Чтение онлайн

— Не предполагал. Но был к этому готов.

— Твои солдаты, господин, вернулись в лес?

— Да. Охранять тропу.

— Ты думаешь, я захочу отсюда сбежать?

— Нет. Но к подобному я тоже хотел бы быть готов.

— Я мог бы рвануть напролом, — предположил Денет. — А тропу отыскал бы потом.

— Ваше благородие… — сказал Йокес, и это явно означало: «Парень, если хочешь о чем-то спросить — то спрашивай, но не морочь мне голову».

— Дартанские бронированные доспехи. Самые лучшие и самые дорогие на свете. К тому же с украшениями. Мечи тоже, похоже, наши, — перечислял Денет. — Шлемы с перьями, щиты… Это не простая пехота для войны в лесу. И не для поддержания порядка в деревнях. Гвардия ее высочества?

— Отряд тяжелой конницы. Гвардия княгини не лязгает железом в покоях. Конница несет охрану только снаружи и не относится к дворцовой гвардии.

— Конница?

— Тяжелая конница, которая сражается и в пешем порядке, по образцу старинного рыцарства. Главное оружие этих солдат — не мечи, а копья.

— Ты хочешь меня убедить, господин, что у тебя здесь пятьсот закованных в броню всадников? На боевых конях?

— Столько подходящих коней я не нашел бы во всем Шерере, — заметил Йокес. — За исключением, естественно, тех, которыми владеют знатные роды. Но дартанские Дома редко торгуют лошадьми. Ваше благородие, мне не хотелось бы больше говорить на эту тему.

— Почему?

— Личные войска Сей Айе мне не принадлежат. Я ими только командую. Мне не следует говорить о вооружении и численности этих отрядов. Ибо любая армия, ваше благородие, — орудие насилия, направленное против кого-то.

— Против кого?

— Не знаю, господин. Может быть, завтра я узнаю, что против тебя? И потому я ничего больше тебе не скажу.

— Лояльность, — подытожил Денетт.

— Никогда, ваше благородие, даже шепотом не позволяй себе над этим издеваться.

— Ты умер бы по приказу княгини? Отдал бы за нее жизнь?

— Будь уверен, ваше благородие, — последовал суровый ответ. — Я присягал на верность княжеской паре Сей Айе.

— А границы этой верности? Ты убил бы ребенка? Ударил бы слепого?

— Это военная верность, ваше благородие. Я не убью ребенка и не ударю слепого. Но буду защищать Сей Айе от кого угодно. Я готов начать любую войну. Если получу приказ — завтра же двинусь на Кирлан.

Денетт замолчал. О чем, собственно, он мог еще спросить? Он повернул голову к ехавшему рядом Халету, но не смог различить в темноте его глаз. Однако сосредоточенное молчание, в которое был погружен его товарищ, свидетельствовало, что он ловит каждое их слово.

Вскоре темнота несколько рассеялась — из-за покрытого лесом холма начали проступать очертания двора дома госпожи Сей Айе, освещенного большими факелами. Йокес не повел их к главному входу, но свернул раньше, направляясь к боковому крылу здания.

— Сегодня мы не станем будить ее высочество, — сказал он, словно отвечая на незаданный вопрос. — Я под свою ответственность выберу гостевые комнаты. Завтра утром я явлюсь к ее высочеству с докладом. А потом… увидим.

Денетт молча проглотил унижение. Он чувствовал себя почти вором. Во всяком случае — навязчивым непрошеным гостем, входящим через боковые двери сразу же после того, как его вышвырнули через главные.

Но так оно, собственно, и было.

Йокес больше ничего не говорил. Когда они добрались до места, он ненадолго скрылся за какой-то дверью, после чего вернулся, ведя с собой слуг. Денетт и Халет сошли с коней, которых куда-то увели.

— Прошу за мной.

Дом был огромен. Уже через несколько мгновений гости потеряли ориентацию в лабиринте тихих, погруженных в полумрак коридоров. Разнообразные узоры на полу, канделябры, портреты, стоящие у стен доспехи, висящее повсюду оружие, занавеси и портьеры, многочисленные двери — все это образовывало невообразимую мешанину, которую невозможно было запомнить. Денетт решил, что княгиня Сей Айе явно в этом крыле не бывала. Если не считать размеров, все здесь выглядело в достаточной степени… нормально. А значит, для ее высочества, пожалуй, чересчур «по-дартански».

Йокес вел их уверенно и быстро. Могло показаться, что ему уже основательно надоел пост распорядителя Сей Айе. Денетт вовсе этому не удивлялся. Да, комендант местного войска происходил из старого и известного рыцарского рода — но по сути был (и хотел быть) лишь наемником. За исключением фамилии, его мало что отличало от Ранезена. Денетт прекрасно знал подобный тип людей. Йокеса явно тяготила роль невольного уполномоченного представителя княгини.

— Здесь, — коротко сказал комендант, останавливаясь перед большими двустворчатыми дверями. — Комнаты к вашим услугам. Обо всем, что нужно, я распоряжусь, сейчас появятся слуги. Можешь располагать этими людьми, ваше благородие. Прислать какую-нибудь… еду?

Денетт внезапно ощутил зверский голод.

— Если я не злоупотребляю…

— Нет. Хотя сомневаюсь, что в такое время найдется что-нибудь вкусное.

Шутка прозвучала довольно бледно, но Денетт оценил потраченные комендантом Сей Айе силы.

— Спасибо, господин, — искренне сказал он. — Ты многое для меня сегодня сделал.

— Вопреки собственному желанию.

Йокес слегка поклонился и вышел.

— Идем, Халет. — Денетт открыл дверь. — Это лучше, чем ночевать в лесу.

Тот пожал плечами и поморщился.

— Не знаю. Мы здесь чужие.

На этот раз плечами пожал Денетт.

— А чего ты ожидал, отправившись вместе со мной?

Халет не ответил. Денетт вдруг понял, что его товарищ еще не видел помещений этого дома. В комнате царил полумрак, который рассеивали лишь горевшие в коридоре свечи. Тем не менее света было достаточно, чтобы заметить, сколь роскошно она обставлена, — комната в боковом крыле здания, предназначенная для незваных гостей.

— Сейчас нам принесут свет. И тогда ты увидишь, Халет, какое богатство меня ожидает после женитьбы.

Неожиданно он рассмеялся.

— Видел те доспехи в коридорах? Обычно ставят два или четыре комплекта, в память о знаменитых предках… Но сколько их было тут? Сорок! В одном коридоре! С помощью того, что стоит у стен всего этого дома или висит на них для украшения, можно было бы снарядить тяжеловооруженную армию. Думаю, хозяйка этой поляны могла бы без особого ущерба для себя купить Роллайну.