумать, что юноша только что появился.

— Что ты здесь делаешь?

Шэнн подтянул пояс.

— То же, что и ты, — он неприязненно покосился на офицера. — Брожу в тумане, ищу выход.

Торвальд сел, оглядываясь на стену тумана, окружавшую их. Затем он протянул руку и потрогал Шэнна за локоть.

— Ты настоящий, — усмехнулся он, и в его голосе отразилось настоящее тепло.

— Не обольщайтесь, — не унимался Шэнн. — Нереальное здесь может оказаться еще каким реальным. Видите? Он продемонстрировал рубец на плече. Торвалед кивнул.

— Да… Мастера иллюзии, — пробормотал он.

— Мастерицы, — поправил Шэнн. — Этим заведением заправляет компания ведьмочек.

— Ведьмы? Ты видел их? Где? И… кто они? — в голосе Торвальда зазвучали прежние жесткие нотки.

— Женщины, которые могут творить невозможное. Я думаю, этого достаточно, чтобы заслужить имя ведьм. Одна из них пыталась захватить меня на острове. Я устроил ловушку и поймал ее, но потом она каким-то образом забросила меня… — и Шэнн кратко описал цепь событий, начиная от неожиданного пробуждения в туннеле, и кончая тем, как он попал в этот мир тумана.

Торвальд жадно слушал. Когда рассказ был окончен, офицер потер лицо руками, смахивая остатки песка.

— По крайней мере, ты знаешь, кто они такие, и знаешь, как ты попал сюда. Я даже этого не помню. Все, что я помню — это как я лег спать на острове, а проснулся уже здесь!

Шэнн покосился на Торвальда и понял, что тот говорит правду. Судя по тому, как он пытался прибить Шэнна в лагуне, он действительно может ничего не помнить. Офицер уже тогда находился под контролем ведьм. Он быстро пересказал Торвальду свои похождения на острове, и тот был явно ошарашен рассказом, даже не делая попыток оспорить сведения Шэнна.

— Они просто взяли меня! — понизив голос, хрипло выдохнул он. — Но зачем? И почему мы здесь? Это что, тюрьма?

Шэнн покачал головой.

— Я думаю, что это, — тут он обвел рукой зеленые стены, подразумевая все, что находится внутри и снаружи, — какоето испьпание. Эти сны… Незадолго до того, как я увидел тебя, я думал, что я вовсе не здесь, что все это мне снится. Но потом я все-таки нашел тебя.

Торвальд понял.

— Так ведь и это может быть встреча во сне. Откуда нам знать?

Офицер помолчал. Потом, заметно смущаясь, спросил:

— И… ты встретил здесь кого-нибудь?

— Да, — Шэнну не хотелось говорить на эту тему.

— Людей из твоего прошлого?

— Да, — снова Шэнн не стал уточнять.

— И я тоже.

Торвальд помрачнел, очевидно, его встречи в тумане были не менее неприятными, чем у Шэнна.

— Значит, мы сами запускаем эти галлюцинации. Но теперь, кажется, мы можем не обращать на них внимания.

— Почему?

— Ну, видишь ли, если эти призраки рождаются из нашей памяти, то ведь вместе мы пережили не так уж много страшного — Трог у разбитой ракеты, или этот пес в горах. Если мы увидим что-нибудь подобное, мы сразу поймем, что это. С другой стороны, если мы будем держаться вместе, и один из нас увидит что-то, чего не увидит другой, то… одно это развеет призрак.

В этом имелся смысл. Шэнн помог офицеру подняться.

— Я оказался лучшим подопытным животным, чем ты, — с иронией заметил Торвальд. — Они взяли меня с первого захода.

— Но у тебя был диск, — возразил Шэнн. — Может быть, это линза, в которой они фокусируют свою силу, которой заставляют нас превращаться в дрессированных зверей.

— Может быть! — Торвальд вынул из-за пазухи тряпку с костяной монетой. — А диск у меня и до сих пор с собой. Однако разворачивать его офицер не стал.

— Ну? — он вопросительно посмотрел на зеленую стену. — Куда теперь?

Шэнн пожал плечами. Он уже давным-давно потерял всякую ориентацию. С тех пор, как юноша вошел в туман, он, наверное, намотал уже немало кругов. Затем он показал на сверток в руках Торвальда.

— А почему бы не бросить его? — спросил он. — Орел, значит, идем прямо, — Шэнн ткнул вперед, — решка, значит, движемся направо кругом.

На губах Торвальда возникла ответная улыбка.

— Правда, чем не проводник? Так и поступим.

Он развернул тряпку и ловким щелчком подбросил диск в воздух, совсем как младшая ведьма, когда щелкала по дну чаши, выбрасывая из нее иглы.

Монетка подлетела вверх, закружилась, но — тут они оба разинули рты от удивления — не упала обратно на песок. Она просто вертелась, все быстрее и быстрее, пока не стала похожей на маленький шарик. И этот шарик потерял свой белый цвет, засветившись зеленью. Когда зеленый свет стал слишком ярким для глаз людей, миниатюрное солнце качнулось вправо, и полетело по прямой линии сквозь туман.