Королева в изгнании
Шрифт:
– Столько времени вы были вместе, и она тебе ничего не рассказала? Это так не похоже на нашу милую Марусю, - усмехнулась Шахиня.
– Тогда скажи хотя бы, где она.
– Я не знаю! Когда я уехала из Москвы, она осталась там.
– Эту сказочку мы уже слышали. Но не поверили ей. Мои люди побывали в том номере России, который ты мне назвала, но там, милая моя, живут совсем другие люди, и никакой Маши они знать не знают. Так что, сдается мне, что все-то ты врешь. И это потому, что ты просто представить себе не можешь, как сейчас тебе будет больно! Давай, - кивнула она палачу.
– Не пожалела нашего общего друга, уж себя-то пожалеет.
Маша еще не знала, что будет делать дальше, но она должна была предотвратить прикосновение раскаленного металла к телу Сони.
– Стойте!
– крикнула она и широко распахнула дверь.
– Я здесь!
Все четверо бандитов уставились в ее сторону.
– Что видишь?
– дрогнувшим голосом спросила Шахиня незнакомца за столом.
– Она, - ответил тот.
– Такая же.
– Кивнул в сторону Сони. Но, получив гипнотический удар, тут же добавил: - Уже исчезла.
– Не смотри на нее!
– взвизгнула Шахиня, обращаясь к палачу. Тот моментально опустил глаза, а Маша злорадно подумала: "Что, интересно, он выгадал, если все равно на меня смотреть не будет?"
Но это была последняя ее мысль, потому что еще через мгновение она получила мощный тупой удар по голове. Переживая за Гогу и Соню, она потеряла бдительность и не заметила, как кто-то подкрался сзади.
Свет померк.
Очнулась Маша уже привязанной к крючьям рядом с Соней. Очнулась от того, что на нее плеснули холодной водой. Голова раскалывалась нещадно. В комнате прибавился еще один человек - тот самый алкаш в синем халате, который открыл ей служебный вход. "Он же не видит меня, как он смог меня ударить?" - подумала Маша, но тут же сообразила: шубку-то она сняла...
– Глаза открыла, - объявил губастый палач. Сейчас он держал в руках ведро. Единственному из бандитов - ему - Маша еще не успела дать установку.
– Отлично!
– отозвалась Шахиня.
– Ну что, Маруся, вот мы и встретились. При чем на этот раз мне повезло больше, чем тебе.
– Отпусти их, - кивнув в сторону Гоги и Сони, произнесла Маша тихо, но все равно каждое слово слово болью отдавалось в висках.
– Чтобы они ментов привели? Или выручать тебя взялись? Не-ет, отсюда они уйдут только вместе с нами, и только после того, как ты расколешься. А ты расколешься! Как миленькая. Сначала мы будем мучить твою подружку, пока не сдохнет, а потом уж за тебя возьмемся.
– Что тебе нужно?
– выдохнула Маша.
– Бабки, бабки, что же еще? Деньги, которые ты у меня украла, ответила Шахиня и хрипло засмеялась.
– Не Атосика же твоего!
– Деньги я оставила дома, в аэропорту, в ячейке камеры хранения.
– Номер шифра?
Маша назвала номер.
– Запиши, - скомандовала Шахиня Копченому, тот отошел к столу и вернулся с огрызком карандаша и клочком бумаги. А Маша продолжила:
– Но я по телефону попросила свою подругу их забрать. Ни пытать, ни мучить ее не надо, нужно только сказать ей, что я велела их вам отдать, и она отдаст.
О том, что она просила Алку сдать деньги в милицию, Маша сказать побоялась.
– Адрес и телефон подружки.
Маша продиктовала.
– Ничего мы ей говорить не будем, ты сама все скажешь, - усмехнулась Шахиня, - а мы послушаем.
– И, открыв сумочку, достала трубку сотового телефона.
– Когда я ей звонила, за мной менты следили. Если они телефон прослушивали, то Алка там уже ничего не нашла.
– Ясно, - покачала головой Шахиня.
– В общем-то, похоже на правду. Ведь денег тебе не жалко, они тебе легко даются. Но если это так, ты очень горько об этом пожалеешь...
Набрав восьмерку, спросила:
– Код города?
Маша назвала. Шахиня набрала номер и передала трубку Копченому:
– Набери номер, когда ответят, подставь ей к уху.
– Я ж не вижу ее.
– Ощупью, - ухмыльнулась Шахиня.
Копченый, глядя в бумажку, нажал нужные кнопки.
– Не отвечают. Нету никого.
– Держи дольше, - подсказала Маша.
– У нас сейчас ночь.
И действительно, еще минуты через две Копченый, торопливо нащупав левой рукой ее лицо, правой подставил трубку ей к уху.
– Алло, алло!
– услышала она мужской голос.
– Слушаю вас!
Голос показался Маше знакомым, но она не вспомнила, кому он принадлежит. Сейчас это и не имело значения.
– Позовите, пожалуйста, Аллу.
– Аллу? Минуту.
Вскоре раздался заспанный голос подруги:
– Да-да?
– Алка, это Маша.
– Ой, Машка, ну ты даешь, - почему-то смущенно отозвалась та.
– Как ты? Откуда?
Шахиня в это время подошла вплотную и приблизила ухо к трубке с обратной стороны. Она конечно же все отчетливо слышала.
– Я в Питере. Но это не важно. Самое главное: ты забрала деньги?
– Да.
Шахиня удовлетворенно улыбнулась.
– Они у тебя?
– спрашивая, Маша чувствовала, как холодок страха касается ее сердца.
– Понимаешь, Машка, я их почему-то не сдала. Все собиралась, собиралась, а потом подумала...
Испытав чуть ли не радость, Маша перебила ее:
– Молодец! Все нормально. Сейчас они у тебя?
– У меня.
Маша перевела дух.
– Ну, слава Богу. Алка, тебе придется отдать их Шахине. Я тебе про нее рассказывала.
– Машка, жалко ведь!
– Алка, это нужно...
Шахиня отобрала трубку у Копченого:
– Здравствуйте, милая девочка, - заговорила она вкрадчиво.
– С вами говорит Лиза Деева, или, как меня называет ваша подружка - "Шахиня". Обстоятельства сложились так, что сейчас она находится, э-э-э, как бы у меня в гостях, - Лиза подмигнула Маше.
– И будет находиться здесь до тех пор, пока вы не вернете мне деньги. Заметьте, мои деньги.
– Она немного помолчала, выслушивая алкин ответ, затем сказала еще более ласково: - А тогда я ее убью... Да, вот она тут передо мной в позе Христа. Сначала мои люди трахнут ее по очереди, потом мы будем жечь ее каленым железом, а уж потом... Да-да, пожалуйста.
– Лиза вновь, держа трубку в левой руке, поднесла ее к машиному лицу.
– Машка!
– раздался оттуда взволнованный голос Алки.
– Да?
– Это все - правда?
– Правда.
– И ты ничего не можешь сделать?
– Нет.
Вдруг Шахиня отвела правую руку и наугад, но не промахнувшись, ударила Машу кулаком между ног. Удар был столь неожиданным, а боль такой сильной, что Маша вскрикнула, а потом застонала.
– Машка! Машка!
– закричала Алка в трубке.
– Скажи ей, что я все отдам, только пусть они тебя не трогают!
Лиза поднесла телефон к своему уху: