Чтение онлайн

— Почему?

— Кабала, — он вздохнул, — там тоже нужно заплатить огромную сумму за обучение. Но можно взять в долг. И потом выплатить. Вот только гильдия будет брать сорок пять процентов в счет долга и тридцать процентов гильдийский взнос. И так с каждого заказа. А ведь на что-то нужно покупать металл, камни и прочее.

— И как же ты тогда будешь торговать? Вряд ли гильдия хорошо относится к свободным мастерам.

— Нам сюда, стучись, — вместо ответа на мой вопрос произнес Кайрус.

На стук в коридор вышел профессор Лебрет. Он, кстати, уже успел переодеть рубашку.

— А вы быстро, — поразился он. — М-м-м, выношу вам свою благодарность за, м-м-м, скорость выполнения задания. А теперь посмотрим. Хм, что ж, пишете вы аккуратно, но без изюминки. В вас нет индивидуальности, буквы как будто скопированы с образца. Грамотность… Грамотность на приемлемом уровне, хотя вот здесь и здесь вы неправильно использовали слова, но это простительно… Что ж, зачтено. Можете быть свободны.

Я не успела сказать ни единого слова, как профессор круто развернулся и, войдя в свой кабинет, захлопнул дверь.

— Он вас жалеет, годовасиков, я имею ввиду, — задумчиво произнес Кайрус. — С меня он не слез до тех пор, пока у моих заглавных букв не появилось чувство уверенности. И нет, не спрашивай меня ни о чем, я понятия не имею, что это значит!

— Я могу себе это представить, — успокоила я парня и тут же попросила, — Ты мог бы не говорить «годовасики»? Это слово какое-то…

— Так любящие мамочки называют своих деточек, — глумливо ухмыльнулся Кайрус. — А кто вы, если не любимые деточки… Ай! Нормальные колдуньи используют магию, а не руки! Я против физического урона щиты не ношу.

Последнее прозвучало прям укоризненно. А я, потерев гудящую ладошку, хмуро произнесла:

— В следующий раз пострадает не спина. Ты вообще хочешь со мной сотрудничать?

— Извини, — он поднял руки. — Был неправ. Но вас все равно так называют.

— Мне совершенно безразлично как меня называют чужие люди. А вот человек, который максимально близок к понятию друг, — я выразительно посмотрела на Кайруса, — рискует поплатиться за свой длинный язык.

Парень моментально согнал с лица насмешливую полуулыбку и серьезно сказал:

— Мне нравится, что ты не спешишь называть меня другом. Я тоже спешить не буду. Идем в парк, моя лаборатория там.

— В парке? — удивилась я.

Будущий великий артефактор замялся, что-то пробубнил себе под нос и в итоге громко сказал:

— Потерпи немного, это лучше посмотреть, чем послушать.

В общем, всю дорогу я задавала ему провокационные вопросы, типа: «Под кустом?», «Среди кустов?», «в большом-пребольшом дупле?».

— Нет, ну серьезно, скажи, — любопытствовала я.

— Ой, — севшим голосом произнес Кайрус и задвинул меня за себя. — Стой и молчи.

— А? А. Нет, все в порядке, это Арт и он нормальный, — фыркнула я и вышла из-за плеча Артаганна. — Ты меня ищ…

Договорить я не успела. Осеклась, увидев белый, сияющий мертвенным светом взгляд Каулена.

«Я просто тебе не показывал…» пронеслось у меня в голове.

— Стой и не дыши, — процедил Кайрус, выступая вперед, уводя меня с линии взгляда Арта. — Сейчас явится кто-нибудь из парочек боец-медик и свалит его издалека.

— Что с ним?

— Приступ. Ты, я так понимаю, познакомилась с ним в период стойкой ремиссии.

— Он только что был в сознании, — хмуро произнесла я.

Каулен же все это время стоял в центре холла. Руки свисали вниз как плети, а белый, незрячий взгляд скользил мимо нас, как будто… Как будто он не хотел нас видеть.

— А что будет с ним дальше? — спросила я.

Мне было страшно за себя, за Кайруса, но и за Арта я тоже боялась. Дракон был добр ко мне, он помогал и подсказывал, и мне страшно представить всю глубину и вариативность местной психологической помощи.

— Опоят зельями, — тихо ответил парень. — А если все будет совсем плохо… По мнению целителей, острая периодическая боль отрезвляет сознание и возвращает ясность ума.

«Господи», пронеслось у меня в голове. «Господи». А через мгновение где-то под сводами черепа возникла новая: «Да что ж ты делаешь?!».

Но я, не придавая значения своим мыслям, уже подошла к Арту и взяла его за руку.

— Пойдем со мной?

Он посмотрел на меня пустым взглядом, после чего покорно кивнул:

— Пойдем.

— Я покажу куда, — мрачно произнес Кайрус.

Я молилась всем богам, чтобы нам никто не встретился по дороге. Потому что из нормального веселого и обаятельного парня Каулен превратился куклу, марионетку. Разве это похоже на приступ безумия?

— Мне кажется, что здесь что-то не так, — доверительно произнесла я.

— Не так, — согласился Кайрус. — Но я тебе потом расскажу, отчего нехорошо хватать менталиста, чье сознание отправилось погулять.

Мы углубились в парк, скользили по его узким дорожкам и все ближе и ближе подбирались к развлекательной части. Я напряглась. Если сейчас мы на кого-нибудь наткнемся, то… Врага я могу только почистить. Хм, интересно, что это даст?

— А что будет, если применить к человеку Auxilium?

— А ты страшный враг, — с уважением покосился на меня Кайрус. — Человек будет очищен от того, на чем ты сосредоточишь свое внимание.

Тут мне стало дурно. Это что, каждый, каждый студент этой долбанной Академии может очистить меня от одежды?!

— Но сразу после триумфа над поверженным и опозоренным врагом ты отправишься в монастырь неблагочестивых и будешь трудиться на благо общества, применяя свой дар под надзором монахинь, — добавил Кайрус и кивнул на показавшуюся кузницу, — нам сюда.

— Ты кузнец? — удивилась я и постаралась не косится на хоть и не тощего, но все-таки не перекаченного парня.

— Если бы, — вздохнул Кайрус. — Снимаю у них часть кузницы. Парни помнят, как тяжело начинать свое дело и согласились на оплату артефактами.

— Ты всем раздаешь артефакты и что дальше? Себе что ты оставляешь? Что идет на продажу?

— Ничего, — простодушно ответил парень. — Я набиваю руку и рассчитываю, что потом они будут у меня покупать. Ну, они же знают, что я делаю качественно.